Фандом: Гарри Поттер. Гриффиндорская импульсивность неискоренима. Но и из неё можно извлечь пользу, нужно лишь попросить помощи у того, кто может её оказать.
Добавить в моё избранное
9 мин, 23 сек 201
— Да поймите же, против Волдеморта у меня нет шансов! Вы — моё единственное спасение, — в конце концов признался он.
— Что ж, я предупредил, — в лунном свете блеснули белоснежные зубы. — Ты знаешь, на что соглашаешься.
Больно почти не было. Просто стоявший в нескольких ярдах мужчина внезапно оказался слишком близко, его дыхание опалило шею… вспышка боли, и…
— О боги! Гарри! Где ты был?! Мы извелись, разыскивая тебя по всему Хогвартсу! — Гермиона налетела на него, как ураган, крепко обняла и тут же отступила. — Как ты мог уйти, не предупредив?!
— Дружище, ты так не делай больше, ладно? А то мы уже чего только не надумали, — более спокойно вставил Рон, но в его улыбке виделся укор.
— Ребят, вы извините, но…
Первой о том, что произошло что-то, догадалась конечно же Гермиона.
— Что ты сделал? — прошептала она, медленно опускаясь в кресло и не сводя с него напряжённого взгляда.
Мимолётно подивившись тому, как хорошо подруга его знает, Гарри сел напротив и, глубоко вздохнув, приступил к повествованию.
После того, как он закончил, в гриффиндорской гостиной наступила тишина. Гермиона с Роном даже не переглядывались — неотрывно смотрели на него, и Гарри не знал, чего в их глазах было больше: осуждения и ужаса.
— Ты — идиот, — спустя бесконечно долгое время произнёс Уизли.
— Я не нашёл другого способа, — упрямо заявил Гарри, с обидой смотря на друга.
— Я редко соглашаюсь с Роном, но… ты и вправду идиот, — со вздохом констатировала Гермиона. — Ты хоть понимаешь?
— Стоп! — выставив перед собой ладони, перебил Гарри. — Не надо лекций, я знаю, что и почему я сделал, и знаю, что у вас всего два пути: принять случившееся или отвернуться от меня. В любом случае, я надеюсь, что шесть лет дружбы стоят того, чтобы это осталось между нами.
— Ты что, Гарри?! Конечно, мы с тобой! — возмутился Рон и тут же неуверенно добавил: — Но к твоей новой… э-э-э… сущности, нужно привыкнуть.
— Я понимаю, дружище, — с нескрываемым облегчением улыбнулся он, но, когда взгляд перешёл на Гермиону, все следы весёлости исчезли: — Гермиона?
— Прости, но… Гарри, я… — в её глазах появились слёзы, Гермиона со злостью их смахнула, — ты понимаешь, что…
— Гермиона? — внутренне холодея, испуганно прошептал Гарри.
— Я не могу! Прости! — воскликнула она и, резко вскочив на ноги, бросилась к лестнице в женские спальни.
Плечи Поттера поникли.
— Э-э-э… — протянул Рон, глядя вслед подруге. — Гарри, я уверен, она одумается…
— Нет, Рон, — тяжко вздохнул тот, — для Гермионы я больше не человек. Ты всегда знал, что вампиры существуют, а для Гермионы…
Они замолчали, думая, каждый о своём.
— Гарри…
— Что?
Рон замялся, но, предупреждённый о подобной реакции заранее, Гарри смог угадать, что беспокоит Уизли.
— Никаких кровавых завтраков, обещаю.
Рон вздохнул с облегчением.
— Тогда я с тобой, дружище!
В глазах защипало:
— Спасибо, друг.
В поезд они садиться не стали, посчитав, что лучше исчезнуть на рассвете. Несмотря на заверения в безопасности дневного светила для таких, как он, Гарри боялся, что солнце ему навредит.
— Куда мы? — рискуя вывихнуть челюсть, зевая, поинтересовался Рон, шагая по направлению к Хогсмиду рядом с Гарри. — В Нору нельзя: мама нас не выпустит.
— На Гриммо, — решил Гарри. Некоторое время они шли молча, а потом он достал мантию-невидимку: — Лучше, чтобы нас не видели.
Рон согласился, и до «Трёх мётел» они добрались никем не замеченными. Заведение было открыто, но по случаю раннего времени пустовало, что позволило Гарри с Роном воспользоваться камином, так и не попавшись никому на глаза.
— Кричер!
Домовик не спешил на зов, явившись лишь после повторного окрика. Эльф привычно скривился, демонстрируя презрение, но буквально через секунду его сморщенное лицо преобразилось, а в глазах появилось обожание:
— Хозяин! — завопил Кричер, бросаясь к Гарри и обнимая его за колени.
Гарри отшатнулся, но домовик уже повис на нём. Почему-то эта искренняя реакция охладила его гнев, и убить Кричера больше не хотелось.
Письмо домой Рон написал сразу после скудного завтрака. Всего пара фраз — извинения и предупреждение, что искать их не нужно. Что делать дальше, они не знали.
— Гарри, нам не справиться вдвоём, — смущённо произнёс Рон, смотря на то, как лучший друг лихорадочно листает книгу из библиотеки Блэков. — Искать крестражи Того-Кого-Нельзя-Называть можно бесконечно. Нам нужна помощь.
— И к кому ты предлагаешь обратиться? — огрызнулся тот.
— Кричер может помочь.
Гарри с Роном синхронно вздрогнули, резко оборачиваясь к домовику.
— Ты?!
— Что ж, я предупредил, — в лунном свете блеснули белоснежные зубы. — Ты знаешь, на что соглашаешься.
Больно почти не было. Просто стоявший в нескольких ярдах мужчина внезапно оказался слишком близко, его дыхание опалило шею… вспышка боли, и…
— О боги! Гарри! Где ты был?! Мы извелись, разыскивая тебя по всему Хогвартсу! — Гермиона налетела на него, как ураган, крепко обняла и тут же отступила. — Как ты мог уйти, не предупредив?!
— Дружище, ты так не делай больше, ладно? А то мы уже чего только не надумали, — более спокойно вставил Рон, но в его улыбке виделся укор.
— Ребят, вы извините, но…
Первой о том, что произошло что-то, догадалась конечно же Гермиона.
— Что ты сделал? — прошептала она, медленно опускаясь в кресло и не сводя с него напряжённого взгляда.
Мимолётно подивившись тому, как хорошо подруга его знает, Гарри сел напротив и, глубоко вздохнув, приступил к повествованию.
После того, как он закончил, в гриффиндорской гостиной наступила тишина. Гермиона с Роном даже не переглядывались — неотрывно смотрели на него, и Гарри не знал, чего в их глазах было больше: осуждения и ужаса.
— Ты — идиот, — спустя бесконечно долгое время произнёс Уизли.
— Я не нашёл другого способа, — упрямо заявил Гарри, с обидой смотря на друга.
— Я редко соглашаюсь с Роном, но… ты и вправду идиот, — со вздохом констатировала Гермиона. — Ты хоть понимаешь?
— Стоп! — выставив перед собой ладони, перебил Гарри. — Не надо лекций, я знаю, что и почему я сделал, и знаю, что у вас всего два пути: принять случившееся или отвернуться от меня. В любом случае, я надеюсь, что шесть лет дружбы стоят того, чтобы это осталось между нами.
— Ты что, Гарри?! Конечно, мы с тобой! — возмутился Рон и тут же неуверенно добавил: — Но к твоей новой… э-э-э… сущности, нужно привыкнуть.
— Я понимаю, дружище, — с нескрываемым облегчением улыбнулся он, но, когда взгляд перешёл на Гермиону, все следы весёлости исчезли: — Гермиона?
— Прости, но… Гарри, я… — в её глазах появились слёзы, Гермиона со злостью их смахнула, — ты понимаешь, что…
— Гермиона? — внутренне холодея, испуганно прошептал Гарри.
— Я не могу! Прости! — воскликнула она и, резко вскочив на ноги, бросилась к лестнице в женские спальни.
Плечи Поттера поникли.
— Э-э-э… — протянул Рон, глядя вслед подруге. — Гарри, я уверен, она одумается…
— Нет, Рон, — тяжко вздохнул тот, — для Гермионы я больше не человек. Ты всегда знал, что вампиры существуют, а для Гермионы…
Они замолчали, думая, каждый о своём.
— Гарри…
— Что?
Рон замялся, но, предупреждённый о подобной реакции заранее, Гарри смог угадать, что беспокоит Уизли.
— Никаких кровавых завтраков, обещаю.
Рон вздохнул с облегчением.
— Тогда я с тобой, дружище!
В глазах защипало:
— Спасибо, друг.
В поезд они садиться не стали, посчитав, что лучше исчезнуть на рассвете. Несмотря на заверения в безопасности дневного светила для таких, как он, Гарри боялся, что солнце ему навредит.
— Куда мы? — рискуя вывихнуть челюсть, зевая, поинтересовался Рон, шагая по направлению к Хогсмиду рядом с Гарри. — В Нору нельзя: мама нас не выпустит.
— На Гриммо, — решил Гарри. Некоторое время они шли молча, а потом он достал мантию-невидимку: — Лучше, чтобы нас не видели.
Рон согласился, и до «Трёх мётел» они добрались никем не замеченными. Заведение было открыто, но по случаю раннего времени пустовало, что позволило Гарри с Роном воспользоваться камином, так и не попавшись никому на глаза.
— Кричер!
Домовик не спешил на зов, явившись лишь после повторного окрика. Эльф привычно скривился, демонстрируя презрение, но буквально через секунду его сморщенное лицо преобразилось, а в глазах появилось обожание:
— Хозяин! — завопил Кричер, бросаясь к Гарри и обнимая его за колени.
Гарри отшатнулся, но домовик уже повис на нём. Почему-то эта искренняя реакция охладила его гнев, и убить Кричера больше не хотелось.
Письмо домой Рон написал сразу после скудного завтрака. Всего пара фраз — извинения и предупреждение, что искать их не нужно. Что делать дальше, они не знали.
— Гарри, нам не справиться вдвоём, — смущённо произнёс Рон, смотря на то, как лучший друг лихорадочно листает книгу из библиотеки Блэков. — Искать крестражи Того-Кого-Нельзя-Называть можно бесконечно. Нам нужна помощь.
— И к кому ты предлагаешь обратиться? — огрызнулся тот.
— Кричер может помочь.
Гарри с Роном синхронно вздрогнули, резко оборачиваясь к домовику.
— Ты?!
Страница 2 из 3
