Приоритет: ультра

— На самом деле, хотел, — твёрдо отвечает Шерлок, не отводя взгляд. — У меня возникли проблемы с осмыслением фактов, что в сочетании с неудобствами физического порядка спровоцировало желание сорвать раздражение на том, кто окажется рядом. В итоге пострадали вы.

— Я в порядке.

— Ложь. Вы расстроены моими словами. Очевидно. Но ваши эмоциональные выводы неверны: мы с моим братом ценим вас. И лично я благодарен за то, что вы делаете для меня. Глупо в этом сомневаться.

Обида у миссис Кроуфорд проходит так же быстро, как появилась: дышать становится легче, пальцы перебирают пряди гораздо увереннее, а сам лежащий на коленях молодой человек неожиданно ассоциируется с колючим ёжиком, которого наконец-то удалось правильно погладить.

— Я на вас больше не обижаюсь. Так точнее?

— Да. Вы расслабили плечи. Это… Это хорошо, — Шерлок закрывает глаза, прислушиваясь к ощущениям.

К тому, как кончики пальцев массируют виски, снова возвращаются к волосам… Ему обычно неплохо удается манипулировать людьми, отстранённость помогает подбирать ключик к каждому — сделать комплимент, выдавить слезу, заставить возражать. Но сейчас он доволен тем, что теоретический курс психологии сгодился на что-то стоящее. И расследование — в кои-то веки — ни при чём.

— Можете озвучить цель вашего прихода в кабинет? У меня три версии. Желаю узнать точно.

— Хотела сказать, что заказанную еду доставят через час, мистер…

— Шерлок. Только по имени. Всегда, что бы я ни говорил и как бы себя не вёл, — он на мгновение открывает глаза. — Пожалуйста.

И закрывает их снова, прижимаясь виском к мягкой руке.

— Хорошо… — пожилая дама неторопливо расправляет слегка замявшуюся рубашку — слишком узкую, чтобы он мог просунуть в неё перевязанную руку, а потому лишь наброшенную на левое плечо. — Несмотря на форму и выбранный тон, вы, по сути, всё сказали верно. Я годами наблюдала за вами, Шерлок, и, сколько вас помню, вы всегда были болезненно честным. Вам это не мешает?

— Вопрос дисциплины разума. Любая ложь является преступлением против истины, искажением картины. Предпочитаю видеть реальный мир и ориентироваться в нём.

— Многим этого наоборот не хочется. Что плохого в иллюзиях?

— Недолговечность. И внутреннее понимание неправильности. В том числе.

Скепсис обоих братьев всегда удивлял Джералдин Кроуфорд. Ей иногда казалось, что и детьми в традиционном наивном понимании они попросту не были. Слишком уж у них специфический взгляд на мир.

Но бывало и обратное: со всей чёткостью она видела в них так и не выросших детей. Искренних и непосредственных. До момента, когда каждый замкнётся в себе, конечно. И во внерабочее время.

— Вам удобно так лежать?

— Да.

— Правда?

— Честность. Мы только что говорили о ней. Смысл мне вам лгать? — Шерлок с удовольствием потягивается и возвращает поглаживавшую его руку обратно на голову. — Всё дело в высоте.

— То есть?

— У моего дивана на Бейкер-стрит подлокотники той же высоты. Шея привыкла к ним. К тому же вы мягче и теплее. Сплошные плюсы.

— О… Что ж, обращайтесь, если понадобится ещё.

— Непременно, — кивает Шерлок, отзеркаливая улыбку.

Идиллическое молчание двух глубоко задумавшихся каждый о своём людей прерывает трель дверного звонка. На кухонном столе появляется китайская еда в коробках с логотипом «Kai Mayfair» — миссис Кроуфорд как раз разглядывает эмблему, когда Шерлок усаживается на стул и принимается открывать упаковки одну за другой.

— Лучший китайский ресторан Лондона, — комментирует он, пододвигая к себе большую плошку с рисом. — Позвонили по номеру на визитке возле телефона?

— Да, Шерлок, — экономка отвлекается от изучения символики и помогает открыть коробки. — Но самое поразительное то, что девушка отказалась брать с меня деньги, когда я продиктовала адрес доставки. Сказала, у них строгое распоряжение на этот счёт.

— Не вижу ровным счётом ничего поразительного. Услуга хозяину, оказанная мной. Они не забыли. Как результат: пожизненный бонус для всей семьи. Можете пользоваться.

— Что же вы ему сделали?

— Разыскал похищенных у него двухлетних двойняшек в лондонских катакомбах. И вовремя вызвал парамедиков. Вон ту утку ко мне ближе пододвиньте.

— Они пострадали? — спрашивает миссис Кроуфорд, исполняя просьбу и открывая упакованную в сохраняющий тепло алюминиевый контейнер плошку с рисом уже для себя.

— Они были на грани смерти от обезвоживания. Обошлось. Похитителя в руки Скотланд-Ярда я сдал вовремя. Одно из первых совместных дел с инспектором Лестрейдом.

— Если я правильно помню, вы начали сотрудничать с ним шесть лет назад. Скольких же людей за это время вы спасли?

— Я не считаю.