Фандом: Шерлок BBC. Большущий шерлоковский пострейхенбах: приключения Шерлока Холмса с момента прыжка с крыши, его путешествие по миру в поисках убийц, расследования, помощь брата — Майкрофта, посвященного в его тайну. Написано до выхода 3 сезона, в течение 9 месяцев. Вдохновлено кратким описанием поездок Шерлока в рассказе «Пустой дом» Конан Дойля, но в реалиях«Шерлока» ВВС и с разными дополнениями с учетом сериала.
Добавить в моё избранное
373 мин, 4 сек 24131
Объём информации чрезвычайно велик, и потому приходится устраивать паузы, давая полученным сведениям возможность улечься в собственной голове. Он засыпает ковёр в кабинете и собственной комнате обрывками бумаг, расстреливает все найденные у Майкрофта обоймы с патронами — едва не доведя экономку до нервного срыва в процессе. Скачивает несколько записей с концертов скрипичной музыки и едва не разбивает ноутбук — по качеству это совершенно не то!
К концу второй недели его раздражает уже буквально всё, из-за чего брат и экономка стараются не попадаться лишний раз на глаза. Майкрофт иногда даже искренне считает, что Джон — святой.
Когда градус невыносимости зашкаливает, и Шерлок за ужином в очередной раз едко комментирует обожаемое Джералдин Кроуфорд ток-шоу — заставляя спорить до хрипоты и искренне стараться защитить любимых героев от безжалостных ремарок, Майкрофт с одного взгляда с порога понимает, что защищать надо уже пожилую даму, а потому проходит на кухню, ставит свой дипломат на стул и достаёт пахнущий типографской краской номер «The Guardian», который уже завтра появится на всех прилавках страны.
Заголовок в объёмности не уступает двухнедельной давности, но сообщает о совершенно ином: «Гений реабилитирован! По меньшей мере, сотни мирных жителей Лондона своими жизнями обязаны ему». Дальше следует интервью с руководителем комиссии — главой британского министерства внутренних дел, комментарии обязанных Шерлоку людей, итоговая часть заключения комиссии… но Джералдин Кроуфорд достаточно и первых строк. Она всхлипывает, прижимая кудрявую голову оправданного гения к себе в порыве чувств, а Майкрофт спокойно пожимает ему руку.
— Поздравляю тебя, Шерлок. Этот раунд, наконец, за тобой.
Посопротивлявшись — насколько позволяют травмы — но оставив откровенно неудачные попытки убрать собственную лохматую макушку от целующей её дамы, Шерлок обречённо вздыхает. Он расслабляется, признательно кивая брату, и произносит короткое:
— Спасибо.
«Начало положено», — думает он, испытывая позитивные эмоции от того факта, что ещё сможет вернуться к любимой работе в дальнейшем.
Слабость гения — нужда в аудитории, и эта аудитория его снова готова принять.
От мысленного набрасывания плана дальнейших действий Шерлока отвлекают звуки музыки. Игра на пианино, не слишком громкая, но её достаточно для того, чтобы впервые практически за сутки открыть глаза.
— Они копали под тебя, Майкрофт, — говорит он, разглядывая затылок и спину брата, со спокойной сосредоточенностью перебирающего клавиши.
— Я знаю, Шерлок, — невозмутимо отвечает тот, неторопливо заканчивая пьесу. Вздохнув, поворачивает голову по кругу, разминая шею, и принимается за следующую композицию. Музыка изумительно помогает ему думать, так что у пыли практически нет шансов скопиться на пианино. Впрочем, об этом увлечении Майкрофта Холмса известно лишь единицам. — Я лично перешёл дорогу Джеймсу Мориарти три года назад.
— Как тебя угораздило? — следует очевидный вопрос от человека, который садится на кровати, переворачивает подушку и, поморщившись, вновь опускается на неё, — несмотря на окончание уже третьей недели после падения с крыши, плечо и рёбра продолжают болеть, пусть и гораздо меньше.
— Я курировал одну из операций МИ-6, по окончании которой в числе задержанных оказался некто Ричард Брук, безработный актёр. Все считали, что его зацепили случайно, — губы Майкрофта кривятся в усмешке, но на исполнение им «Лунной сонаты» Бетховена разговор не влияет.
— Кроме тебя?
— Кроме Питера Лурье, он тогда дорабатывал последние дни перед отставкой и шепнул мне, что все ниточки ведут к Бруку. И за терактом стоят он и зависящие от него люди.
— Лурье… Лурье… — хмурится Шерлок, припоминая. — О. Тот старик с докторской степенью в области психиатрии. Был у вас консультантом аналитического отдела. Ты ещё полгода пытался затащить меня к нему на приём.
— Мне всего лишь хотелось, чтобы вы поговорили.
— Ну да, и получить мой официальный диагноз по МКБ-10. Легче стало?
— Шерлок, — терпеливо вздыхает Майкрофт, чуть поворачивая голову вправо, но продолжая играть. — Твоё отличие от других людей было видно всегда, невооруженным глазом. Питер Лурье мог дать тебе кое-какие рекомендации по социальному взаимодействию — по крайней мере, на это надеялся я, организовывая вашу встречу.
— О, он и дал, — довольно ухмыляется Шерлок, припоминая тот продолжительный разговор. — Но не те, что хотелось тебе.
— Действительно, — Майкрофт мрачнеет: не так уж приятно вспоминать собственное поражение. — Я не рассчитывал, что вы просидите в кафе вечер и половину ночи, обсуждая мотивацию серийных маньяков.
— То была познавательная беседа. Но довольно о ней. Лурье рассказал тебе о Бруке. Что дальше?
К концу второй недели его раздражает уже буквально всё, из-за чего брат и экономка стараются не попадаться лишний раз на глаза. Майкрофт иногда даже искренне считает, что Джон — святой.
Когда градус невыносимости зашкаливает, и Шерлок за ужином в очередной раз едко комментирует обожаемое Джералдин Кроуфорд ток-шоу — заставляя спорить до хрипоты и искренне стараться защитить любимых героев от безжалостных ремарок, Майкрофт с одного взгляда с порога понимает, что защищать надо уже пожилую даму, а потому проходит на кухню, ставит свой дипломат на стул и достаёт пахнущий типографской краской номер «The Guardian», который уже завтра появится на всех прилавках страны.
Заголовок в объёмности не уступает двухнедельной давности, но сообщает о совершенно ином: «Гений реабилитирован! По меньшей мере, сотни мирных жителей Лондона своими жизнями обязаны ему». Дальше следует интервью с руководителем комиссии — главой британского министерства внутренних дел, комментарии обязанных Шерлоку людей, итоговая часть заключения комиссии… но Джералдин Кроуфорд достаточно и первых строк. Она всхлипывает, прижимая кудрявую голову оправданного гения к себе в порыве чувств, а Майкрофт спокойно пожимает ему руку.
— Поздравляю тебя, Шерлок. Этот раунд, наконец, за тобой.
Посопротивлявшись — насколько позволяют травмы — но оставив откровенно неудачные попытки убрать собственную лохматую макушку от целующей её дамы, Шерлок обречённо вздыхает. Он расслабляется, признательно кивая брату, и произносит короткое:
— Спасибо.
«Начало положено», — думает он, испытывая позитивные эмоции от того факта, что ещё сможет вернуться к любимой работе в дальнейшем.
Слабость гения — нужда в аудитории, и эта аудитория его снова готова принять.
Глава 2. И искать
«Я должен выйти на того, кто отдал приказ».От мысленного набрасывания плана дальнейших действий Шерлока отвлекают звуки музыки. Игра на пианино, не слишком громкая, но её достаточно для того, чтобы впервые практически за сутки открыть глаза.
— Они копали под тебя, Майкрофт, — говорит он, разглядывая затылок и спину брата, со спокойной сосредоточенностью перебирающего клавиши.
— Я знаю, Шерлок, — невозмутимо отвечает тот, неторопливо заканчивая пьесу. Вздохнув, поворачивает голову по кругу, разминая шею, и принимается за следующую композицию. Музыка изумительно помогает ему думать, так что у пыли практически нет шансов скопиться на пианино. Впрочем, об этом увлечении Майкрофта Холмса известно лишь единицам. — Я лично перешёл дорогу Джеймсу Мориарти три года назад.
— Как тебя угораздило? — следует очевидный вопрос от человека, который садится на кровати, переворачивает подушку и, поморщившись, вновь опускается на неё, — несмотря на окончание уже третьей недели после падения с крыши, плечо и рёбра продолжают болеть, пусть и гораздо меньше.
— Я курировал одну из операций МИ-6, по окончании которой в числе задержанных оказался некто Ричард Брук, безработный актёр. Все считали, что его зацепили случайно, — губы Майкрофта кривятся в усмешке, но на исполнение им «Лунной сонаты» Бетховена разговор не влияет.
— Кроме тебя?
— Кроме Питера Лурье, он тогда дорабатывал последние дни перед отставкой и шепнул мне, что все ниточки ведут к Бруку. И за терактом стоят он и зависящие от него люди.
— Лурье… Лурье… — хмурится Шерлок, припоминая. — О. Тот старик с докторской степенью в области психиатрии. Был у вас консультантом аналитического отдела. Ты ещё полгода пытался затащить меня к нему на приём.
— Мне всего лишь хотелось, чтобы вы поговорили.
— Ну да, и получить мой официальный диагноз по МКБ-10. Легче стало?
— Шерлок, — терпеливо вздыхает Майкрофт, чуть поворачивая голову вправо, но продолжая играть. — Твоё отличие от других людей было видно всегда, невооруженным глазом. Питер Лурье мог дать тебе кое-какие рекомендации по социальному взаимодействию — по крайней мере, на это надеялся я, организовывая вашу встречу.
— О, он и дал, — довольно ухмыляется Шерлок, припоминая тот продолжительный разговор. — Но не те, что хотелось тебе.
— Действительно, — Майкрофт мрачнеет: не так уж приятно вспоминать собственное поражение. — Я не рассчитывал, что вы просидите в кафе вечер и половину ночи, обсуждая мотивацию серийных маньяков.
— То была познавательная беседа. Но довольно о ней. Лурье рассказал тебе о Бруке. Что дальше?
Страница 26 из 112
