Фандом: Шерлок BBC. Большущий шерлоковский пострейхенбах: приключения Шерлока Холмса с момента прыжка с крыши, его путешествие по миру в поисках убийц, расследования, помощь брата — Майкрофта, посвященного в его тайну. Написано до выхода 3 сезона, в течение 9 месяцев. Вдохновлено кратким описанием поездок Шерлока в рассказе «Пустой дом» Конан Дойля, но в реалиях«Шерлока» ВВС и с разными дополнениями с учетом сериала.
Добавить в моё избранное
373 мин, 4 сек 24156
Вместо этого с грохотом впечатывает кулак в деревянную столешницу и шумно вздыхает несколько раз, глядя на то, как паутинкой ползёт трещина по столу и начинают кровоточить сбитые костяшки.
— Полегчало? — хладнокровно интересуется Шерлок. — Тогда жду объяснений, компетентный источник. С какой целью ты сдал меня боливийским спецслужбам?
— А ты не понял? — хмыкает Фрэнк, слегка успокаиваясь.
— Зачем ты выставил меня наркокурьером? Нет. Но у меня три, даже четыре версии на этот счёт.
— Не так мало, — пожимает плечами Фрэнк, вешая куртку на спинку стула и усаживаясь на него. — Не захотел объясняться с твоей матерью, почему её сына уже на следующий день грохнули местные боевики.
— За что?
— За прогулку в неположенных местах. Ты случайно забрёл в квартал, где очень не любят чужих. Не забери тебя вчера контрразведка, устанавливать личность явились бы мигелевские боевики. А потом обязательно пристрелили бы. На всякий случай.
— Откуда сведения, что забрёл?
— Маяк в кольце. Передвижения фиксируются программой. Знаешь код — можешь увидеть маршрут за день. Я вот твой увидел только после нашей встречи, когда домой пришёл. Чуть не свихнулся, знаешь ли. Там счёт времени шёл на часы…
Фрэнка заметно передёргивает. Присмотревшись к нему, Шерлок идёт к мини-бару и наливает виски на два пальца в стакан.
— Выпей, — протягивает напиток. — Я сегодня никуда не пойду.
— Давай, — забирает подрагивающими пальцами. — Как же меня это… — делает глоток. — Слушай, не надо так больше, а?
— Обычно я не повторяюсь.
— Обнадёжил…
Фрэнк допивает виски, морщась и расстёгивая две верхние пуговицы рубашки. Понаблюдав за ним, Шерлок наливает виски себе и неторопливо пьёт его, встав возле окна и сунув левую руку в карман походных штанов.
— Значит, люди Мигеля собирались навестить меня вчера?
— Да, но их опередили другие ребята. Можешь спать спокойно, — Фрэнк несколько секунд смотрит на Шерлока сквозь стакан и отставляет его на край стола. — Мигелю уже донесли, что ты действительно норвежец и идиот, гуляющий, где вздумается. Он, знаешь ли, верит результатам проверок местных спецслужб.
— Невероятно рад это слышать, — молчание, затем три шага к человеку, спасшему жизнь. — Хорошая реакция, Фрэнк.
— Учился у лучших.
Следующие пять дней Шерлок Холмс ведёт образ жизни образцового туриста. Он старательно обходит стороной все перечёркнутые Фрэнком на карте Ла-Паса кварталы — как-то не хочется вновь встречаться с оперативниками, местным криминалитетом или злить самого Фрэнка, который перед уходом многословно и красочно расписал, что именно он бы сделал с Шерлоком, если бы тот снова куда-то влип. Парень оказался впечатляюще осведомлён в том, что касается методов средневековой инквизиции с поправкой на наши дни.
Но и без этих кварталов мест для поездок хватает от души, ведь как может историк-путешественник не посетить иезуитскую миссию Чикитос, большинство церквей которой было построено ещё в середине XVIII века Мартином Шмидом в самолично созданном стиле «барокко метисов»? А упустить шанс увидеть озеро Титикака, которое-то и озером назвать сложно — это поднятый на высоту в несколько километров кусочек древнего океана, с океанической фауной, включая даже акул. А Дорога смерти в провинцию Юнгас, куда строго не рекомендуют отправляться все туристические справочники мира? Разумеется, Шерлок не может не убедиться в её опасности лично и подобно многим другим европейцам проезжает первые двадцать километров пути по асфальтовому покрытию, а вот дальше под колесами оказываются лишь грунт, камни и грязь, с одной стороны — скала, с другой — почти километровая пропасть, и ширина дороги всего семь шагов. Да ещё особенность движения: если кто-то едет навстречу, прижиматься надо к краю пропасти, а не к скале…
Впрочем, кадры получаются превосходные, как и статьи о боливийских достопримечательностях для норвежского журнала, которые Шерлок пишет в собственном неповторимо-ироничном стиле с повышенным вниманием к деталям. Уже после третьего полученного по емэйлу текста главный редактор называет Джеймса Сигерсона внештатным открытием года. Шерлок же не видит в этом ровным счётом ничего удивительного: о близости профессий детектива и журналиста известно даже школьникам — их основу составляют наблюдения за людьми.
Поначалу журналистская карьера Шерлока складывается не особо гладко: он категорически не соглашается с полученными редакторскими правками, предъявляя ультиматум: либо публикация текстов в авторской редакции, либо сотрудничество с другим изданием. Это здоровое нахальство и саркастичные комментарии к каждой правке неожиданно для всего творческого коллектива журнала приводят главного редактора в абсолютный восторг. Отхохотавшись, он распоряжается принять статью Шерлока в ближайший бумажный номер и разместить её электронный вариант на сайте.
— Полегчало? — хладнокровно интересуется Шерлок. — Тогда жду объяснений, компетентный источник. С какой целью ты сдал меня боливийским спецслужбам?
— А ты не понял? — хмыкает Фрэнк, слегка успокаиваясь.
— Зачем ты выставил меня наркокурьером? Нет. Но у меня три, даже четыре версии на этот счёт.
— Не так мало, — пожимает плечами Фрэнк, вешая куртку на спинку стула и усаживаясь на него. — Не захотел объясняться с твоей матерью, почему её сына уже на следующий день грохнули местные боевики.
— За что?
— За прогулку в неположенных местах. Ты случайно забрёл в квартал, где очень не любят чужих. Не забери тебя вчера контрразведка, устанавливать личность явились бы мигелевские боевики. А потом обязательно пристрелили бы. На всякий случай.
— Откуда сведения, что забрёл?
— Маяк в кольце. Передвижения фиксируются программой. Знаешь код — можешь увидеть маршрут за день. Я вот твой увидел только после нашей встречи, когда домой пришёл. Чуть не свихнулся, знаешь ли. Там счёт времени шёл на часы…
Фрэнка заметно передёргивает. Присмотревшись к нему, Шерлок идёт к мини-бару и наливает виски на два пальца в стакан.
— Выпей, — протягивает напиток. — Я сегодня никуда не пойду.
— Давай, — забирает подрагивающими пальцами. — Как же меня это… — делает глоток. — Слушай, не надо так больше, а?
— Обычно я не повторяюсь.
— Обнадёжил…
Фрэнк допивает виски, морщась и расстёгивая две верхние пуговицы рубашки. Понаблюдав за ним, Шерлок наливает виски себе и неторопливо пьёт его, встав возле окна и сунув левую руку в карман походных штанов.
— Значит, люди Мигеля собирались навестить меня вчера?
— Да, но их опередили другие ребята. Можешь спать спокойно, — Фрэнк несколько секунд смотрит на Шерлока сквозь стакан и отставляет его на край стола. — Мигелю уже донесли, что ты действительно норвежец и идиот, гуляющий, где вздумается. Он, знаешь ли, верит результатам проверок местных спецслужб.
— Невероятно рад это слышать, — молчание, затем три шага к человеку, спасшему жизнь. — Хорошая реакция, Фрэнк.
— Учился у лучших.
Следующие пять дней Шерлок Холмс ведёт образ жизни образцового туриста. Он старательно обходит стороной все перечёркнутые Фрэнком на карте Ла-Паса кварталы — как-то не хочется вновь встречаться с оперативниками, местным криминалитетом или злить самого Фрэнка, который перед уходом многословно и красочно расписал, что именно он бы сделал с Шерлоком, если бы тот снова куда-то влип. Парень оказался впечатляюще осведомлён в том, что касается методов средневековой инквизиции с поправкой на наши дни.
Но и без этих кварталов мест для поездок хватает от души, ведь как может историк-путешественник не посетить иезуитскую миссию Чикитос, большинство церквей которой было построено ещё в середине XVIII века Мартином Шмидом в самолично созданном стиле «барокко метисов»? А упустить шанс увидеть озеро Титикака, которое-то и озером назвать сложно — это поднятый на высоту в несколько километров кусочек древнего океана, с океанической фауной, включая даже акул. А Дорога смерти в провинцию Юнгас, куда строго не рекомендуют отправляться все туристические справочники мира? Разумеется, Шерлок не может не убедиться в её опасности лично и подобно многим другим европейцам проезжает первые двадцать километров пути по асфальтовому покрытию, а вот дальше под колесами оказываются лишь грунт, камни и грязь, с одной стороны — скала, с другой — почти километровая пропасть, и ширина дороги всего семь шагов. Да ещё особенность движения: если кто-то едет навстречу, прижиматься надо к краю пропасти, а не к скале…
Впрочем, кадры получаются превосходные, как и статьи о боливийских достопримечательностях для норвежского журнала, которые Шерлок пишет в собственном неповторимо-ироничном стиле с повышенным вниманием к деталям. Уже после третьего полученного по емэйлу текста главный редактор называет Джеймса Сигерсона внештатным открытием года. Шерлок же не видит в этом ровным счётом ничего удивительного: о близости профессий детектива и журналиста известно даже школьникам — их основу составляют наблюдения за людьми.
Поначалу журналистская карьера Шерлока складывается не особо гладко: он категорически не соглашается с полученными редакторскими правками, предъявляя ультиматум: либо публикация текстов в авторской редакции, либо сотрудничество с другим изданием. Это здоровое нахальство и саркастичные комментарии к каждой правке неожиданно для всего творческого коллектива журнала приводят главного редактора в абсолютный восторг. Отхохотавшись, он распоряжается принять статью Шерлока в ближайший бумажный номер и разместить её электронный вариант на сайте.
Страница 49 из 112
