Фандом: Шерлок BBC. Большущий шерлоковский пострейхенбах: приключения Шерлока Холмса с момента прыжка с крыши, его путешествие по миру в поисках убийц, расследования, помощь брата — Майкрофта, посвященного в его тайну. Написано до выхода 3 сезона, в течение 9 месяцев. Вдохновлено кратким описанием поездок Шерлока в рассказе «Пустой дом» Конан Дойля, но в реалиях«Шерлока» ВВС и с разными дополнениями с учетом сериала.
Добавить в моё избранное
373 мин, 4 сек 24180
— Привет, малыш. Как у тебя дела?
— Всё хорошо. Я по тебе скучаю.
— Я тоже, но… — он настораживается. — Котёнок, а откуда у тебя мой телефон? Я же его тебе не говорил.
— Мне дали позвонить два дяди.
— Какие дяди?
— Те, что пришли ко мне в гости. Они интересные. У одного дяди даже есть пистолет.
— Вот как? — севшим голосом уточняет Макензи. — А что-нибудь мне эти дяди сказать хотят?
— Мистер Макензи, — звучит мужской голос, который Шерлок в прошлом слышал не раз из уст шефа майкрофтовской охраны. — Полагаем, вы всё поняли правильно. Освободите журналиста и экипаж. Потом сдайтесь властям. Только в этом случае у вашей дочери будет шанс уцелеть. Надеемся на ваше благоразумие.
По лётному полю разносятся телефонные гудки.
Полковник МИ-6 в отставке Джозеф Макензи действительно всё понимает верно. Он распоряжается отпустить экипаж и журналиста и сам с нескрываемой ненавистью смотрит на двоих людей в двадцати шагах от трапа самолёта.
И Шерлоку крайне не нравится этот его взгляд.
Когда Ван Ятсен и два пилота ступают на землю, Макензи неожиданно вскидывает автомат и даёт очередь по заказанному ему объекту. Ожидавший чего-то подобного Шерлок за долю секунды до этого успевает с корточек броситься Далай-ламе в ноги и повалить его на землю, так что пули проходят над головой.
В следующий миг одиночный выстрел гремит уже со стороны аэропорта, и раненый Макензи выпускает из рук автомат, пошатываясь, опускается на колени. Даже с такой дистанции Шерлоку видно, что выстрел не был смертельным, а значит, среагировал, скорее всего, знакомый ему человек. Ликвидатор Юджин Хамфри выполнил приказ командира «не убивать».
…
Над аэропортом Нью-Дели светит солнце. На улицу из здания высыпают полицейские, они держат на прицеле оставшихся троих террористов, которые выходят из самолёта с поднятыми руками. С асфальта неловко поднимаются всхлипывающие пассажиры, им пришлось просидеть на коленях возле самолёта около двух часов. Китайский журналист Ван Ятсен быстро подходит к двоим людям — растянувшимся прямо на асфальте старику и его спасителю, отлично среагировавшему молодому человеку, и озадаченно останавливается в шаге от них.
Не реагируя на суету вокруг, положив затылок на переплетённые пальцы, Шерлок Холмс и Далай-лама XIV с одинаково умиротворённым лицом разглядывают солнце.
С происшествия в аэропорту мирно и без потрясений проходит шесть дней. Воспользовавшись приглашением собственноручно спасенного религиозного лидера, Шерлок Холмс проводит их в летней резиденции Далай-ламы XIV в Дхарамсале. Это прелюбопытнейшее местечко на севере Индии, куда устремляются паломники-буддисты со всего мира, а так же те, кому интересна тибетская культура. Внешне оно не особо отличается от мельком увиденной Лхасы, разве что здесь ещё спокойнее. Да и отсутствие китайских военных патрулей — дополнительный плюс.
Туристы из десятков государств разгуливают по узким улочкам, посещают тибетские монастыри и читают мантры, поворачивая молитвенные барабаны. Народ наслаждается покоем и красотой горных хребтов, носит яркую одежду и получает удовольствие, оказываясь наедине с собой, и только Шерлок Холмс вынужденно проходит все стадии жесткой реакции на смену ритма. Так отвратительно ему не было давно…
После попадания в родную стихию, после блестяще проведенного расследования на пределе интеллектуальных, моральных и физических сил, занявшего без малого сутки, вдруг вновь получить спокойный скучный мир — это… Это больно. На Бейкер-стрит Джон несколько раз видел Шерлока в подобном состоянии и непременно старался хоть чем-то занять его мозг, отвлечь, помочь пережить, но здесь… Здесь не было ни Джона, ни даже примитивнейших криминальных дел, ни лаборатории для экспериментов. Только светлая комната с минимумом мебели — не из-за жадности, а в соответствии с монашеским укладом. Кувшин с холодным солёным чаем и лепешки на серебряном подносе. Узкая подушка на жесткой постели. И скука. Безобразная скука, вызывающая непреодолимое желание что-нибудь взорвать.
В болезненном ворочании на покрывале кровати проходит первый день. За это время Шерлок успевает трижды послать в очень далёком направлении свою родню вместе с их благодарностями, а когда на экране мобильника высвечивается знакомый городской лондонский номер, попросту отключает телефон. И искренне не видит ничего предосудительного в том, чтобы проигнорировать звонок из Букингемского дворца.
Человек, которого Шерлоку удалось спасти накануне, заходит в его комнату ближе к ночи. И со смиренным спокойствием разглядывает уткнувшегося носом в подушку молодого мужчину, в чьём сознании борются две установки: нежелание реагировать даже на такого важного посетителя и накрепко вбитые манеры выпускника элитного университета и элитной частной школы. Побеждает в итоге то, что при любых обстоятельствах заставляет выпрямлять спину.
— Всё хорошо. Я по тебе скучаю.
— Я тоже, но… — он настораживается. — Котёнок, а откуда у тебя мой телефон? Я же его тебе не говорил.
— Мне дали позвонить два дяди.
— Какие дяди?
— Те, что пришли ко мне в гости. Они интересные. У одного дяди даже есть пистолет.
— Вот как? — севшим голосом уточняет Макензи. — А что-нибудь мне эти дяди сказать хотят?
— Мистер Макензи, — звучит мужской голос, который Шерлок в прошлом слышал не раз из уст шефа майкрофтовской охраны. — Полагаем, вы всё поняли правильно. Освободите журналиста и экипаж. Потом сдайтесь властям. Только в этом случае у вашей дочери будет шанс уцелеть. Надеемся на ваше благоразумие.
По лётному полю разносятся телефонные гудки.
Полковник МИ-6 в отставке Джозеф Макензи действительно всё понимает верно. Он распоряжается отпустить экипаж и журналиста и сам с нескрываемой ненавистью смотрит на двоих людей в двадцати шагах от трапа самолёта.
И Шерлоку крайне не нравится этот его взгляд.
Когда Ван Ятсен и два пилота ступают на землю, Макензи неожиданно вскидывает автомат и даёт очередь по заказанному ему объекту. Ожидавший чего-то подобного Шерлок за долю секунды до этого успевает с корточек броситься Далай-ламе в ноги и повалить его на землю, так что пули проходят над головой.
В следующий миг одиночный выстрел гремит уже со стороны аэропорта, и раненый Макензи выпускает из рук автомат, пошатываясь, опускается на колени. Даже с такой дистанции Шерлоку видно, что выстрел не был смертельным, а значит, среагировал, скорее всего, знакомый ему человек. Ликвидатор Юджин Хамфри выполнил приказ командира «не убивать».
…
Над аэропортом Нью-Дели светит солнце. На улицу из здания высыпают полицейские, они держат на прицеле оставшихся троих террористов, которые выходят из самолёта с поднятыми руками. С асфальта неловко поднимаются всхлипывающие пассажиры, им пришлось просидеть на коленях возле самолёта около двух часов. Китайский журналист Ван Ятсен быстро подходит к двоим людям — растянувшимся прямо на асфальте старику и его спасителю, отлично среагировавшему молодому человеку, и озадаченно останавливается в шаге от них.
Не реагируя на суету вокруг, положив затылок на переплетённые пальцы, Шерлок Холмс и Далай-лама XIV с одинаково умиротворённым лицом разглядывают солнце.
С происшествия в аэропорту мирно и без потрясений проходит шесть дней. Воспользовавшись приглашением собственноручно спасенного религиозного лидера, Шерлок Холмс проводит их в летней резиденции Далай-ламы XIV в Дхарамсале. Это прелюбопытнейшее местечко на севере Индии, куда устремляются паломники-буддисты со всего мира, а так же те, кому интересна тибетская культура. Внешне оно не особо отличается от мельком увиденной Лхасы, разве что здесь ещё спокойнее. Да и отсутствие китайских военных патрулей — дополнительный плюс.
Туристы из десятков государств разгуливают по узким улочкам, посещают тибетские монастыри и читают мантры, поворачивая молитвенные барабаны. Народ наслаждается покоем и красотой горных хребтов, носит яркую одежду и получает удовольствие, оказываясь наедине с собой, и только Шерлок Холмс вынужденно проходит все стадии жесткой реакции на смену ритма. Так отвратительно ему не было давно…
После попадания в родную стихию, после блестяще проведенного расследования на пределе интеллектуальных, моральных и физических сил, занявшего без малого сутки, вдруг вновь получить спокойный скучный мир — это… Это больно. На Бейкер-стрит Джон несколько раз видел Шерлока в подобном состоянии и непременно старался хоть чем-то занять его мозг, отвлечь, помочь пережить, но здесь… Здесь не было ни Джона, ни даже примитивнейших криминальных дел, ни лаборатории для экспериментов. Только светлая комната с минимумом мебели — не из-за жадности, а в соответствии с монашеским укладом. Кувшин с холодным солёным чаем и лепешки на серебряном подносе. Узкая подушка на жесткой постели. И скука. Безобразная скука, вызывающая непреодолимое желание что-нибудь взорвать.
В болезненном ворочании на покрывале кровати проходит первый день. За это время Шерлок успевает трижды послать в очень далёком направлении свою родню вместе с их благодарностями, а когда на экране мобильника высвечивается знакомый городской лондонский номер, попросту отключает телефон. И искренне не видит ничего предосудительного в том, чтобы проигнорировать звонок из Букингемского дворца.
Человек, которого Шерлоку удалось спасти накануне, заходит в его комнату ближе к ночи. И со смиренным спокойствием разглядывает уткнувшегося носом в подушку молодого мужчину, в чьём сознании борются две установки: нежелание реагировать даже на такого важного посетителя и накрепко вбитые манеры выпускника элитного университета и элитной частной школы. Побеждает в итоге то, что при любых обстоятельствах заставляет выпрямлять спину.
Страница 69 из 112
