Неслучайное случайно

Тео забирает свою руку у Джека, заворачивается в плед и затихает, отвернувшись к окну. Бедный ребенок. Такой сильный, когда речь идет о том, чтобы сделать невозможное, и такой беззащитно хрупкий, когда дело касается его самого. Как и многие омеги — они не слабее, но равнодушие альфы бьет так больно, что справиться почти не получается.

Наоборот проще. Равнодушный или злой омега — это все равно возможность все поправить, пытаться снова и снова.

Тео нужно будет помочь. Что-то он про своего альфу знает, а Ичира Сакураи, глава токийского филиала, многое знает про альф своей страны. Того, кого ждет Тео, можно будет поискать и, чем черт не шутит, найти.

Джек прислушивается сначала к молчащему Тео, потом к засыпающему Гейбу и закрывает глаза. До Токио далеко, и поспать — отличная идея.

Ему никогда ничего не снится — Джек открывает глаза минут за двадцать до начала посадки и идет умываться. Тео продолжает сладко спать, словно и не волновался в Лос-Анджелесе.

Молодец — потом будет проще.

Гейб тоже спит, и ему снится что-то тревожное. Почему?

Джек спросит, когда они сядут.

Или Гейб расскажет сам, будет видно.

Они садятся в вечерних сумерках — Джек любуется океаном, золотящимся в закатных лучах, выходит из самолета первым и тут же включает телефон. Хмыкает, обнаружив на нем тонну ссыпавшихся эсэмэсок от Гейба.

«Приятного полета», «Наша посадка началась», «Я надеюсь, мы завтра увидимся, Джеки» и так далее.

Еще одна эсэмэска оповещает Джека о звонке с неизвестного ему американского номера. Перезвонить или нет? Пожалуй, перезвонить. Впрочем, там никто не берет трубку.

«Прошел таможню, все нормально. Сейчас передам Ичире документы и поеду в Ханамуру».

Джек идет через коридор, поправляя рюкзак, засовывает телефон в карман и через мгновение вытаскивает, почувствовав вибрацию.

«Мы сели. Передавай этому странному человеку привет. Как ты думаешь, как долго мы будем выходить, а?»

«Понятия не имею. Привет передам, он обрадуется», — строчит Джек в ответ, огибая какую-то старушку и парочку девиц с разноцветными волосами. Его старшие дети тоже увлекались таким, когда Джесси было четырнадцать, а Лу семнадцать. Они красили друг друга, потом попросили помощи, и Джеку пришлось срочно осваивать роль домашнего стилиста аж для трех омег, потому что и Гейб внезапно загорелся этой идеей. В итоге они все были неделю зеленые, неделю красные, следующую — розовые, а потом все как-то само по себе сошло на нет.

Ичиру Сакураи, единственного альфу в Overwatch, находящегося на руководящей должности такого уровня, видно издалека. Он возвышается над толпой относительно невысоких японцев, как маяк, и стоит так же незыблемо.

Джек пробирается к нему, пожимает по-американски протянутую руку и кивает:

— Добрый день.

— Добрый день, Джек, — отзывается Ичира. — Как дела?

— Прекрасно, — улыбается Джек. — Как твои?

— Мои… — начинает Ичира и застывает вдруг, уставившись Джеку куда-то за спину.

Вытягивается весь, напрягается и широко раскрывает глаза. Джек оглядывается, видит Тео — ну и все становится понятно, в общем-то. Даже то, каким образом Ичира сумел пережить смерть своего омеги и почему у него потом не получилось себя убить. Тео к тому моменту должно было быть уже лет семь, так что хотел Ичира или нет, а выжить пришлось.

Вот они и встретились — не стоит им мешать.

— Ичира, ключи, — требует Джек и щелкает перед его носом пальцами. — Отдай мне ключи от машины и потом уже иди встречать свое счастье. Слышишь?

— Что? — растерянно моргает Ичира.

— Ключи! Документы я завезу тебе завтра, когда буду улетать.

— А. Да, конечно.

Ичира пихает ему в руку требуемое, обходит его по широкой дуге и идет к застывшему сусликом Тео. Медленно, но неотвратимо, как айсберг к «Титанику».

Джек, хмыкнув, включает на телефоне камеру и становится так, чтобы и Тео, и Ичиру было видно сбоку.

Это не особо прилично, но Джек уверен, что потом они скажут ему спасибо за то, что он догадался заснять их первую встречу. Сам Джек заплатил бы сколько угодно, если бы ему предложили запись его первой встречи с Гейбом. Конечно, он прекрасно помнит недолгое ощущение захлестывающего с головой счастья, но и видео не помешало бы.

Ичира гладит Тео кончиками пальцев по щеке — ужасно трогательно и романтично, — обнимает другой рукой, а Тео жмурится, держась за его запястье, и, кажется, плачет.

Джек уходит, только когда на него начинают обращать внимание, а до этого успевает записать и поцелуй, и то, как Тео трется лицом о чужое плечо.

Просто не первая встреча, а рекламная кампания для всей Overwatch, но понятно, что никто это видео так использовать не будет.

Машину Джек ищет минут сорок, наверное, и проклинает все на свете, параллельно переписываясь с Гейбом.