Фандом: Гарри Поттер. Странный громовещатель не только вызвал инспекционное движение, но и послужил причиной одного изгнания.
Добавить в моё избранное
15 мин, 4 сек 296
Самым частым выражением, которое венчало все эти долгие разговоры, было «временной парадокс». Стоило кому-либо из них его произнести, как они оба мрачнели и синхронно делали по глотку из чашки.
В такие минуты Бупу прятался в самом дальнем углу и прибирался как можно тише, чтобы не вызвать лишнего недовольства.
А потом случился самый странный разговор, заставивший эльфенка предпринять решительные шаги.
Как раз в очередной мрачный раз было произнесено это страшное выражение «временной парадокс», как вдруг господин директор сэр сказал:
— Мне кажется, мир обезумел. А в другой момент понимаю, что безумен не мир, а я. Своим ограниченным слабым умом я пытаюсь охватить и понять его великое многообразие и чудесную красоту. Что это как не безумие?
— Это просто недостаток отдыха. Все мы весьма утомлены этой затянувшейся Инспекцией, — сухо ответил Снейп.
— А я ей даже рад, — признался Дамблдор и, видя ошарашенный взгляд обычно невозмутимого коллеги, продолжил, — нелепая цепь событий пробудила в людях все лучшее. Столько неравнодушных волшебников начало проверять положение дел после одного громкого письма, которое и письмом-то не было! Глядишь, такими темпами от школы они перейдут и к стране, а тогда никакие Томы к власти никогда не придут. Так что я повторюсь, я искренне рад этой инспекции.
Зельевар скептически покачал головой, а потом уточнил:
— Что значит, «и письмом-то не было»?
Директор мягко улыбнулся и принялся помешивать чай.
— Ты ведь помнишь боггарта, Северус? Того самого, который стал невольным свидетелем исчезновения неугомонной троицы? По странному стечению обстоятельств это тот самый боггарт с памятного урока Ремуса. И он же, вот уж воистину шутка судьбы, был тем самым «громовещателем», из-за которого возникла спонтанная идея приехать в Хогвартс с инспекцией. Я видел это в его сознании. Оно полагало это своим Бенефисом. И знаешь, я склонен с ним согласиться. Еще ни одно явление боггарта не меняло людей, столкнувшихся со своим страхом, так сильно.
Снейп нахмурился, пытаясь соотнести свое знание низшей нечисти с реальными инспекционными проблемами.
— Почему же вы не выдали его, директор?
— А зачем? Во-первых, мне бы никто не поверил. Я так долго выгляжу чудаком, что, кажется, сам начал верить в свое безумие. А во-вторых, произошедшее вспять это не повернет. Пусть равнодушие отступит хотя бы так.
— А мы потерпим? — едко уточнил слизеринец.
— Все пройдет, — отмахнулся его визави.
Бупу испарился из кабинета господина директора сэра весь в слезах. Подумать только, из-за нелепой шутки низшей нечисти его изгнали из общины. Теперь он знал правду, но кому от этого легче? Вот стал бы господин директор сэр озвучивать свое знание, если бы понимал, какое значение для Бупу оно имеет? Нет. Волшебникам нет дела до домовых эльфов. Бупу жил в разных общинах с разными традициями и обыкновениями, но волшебники были одинаковы, что в Министерстве, что в школе. И было бы настоящим безумием думать иначе.
— Я безумный домовик безумного господина директора сэра, — тихо прошептал Бупу.
— Отправляйтесь в Мунго, если больны, и не смейте будить почтенных волшебников, — ворчливо отозвался один из портретов.
Эльфенок поднял голову и удивленно посмотрел на стену коридора, на которой висело вновь заснувшее изображение.
— А разве в Мунго лечат домовых эльфов?
— Там всех лечат, черт бы вас подрал. Пойдите вон или хотя бы замолчите! — грубо отозвался портрет и, отвернувшись, устроился поудобнее.
Бупу яростно кивнул и испарился со щелчком.
В больнице имени Мунго его встретили неприветливо. Дежурный колдомедик долго и безуспешно пытался добиться от Бупу, что у него болит. Наконец, махнул рукой и вызвал консилиум. Наверное, в другое время нелепого домовика бы проигнорировали, но на волне инспекционной проверки Хогвартса колдомедики тоже опасались чего-то похожего, так что весь персонал был возмутительно предупредителен и вежлив.
Разговор с маленьким пациентом доверили Гиппократу Сметвику — большому любителю нестандартных методов лечения.
— Итак, Бупу, что тебя беспокоит?
— Я безумный домовик безумного господина директора сэра, — повторил свой вердикт тот.
Колдомедик с сомнением посмотрел на него и уточнил:
— Что именно заставляет тебя думать, что ты безумен?
— Я верю, что волшебникам есть до меня дело, — ответил Бупу, его левое ухо уважительно поднялось повыше.
— Но нам и правда есть. Смотри, все мы собрались здесь, чтобы помочь тебе. Разве нет?
Эльфенок осмотрел серьезных врачей, окруживших Сметвика и пациента, и просиял:
— О, да! Тогда, может, вы заодно поможете господину директору сэру?
— А в чем ему нужно помочь?
— Понимаете, он обезумел. Нет, нет, он не верит, что волшебникам есть до него дело, тут другое.
В такие минуты Бупу прятался в самом дальнем углу и прибирался как можно тише, чтобы не вызвать лишнего недовольства.
А потом случился самый странный разговор, заставивший эльфенка предпринять решительные шаги.
Как раз в очередной мрачный раз было произнесено это страшное выражение «временной парадокс», как вдруг господин директор сэр сказал:
— Мне кажется, мир обезумел. А в другой момент понимаю, что безумен не мир, а я. Своим ограниченным слабым умом я пытаюсь охватить и понять его великое многообразие и чудесную красоту. Что это как не безумие?
— Это просто недостаток отдыха. Все мы весьма утомлены этой затянувшейся Инспекцией, — сухо ответил Снейп.
— А я ей даже рад, — признался Дамблдор и, видя ошарашенный взгляд обычно невозмутимого коллеги, продолжил, — нелепая цепь событий пробудила в людях все лучшее. Столько неравнодушных волшебников начало проверять положение дел после одного громкого письма, которое и письмом-то не было! Глядишь, такими темпами от школы они перейдут и к стране, а тогда никакие Томы к власти никогда не придут. Так что я повторюсь, я искренне рад этой инспекции.
Зельевар скептически покачал головой, а потом уточнил:
— Что значит, «и письмом-то не было»?
Директор мягко улыбнулся и принялся помешивать чай.
— Ты ведь помнишь боггарта, Северус? Того самого, который стал невольным свидетелем исчезновения неугомонной троицы? По странному стечению обстоятельств это тот самый боггарт с памятного урока Ремуса. И он же, вот уж воистину шутка судьбы, был тем самым «громовещателем», из-за которого возникла спонтанная идея приехать в Хогвартс с инспекцией. Я видел это в его сознании. Оно полагало это своим Бенефисом. И знаешь, я склонен с ним согласиться. Еще ни одно явление боггарта не меняло людей, столкнувшихся со своим страхом, так сильно.
Снейп нахмурился, пытаясь соотнести свое знание низшей нечисти с реальными инспекционными проблемами.
— Почему же вы не выдали его, директор?
— А зачем? Во-первых, мне бы никто не поверил. Я так долго выгляжу чудаком, что, кажется, сам начал верить в свое безумие. А во-вторых, произошедшее вспять это не повернет. Пусть равнодушие отступит хотя бы так.
— А мы потерпим? — едко уточнил слизеринец.
— Все пройдет, — отмахнулся его визави.
Бупу испарился из кабинета господина директора сэра весь в слезах. Подумать только, из-за нелепой шутки низшей нечисти его изгнали из общины. Теперь он знал правду, но кому от этого легче? Вот стал бы господин директор сэр озвучивать свое знание, если бы понимал, какое значение для Бупу оно имеет? Нет. Волшебникам нет дела до домовых эльфов. Бупу жил в разных общинах с разными традициями и обыкновениями, но волшебники были одинаковы, что в Министерстве, что в школе. И было бы настоящим безумием думать иначе.
— Я безумный домовик безумного господина директора сэра, — тихо прошептал Бупу.
— Отправляйтесь в Мунго, если больны, и не смейте будить почтенных волшебников, — ворчливо отозвался один из портретов.
Эльфенок поднял голову и удивленно посмотрел на стену коридора, на которой висело вновь заснувшее изображение.
— А разве в Мунго лечат домовых эльфов?
— Там всех лечат, черт бы вас подрал. Пойдите вон или хотя бы замолчите! — грубо отозвался портрет и, отвернувшись, устроился поудобнее.
Бупу яростно кивнул и испарился со щелчком.
В больнице имени Мунго его встретили неприветливо. Дежурный колдомедик долго и безуспешно пытался добиться от Бупу, что у него болит. Наконец, махнул рукой и вызвал консилиум. Наверное, в другое время нелепого домовика бы проигнорировали, но на волне инспекционной проверки Хогвартса колдомедики тоже опасались чего-то похожего, так что весь персонал был возмутительно предупредителен и вежлив.
Разговор с маленьким пациентом доверили Гиппократу Сметвику — большому любителю нестандартных методов лечения.
— Итак, Бупу, что тебя беспокоит?
— Я безумный домовик безумного господина директора сэра, — повторил свой вердикт тот.
Колдомедик с сомнением посмотрел на него и уточнил:
— Что именно заставляет тебя думать, что ты безумен?
— Я верю, что волшебникам есть до меня дело, — ответил Бупу, его левое ухо уважительно поднялось повыше.
— Но нам и правда есть. Смотри, все мы собрались здесь, чтобы помочь тебе. Разве нет?
Эльфенок осмотрел серьезных врачей, окруживших Сметвика и пациента, и просиял:
— О, да! Тогда, может, вы заодно поможете господину директору сэру?
— А в чем ему нужно помочь?
— Понимаете, он обезумел. Нет, нет, он не верит, что волшебникам есть до него дело, тут другое.
Страница 3 из 5
