Фандом: Гарри Поттер. О попытке отделить зерна от плевел, посадить семь розовых кустов и познать самое себя.
Добавить в моё избранное
181 мин, 22 сек 1534
Я рассчитываю на то, что Вы будете благоразумны. Уничтожьте письмо и возвращайтесь в зал.»
Удачи«.»
Панси аккуратно подожгла край пергамента палочкой. Лишь когда пламя уже добралось до пальцев, она уронила его в унитаз и спустила воду. Выйдя из кабинки, Паркинсон слегка припудрилась, чтобы уничтожить следы слез.
Странное дело: еще сегодня утром она размышляла о том, что возвращение к магглам было бы не таким плохим вариантом. Но сейчас, когда выяснилось, что некто хочет присвоить ее наследство, выставив в самом невыгодном свете, — Панси хотелось воевать до конца. Врожденный дух противоречия, который, как ей казалось, давно скончался в муках социальной адаптации.
Недалеко от самой первой съемной квартиры Паркинсон находился кинотеатр, где по будням проводили бесплатные сеансы. Панси была там завсегдатаем. Кино открывало широкие возможности узнать о жизни магглов как можно больше.
В одном из старых фильмов Панси зацепил монолог героя: «Но реальность — совсем не то, что бывает в кино. Реальность — это удар кованым сапогом в рожу, после которого не сможешь очухаться. И с каждым днем тебя бьют все чаще. Вот это и есть реальность. Но чем больше бьют, тем ты сильнее».
Старая как мир мысль, высказанная персонажем не то драмы, не то комедии, отчего-то прочно засела в голове, став своеобразным девизом по жизни.
— Все получится, — шепотом сказала она своему отражению.
Ей показалось, что Паркинсон из Зазеркалья подмигнула в ответ.
15 сентября 2003 года
После возвращения из Лондона остаток воскресенья Панси убила на подготовку к занятиям в понедельник: она дописала планирование, отправив его МакГонагалл, проверила контрольные работы и составила конспекты к урокам у четвертого и третьего курса.
Понедельник выдался традиционно тяжелым. В попытках провести уроки по маггловской литературе как можно интереснее Паркинсон сорвала голос и лишилась остатков терпения. Выражение лица Грейнджер, пришедшей на последнее занятие (третий курс, Слизерин-Гриффиндор), даже заставило Панси рассказать несколько маггловских анекдотов, чтобы не расплакаться перед студентами от осознания собственной никчемности.
Анекдот о Шекспире-почтальоне имел у третьекурсников успех. За ужином Панси услышала, как один из гриффиндорцев пересказывает его приятелям со старших курсов, заменив Шекспира на Снейпа. Грейнджер, тоже ставшая свидетельницей взрыва смеха за гриффиндорским столом, одарила Панси осуждающим взглядом и сделала студенту строгий выговор.
Так что понедельник оказался настолько отвратительным, что в надежде на кофе Панси даже явилась на ежевечернее «совещание» в учительской, стараясь игнорировать неприязненные взгляды большинства коллег.
— Добрый вечер, — громко поздоровалась Паркинсон, с мазохистским удовольствием отмечая смущение на лицах профессоров, не удосужившихся ее поприветствовать.
— Как хорошо, что ты пришла! — Грейнджер выскочила из-за широкой спины Лонгботтома так неожиданно, что Панси машинально отступила на шаг.
— Правда?!
— Ну, мы же с тобой совсем не обсудили занятие! — непонимающе нахмурилась Гермиона.
— Ты предлагаешь сделать это сейчас, здесь? — Панси выразительно подняла левую бровь. Чертова привычка, как же от нее избавиться!
— Разумеется, нет, — предупредительно вмешался Невилл. — Гермиона просто рада, что не нужно разыскивать тебя по замку. Тебе налить чаю, Панси?
Она отрицательно покачала головой:
— Я не люблю чай, Лонгботтом, ты же… — Паркинсон чуть было не сказала: «Ты же знаешь», но вовремя прикусила язык.
Может, ей все приснилось?
И ночной марш по Хогвартсу, и шепот Грейнджер, и неясные намеки Снейпа, и тот самый кофе взаимопонимания? Нафантазировала, напридумывала невесть что, словно глупая малолетка, а на самом деле ничего и не было?
— Бери чашку, наливай что хочешь, — Грейнджер ее оплошности не заметила. Она сейчас была в таком настроении, что любое отклонение от интересующей ее темы воспринималось всего лишь как досадная помеха. — Очень ты сурово сегодня с Хлоей обошлась.
Кто о чем, а Грейнджер — о гриффиндорцах своих драгоценных.
Хлоя Хармони, третий курс. Вся в веснушках, с рыжими кудряшками. Паркинсон прекрасно понимала, почему Гермиона переживает именно за эту студентку, с вечно поднятой рукой и готовым ответом на любой вопрос: Хармони была слишком похожа на саму Грейнджер. Эдакая мисс Я-знаю-все-ну-спросите-меня-ну-пожалуйста!
— Она думает, что знает все, — фыркнула Панси. — Тоже мне, Натали Кук!
Ни Гермиона, ни Лонгботтом сравнения не поняли, уставившись на Паркинсон с одинаковым непониманием.
Панси на мгновение ощутила невероятно приятное чувство превосходства: хоть в чем-то она точно разбиралась лучше Грейнджер. Занятно. Чистокровная волшебница Панси Паркинсон знала больше о кинематографе, чем магглорожденная Гермиона Грейнджер.
Удачи«.»
Панси аккуратно подожгла край пергамента палочкой. Лишь когда пламя уже добралось до пальцев, она уронила его в унитаз и спустила воду. Выйдя из кабинки, Паркинсон слегка припудрилась, чтобы уничтожить следы слез.
Странное дело: еще сегодня утром она размышляла о том, что возвращение к магглам было бы не таким плохим вариантом. Но сейчас, когда выяснилось, что некто хочет присвоить ее наследство, выставив в самом невыгодном свете, — Панси хотелось воевать до конца. Врожденный дух противоречия, который, как ей казалось, давно скончался в муках социальной адаптации.
Недалеко от самой первой съемной квартиры Паркинсон находился кинотеатр, где по будням проводили бесплатные сеансы. Панси была там завсегдатаем. Кино открывало широкие возможности узнать о жизни магглов как можно больше.
В одном из старых фильмов Панси зацепил монолог героя: «Но реальность — совсем не то, что бывает в кино. Реальность — это удар кованым сапогом в рожу, после которого не сможешь очухаться. И с каждым днем тебя бьют все чаще. Вот это и есть реальность. Но чем больше бьют, тем ты сильнее».
Старая как мир мысль, высказанная персонажем не то драмы, не то комедии, отчего-то прочно засела в голове, став своеобразным девизом по жизни.
— Все получится, — шепотом сказала она своему отражению.
Ей показалось, что Паркинсон из Зазеркалья подмигнула в ответ.
15 сентября 2003 года
После возвращения из Лондона остаток воскресенья Панси убила на подготовку к занятиям в понедельник: она дописала планирование, отправив его МакГонагалл, проверила контрольные работы и составила конспекты к урокам у четвертого и третьего курса.
Понедельник выдался традиционно тяжелым. В попытках провести уроки по маггловской литературе как можно интереснее Паркинсон сорвала голос и лишилась остатков терпения. Выражение лица Грейнджер, пришедшей на последнее занятие (третий курс, Слизерин-Гриффиндор), даже заставило Панси рассказать несколько маггловских анекдотов, чтобы не расплакаться перед студентами от осознания собственной никчемности.
Анекдот о Шекспире-почтальоне имел у третьекурсников успех. За ужином Панси услышала, как один из гриффиндорцев пересказывает его приятелям со старших курсов, заменив Шекспира на Снейпа. Грейнджер, тоже ставшая свидетельницей взрыва смеха за гриффиндорским столом, одарила Панси осуждающим взглядом и сделала студенту строгий выговор.
Так что понедельник оказался настолько отвратительным, что в надежде на кофе Панси даже явилась на ежевечернее «совещание» в учительской, стараясь игнорировать неприязненные взгляды большинства коллег.
— Добрый вечер, — громко поздоровалась Паркинсон, с мазохистским удовольствием отмечая смущение на лицах профессоров, не удосужившихся ее поприветствовать.
— Как хорошо, что ты пришла! — Грейнджер выскочила из-за широкой спины Лонгботтома так неожиданно, что Панси машинально отступила на шаг.
— Правда?!
— Ну, мы же с тобой совсем не обсудили занятие! — непонимающе нахмурилась Гермиона.
— Ты предлагаешь сделать это сейчас, здесь? — Панси выразительно подняла левую бровь. Чертова привычка, как же от нее избавиться!
— Разумеется, нет, — предупредительно вмешался Невилл. — Гермиона просто рада, что не нужно разыскивать тебя по замку. Тебе налить чаю, Панси?
Она отрицательно покачала головой:
— Я не люблю чай, Лонгботтом, ты же… — Паркинсон чуть было не сказала: «Ты же знаешь», но вовремя прикусила язык.
Может, ей все приснилось?
И ночной марш по Хогвартсу, и шепот Грейнджер, и неясные намеки Снейпа, и тот самый кофе взаимопонимания? Нафантазировала, напридумывала невесть что, словно глупая малолетка, а на самом деле ничего и не было?
— Бери чашку, наливай что хочешь, — Грейнджер ее оплошности не заметила. Она сейчас была в таком настроении, что любое отклонение от интересующей ее темы воспринималось всего лишь как досадная помеха. — Очень ты сурово сегодня с Хлоей обошлась.
Кто о чем, а Грейнджер — о гриффиндорцах своих драгоценных.
Хлоя Хармони, третий курс. Вся в веснушках, с рыжими кудряшками. Паркинсон прекрасно понимала, почему Гермиона переживает именно за эту студентку, с вечно поднятой рукой и готовым ответом на любой вопрос: Хармони была слишком похожа на саму Грейнджер. Эдакая мисс Я-знаю-все-ну-спросите-меня-ну-пожалуйста!
— Она думает, что знает все, — фыркнула Панси. — Тоже мне, Натали Кук!
Ни Гермиона, ни Лонгботтом сравнения не поняли, уставившись на Паркинсон с одинаковым непониманием.
Панси на мгновение ощутила невероятно приятное чувство превосходства: хоть в чем-то она точно разбиралась лучше Грейнджер. Занятно. Чистокровная волшебница Панси Паркинсон знала больше о кинематографе, чем магглорожденная Гермиона Грейнджер.
Страница 19 из 55
