Фандом: Гарри Поттер. Что делать, когда твой великолепный и, казалось бы, отлично продуманный план рушится на глазах из-за какой-то нелепой случайности?
Добавить в моё избранное
59 мин, 48 сек 778
ужасно, настолько неправильно.
«Черт! Черт… черт… черт… Какой же хороший был план. Можно сказать, безупречный. Как только этот болван Топпи мог спутать их?»
— Почему у вас такой цвет волос? — хмуро бросил он Гермионе, глядя на шикарную рыжую гриву.
— Какой такой? — та тоже нахмурилась и слегка коснулась локонов пальцами.
— Красный! У вас же никогда раньше не было рыжей шевелюры.
Она, казалось, слегка колебалась, прежде чем ответить:
— Сегодня вечером у всех нас были рыжие волосы.
— У всех?
— Да, у всех.
— Но к чему, Мерлина ради, вам всем понадобилось становиться рыжими?
— А что, обязательно нужна причина?
— И вы серьезно думаете, что я поверю в совпадение? И в то, что у всех на вечеринке просто так были рыжие волосы? — иронично хмыкнул Малфой и добавил: — А что насчет маски?
— У всех нас были маски.
— Но почему? Это же нелепо. Никогда не слышал ни о чем подобном.
— Если вам так интересно, то мы знали, что Драко планирует прийти и украсть Джинни с девичника. Поэтому и хотели выглядеть, хотя бы на первый взгляд, похожими на нее. Ну, запутать его слегка. У нас, кстати, и глаза у всех были карие, — пояснила Гермиона.
— Самая бредовая затея, о которой я слышал. Если вы по-настоящему хотели обмануть его, то должны были использовать Оборотное зелье, а не эту глупость с волосами и масками. И, кстати, зачем вы хотели обмануть Драко?
— Да мы не собирались обманывать его всерьез! Я, например, просто покрасила волосы. Это же шутка, мистер Малфой. Чтобы всем было весело. Если бы он в комнате, полной рыжих девушек, с ходу узнал Джинни, прежде чем мы его вытолкали, то заработал бы право украсть невесту с девичника. Ну, а если нет…
— Вы хотите сказать, что весь мой продуманный план рухнул лишь потому, что стайка бестолковых девиц решила подшутить над моим сыном?
— Эм-м… Может, ваш план был не настолько продуман, — многозначительно заметила Гермиона. — Уж коли мы оказались в итоге здесь.
— Ну конечно! А если бы не ваши глупые игры, мой сын не совершил бы самой большой ошибки в своей жизни.
— Ах, конечно, как я могла забыть, это же я во всем виновата, не правда ли? Только теперь мне интересно, как долго мы будем сидеть здесь? Или ваше гениальное коварство предусмотрело еще какой-нибудь план? Резервный. Который поможет нам выбраться отсюда.
— Я не нуждаюсь ни в каких резервных планах! И мой план сработал бы отлично, если б не ваша дурацкая маскировка. Нет из этого дома выхода, нет! Во всяком случае, пока не появится Топпи.
— И когда ожидать это знаменательное событие?
— Он получил инструкции, согласно которым должен вернуться через неделю.
Ошеломленная Гермиона не только вытаращила на него глаза, но даже слегка приоткрыла рот. Правда, потом спохватилась и рот все-таки захлопнула.
— Я должна отсюда уйти, — упрямо проговорила она. — Я не останусь здесь с вами. Тем более что мне нужно вернуться к свадьбе, я одна из подружек…
— Вы не сможете уйти, мисс Грейнджер. Мы в другой стране. А заклинания даже не позволят вам отдалиться от дома, пока Топпи не сбросит их.
— А-а-ах, вот оно что… А если что-нибудь случится с Топпи? Об этом вы подумали?
— Ничего с ним не случится. Мы просто должны как-то пережить эту неделю, вот и все.
— Учтите, Малфой, меня будут искать. И вам это с рук не сойдет.
— Будут, — Люциус послушно кивнул. — Но не найдут. Домик ненаносимый.
— Понятно… Ну что ж, надеюсь, вам удастся насладиться последней неделей собственной свободы, потому что я определенно засажу вас за решетку, как только мы выберемся отсюда.
Он пожал плечами.
— Посмотрим… Можете мечтать сколько угодно, но не забывайте, что у меня есть связи.
От возмущения Гермиона почти задохнулась.
«Ах ты… мерзавец! Значит, ничего в этом мире не изменилось, да? И ты до сих пор отказываешься считать, что жизнь и из меня сделала достаточно грозного противника? Ну ладно… Это мы еще посмотрим».
И не преминула высказать вслух:
— Хочу заметить, что связи у меня тоже есть. Так что, посмотрим, что окажется сильнее — ваши деньги или мое прошлое героини войны.
— А я хочу заметить, что не в ваших интересах делиться со мной своими планами о моем аресте до того, как мы покинем это место. Подумайте, может, именно они и подбросят мне мысль оставить вас здесь навсегда?
К чести Гермионы, она даже не вздрогнула.
— О, нет… Вы прекрасно знаете, что будете одним из первых подозреваемых, если я вдруг исчезну. Добавьте к этому «симпатию» моих друзей лично к вам, их устойчивую популярность в волшебном сообществе, а также упорство в достижении целей — и вам придется осознать, что«оставлять меня здесь навсегда» отнюдь не в ваших интересах.
«Черт! Черт… черт… черт… Какой же хороший был план. Можно сказать, безупречный. Как только этот болван Топпи мог спутать их?»
— Почему у вас такой цвет волос? — хмуро бросил он Гермионе, глядя на шикарную рыжую гриву.
— Какой такой? — та тоже нахмурилась и слегка коснулась локонов пальцами.
— Красный! У вас же никогда раньше не было рыжей шевелюры.
Она, казалось, слегка колебалась, прежде чем ответить:
— Сегодня вечером у всех нас были рыжие волосы.
— У всех?
— Да, у всех.
— Но к чему, Мерлина ради, вам всем понадобилось становиться рыжими?
— А что, обязательно нужна причина?
— И вы серьезно думаете, что я поверю в совпадение? И в то, что у всех на вечеринке просто так были рыжие волосы? — иронично хмыкнул Малфой и добавил: — А что насчет маски?
— У всех нас были маски.
— Но почему? Это же нелепо. Никогда не слышал ни о чем подобном.
— Если вам так интересно, то мы знали, что Драко планирует прийти и украсть Джинни с девичника. Поэтому и хотели выглядеть, хотя бы на первый взгляд, похожими на нее. Ну, запутать его слегка. У нас, кстати, и глаза у всех были карие, — пояснила Гермиона.
— Самая бредовая затея, о которой я слышал. Если вы по-настоящему хотели обмануть его, то должны были использовать Оборотное зелье, а не эту глупость с волосами и масками. И, кстати, зачем вы хотели обмануть Драко?
— Да мы не собирались обманывать его всерьез! Я, например, просто покрасила волосы. Это же шутка, мистер Малфой. Чтобы всем было весело. Если бы он в комнате, полной рыжих девушек, с ходу узнал Джинни, прежде чем мы его вытолкали, то заработал бы право украсть невесту с девичника. Ну, а если нет…
— Вы хотите сказать, что весь мой продуманный план рухнул лишь потому, что стайка бестолковых девиц решила подшутить над моим сыном?
— Эм-м… Может, ваш план был не настолько продуман, — многозначительно заметила Гермиона. — Уж коли мы оказались в итоге здесь.
— Ну конечно! А если бы не ваши глупые игры, мой сын не совершил бы самой большой ошибки в своей жизни.
— Ах, конечно, как я могла забыть, это же я во всем виновата, не правда ли? Только теперь мне интересно, как долго мы будем сидеть здесь? Или ваше гениальное коварство предусмотрело еще какой-нибудь план? Резервный. Который поможет нам выбраться отсюда.
— Я не нуждаюсь ни в каких резервных планах! И мой план сработал бы отлично, если б не ваша дурацкая маскировка. Нет из этого дома выхода, нет! Во всяком случае, пока не появится Топпи.
— И когда ожидать это знаменательное событие?
— Он получил инструкции, согласно которым должен вернуться через неделю.
Ошеломленная Гермиона не только вытаращила на него глаза, но даже слегка приоткрыла рот. Правда, потом спохватилась и рот все-таки захлопнула.
— Я должна отсюда уйти, — упрямо проговорила она. — Я не останусь здесь с вами. Тем более что мне нужно вернуться к свадьбе, я одна из подружек…
— Вы не сможете уйти, мисс Грейнджер. Мы в другой стране. А заклинания даже не позволят вам отдалиться от дома, пока Топпи не сбросит их.
— А-а-ах, вот оно что… А если что-нибудь случится с Топпи? Об этом вы подумали?
— Ничего с ним не случится. Мы просто должны как-то пережить эту неделю, вот и все.
— Учтите, Малфой, меня будут искать. И вам это с рук не сойдет.
— Будут, — Люциус послушно кивнул. — Но не найдут. Домик ненаносимый.
— Понятно… Ну что ж, надеюсь, вам удастся насладиться последней неделей собственной свободы, потому что я определенно засажу вас за решетку, как только мы выберемся отсюда.
Он пожал плечами.
— Посмотрим… Можете мечтать сколько угодно, но не забывайте, что у меня есть связи.
От возмущения Гермиона почти задохнулась.
«Ах ты… мерзавец! Значит, ничего в этом мире не изменилось, да? И ты до сих пор отказываешься считать, что жизнь и из меня сделала достаточно грозного противника? Ну ладно… Это мы еще посмотрим».
И не преминула высказать вслух:
— Хочу заметить, что связи у меня тоже есть. Так что, посмотрим, что окажется сильнее — ваши деньги или мое прошлое героини войны.
— А я хочу заметить, что не в ваших интересах делиться со мной своими планами о моем аресте до того, как мы покинем это место. Подумайте, может, именно они и подбросят мне мысль оставить вас здесь навсегда?
К чести Гермионы, она даже не вздрогнула.
— О, нет… Вы прекрасно знаете, что будете одним из первых подозреваемых, если я вдруг исчезну. Добавьте к этому «симпатию» моих друзей лично к вам, их устойчивую популярность в волшебном сообществе, а также упорство в достижении целей — и вам придется осознать, что«оставлять меня здесь навсегда» отнюдь не в ваших интересах.
Страница 6 из 17
