Видеть изменения в тебе

— Джон, — сипит Шерлок, оттягивая внимание Джона от бедра к губам. — Джон, если ты не коснешься меня прямо сейчас…

Джона не надо просить дважды.

— Как она ощущается?

— Хммм

— Магия. Как она ощущается?

— Откуда тебе знать, что она как-то ощущается?

— Иногда у тебя появляется этот своеобразный взгляд, как будто что-то чешет тебя, нечто, что ты не можешь видеть, а никто другой не может почувствовать. Хотя, похоже, это не причиняет боль.

— Это как… Хмм. Это как покалывание. Тепло и щекотно, а иногда даже немного соблазнительно. Все зависит от магии. В Афганистане она имел вкус. Как… корица, шафран и кардамон — все сразу. Роскошно. Мирно. Здесь она более беспокойная, многослойная. Меняется, иногда внезапно ловит меня врасплох. Это как… белый шум.

— Это для всех так? Любой может ощущать ее все время?

— Нет, не совсем. Большинство может ощущать ее, только если она особенно сильная или злая. Или если очень-очень постараются.

— Ты ощущаешь почти постоянно.

— Да.

— Ты удивительный, Джон Ватсон.

— Но не столь удивительный, как ты.

— Не могу поверить, что согласился.

— Какой смысл проходить через всю эту бюрократию и все эти собрания, если мы не собирались воспользоваться?

Джон осторожно смотрит на вход в «Дырявый котел». Шерлок, стоящий рядом с ним, почти вибрирует в предвкушении.

— Я не был здесь около пятнадцати лет, — Джон протестует, но его возражения слабы, а слушатель неблагодарен.

— Тем более, пора вернуться. И ты сказал, что тебе нужен… Что это было?

— Порошок рога двурога, — бормочет Джон рассеянно. — И крылья докси.

— Все, что ты говоришь, больше не имеет смысла, — отвечает Шерлок. Но он не жалуется — он в восторге.

— Добро пожаловать на мою сторону, — парирует Джон, — но только потому, что наш шкаф заражен бандимунами.

— Вряд ли меня можно винить за эти магические грибы.

— Неважно, откуда взялись эти паразиты, если мы не избавимся от них, они съедят всю квартиру. Не очень-то хочется провалиться и случайно оказаться на одном из свиданий миссис Хадсон, правда ведь?

Шерлок изображает неловкость на лице.

— Достаточно того, что стены такие тонкие.

— Оу, довольно. Пойдем, давай покончим с этим. Постарайся, чтобы твое маггловское происхождение не было столь очевидно, ладно, дело и так достаточно неловкое.

Джон толкает дверь в «Дырявый котел» и заходит внутрь, потянув за руку брызжущего возмущением Шерлока.

— Должны быть какие-то правила, — рот Шерлока полон карри. — Не может быть просто все возможно.

— Почему нет?

Шерлок пожимает плечами.

— Не имеет смысла. У всего есть пределы.

— Правильно, — Джон хмурится и ковыряется в еде. — Есть основные принципы. Нельзя изменить время, нельзя вернуть из мертвых. И нельзя заставить влюбиться. Но даже эти правила несколько… гибки.

— Гибки — не очень аккуратное описание. Что ты хочешь сказать?

— Ну, можно заставить человека выпить зелье, и тот поверит, что любит тебя, например, но это не то же самое. Ты можешь реанимировать труп, хотя это довольно темная магия. И невероятно трудная. Тот не будет живым, но будет передвигаться по собственной воле. Можно, используя Маховик Времени, оказаться в прошлом или будущем, но нельзя изменить прошлое или предопределенное будущее, хотя, наверное, это немного сложнее. Временная линия, я имею в виду.

— Таким образом, можно приблизиться к невозможному, — предполагает Шерлок.

— В каком-то смысле, — соглашается Джон. — Это… как наука. Нет, не смотри на меня так, я изучал магию, а не ты. Есть законы и принципы, реакции и ограничения. Она исследуется тысячи лет, но до сих пор никто не знает точных масштабов того, что возможно, а что нет.

— Но это противоречит всем законам науки, физики и теории относительности…

— Нет, ты не слушаешь меня, — прерывает Джон. — Не противоречит. Просто игнорирует.

— Но в этом совсем нет никакого смысла.

— Думай об этом как о двух мирах, сосуществующих и взаимодействующих, как они и должны, но в конечном счете не затронутых друг с другом.

— Скука, — фыркает Шерлок.

— Неважно, — отвечает Джон. — Заканчивай с карри.

— Заставь меня.

— Я мог бы, знаешь ли, — Джон угрожает. — Это незаконно, но, думаю, любой судья после трех минут в твоем обществе отпустит меня с предупреждением.

Шерлок смотрит на него сердито, но все-таки доедает карри, и Джону не приходится прибегать к Непростительным.

Косой переулок не изменился. Или, скорее, он изменился настолько, насколько лавки выглядят иначе, и есть ощутимые доказательства войны, попадающиеся то там, то здесь — от некоторых магазинов, ставших теперь не столь большими, до золотых памятных табличек.