Фандом: Изумрудный город. Элли не будет сидеть сложа руки в городе Теней, а начнёт сразу же бороться за свою жизнь — только что обретённой магией. Но победить без помощи извне будет невозможно. Аларм, прилетев на помощь, пожертвует собой ради спасения Элли… и умрёт. Что он увидел? Почему вернулся? Причастен ли к этому отвратительный алхимик Парцелиус, или он — предатель? Автор размышляет, как можно было бы иначе объяснить этот эпизод истории…
Добавить в моё избранное
66 мин, 48 сек 595
Ну? Что ты наобещал девчонке?
— Что воскрешу её друзей… — начал Парцелиус. Самообладание постепенно к нему возвращалось. Всё-таки Ланга — ещё не Пакир. С ней ещё можно договориться.
— И ты думаешь, что ты сможешь это сделать? — рассмеялась Ланга. — Ах, да. Ты надеешься на мою помощь, верно?
— На вашу? — опешил Парцелиус.
— Ну конечно. А ты думал, что это сам Пакир тебе передаёт силы? — усмехнулась Ланга. — Не слишком ли ты высоко о себе возомнил? Пока что хватит с тебя и того, что он передаёт мне — а уже я передаю тебе.
Парцелиус снова упал духом. Мечты рушились одна за другой. Впрочем, опять-таки… С Лангой он как-нибудь договорится.
— А на что я её трачу? — продолжала тем временем принцесса устами русалки. — На всякие твои глупости? Поверь, мне и без них забот хватает. Либо ты немедленно прекратишь заниматься ерундой, либо Пакир найдёт другого учёного, не такого липового, как ты. Что ждёт в таком случае тебя, надеюсь, объяснять не надо?
Парцелиус замотал головой.
— Вот и хорошо. Итак, ты немедленно возвращаешься в свой замок, — Ланга презрительно поморщилась, — и там принимаешься за дело. Это было последнее предупреждение…
— Простите, принцесса, — опасливо залепетал Парцелиус, — но могу я вас попросить…
— Опять попросить? — ледяным тоном переспросила Ланга. Парцелиус даже съёжился, но тем не менее нашёл в себе смелость высказаться.
— Элли передала мне правление Жёлтой страной, и я хотел бы донести это до моих новых подданных… Могу я хотя бы два дня использовать на то, чтобы…
Ланга расхохоталась.
— Правление Жёлтой страной? Девочка и впрямь дурочка. Ну что ж, в общем-то, ей же хуже. И за что это она тебя так щедро одарила?
— Я пообещал ей, что сумею воскресить её друзей, — уже более уверенно объяснил Парцелиус.
— Ах да… Ну что ж, неплохая плата. Но, видимо, тебе мало Жёлтой страны, и ты хочешь владеть ещё и Изумрудным городом, так? — проницательно прищурилась Ланга.
Парцелиус кивнул.
— Хм… Ну что ж, не могу сказать, что я против. Предположим, мне это нравится. Но, полагаю, город тебе достанется не просто так? — Ланга изучающе взглянула на алхимика. — Поверить не могу, что она согласилась и на это, но тем не менее… Что ж, хорошо. Я дам тебе ещё два дня отсрочки, но если ты по истечении этих двух дней не примешься за работу, то больше предупреждений делать не буду.
Парцелиус с облегчением вздохнул.
— И вы мне поможете воскресить её друзей?
Ланга замерла, как будто раздумывая.
— Воскресить… — медленно проговорила она. — Кого именно?
— Аларма и Дровосека.
— Аларма? — вскинула глаза принцесса. — Очень хорошо… — задумчиво протянула она. — И Дровосека… Иди, — неожиданно резко сказала она. — Это не так просто, как ты думаешь.
Аларм пожалел, что слышал этот разговор не с самого начала — первое, что он расслышал, были слова принцессы «Опять попросить?». Многое осталось загадкой. Значит, некая принцесса помогает Парцелиусу? Или он ей? И что у него за работа такая, которую она с него требует? И что ещё этот алхимик потребовал с Элли? Аларм почувствовал невыразимое облегчение от того, что уж его-то Парцелиусу воскрешать не придётся. Ему совершенно не хотелось быть обязанным этому невыносимому человечку своей жизнью. Но вот Дровосек… С ним, очевидно, всё серьёзнее. Во всяком случае, Аларм знал: тот, как и он сам недавно, лежит неживой, и с ним точно так же ничего не смогли сделать. Но Аларм вернулся — ради отца, ради друзей, ради Волшебной страны, и из-за того, что он ещё не всё сделал в этой жизни, что хотел… А ради чего и зачем вернётся Дровосек? У него своя история и своя жизнь. Кто будет для него маяком на этой земле?
Когда принцесса сказала Парцелиусу «Иди», Аларм замер. Но Парцелиус остался о чём-то ещё спорить с ней, и Аларм успел выбраться из-за шторы, пересечь зал — изо всех сил стараясь ступать потише, — и исчезнуть в коридорах. Он вернулся в свою комнату, сел в кресло — ведь не исключено, что алхимик вернётся сюда, — закрыл глаза и задумался. Новости были слишком невероятными. Парцелиус — правитель Жёлтой страны? Только не он… Кто угодно, только не этот отвратительный старик. Как Элли могла согласиться на такое? В то же время Аларм был ей благодарен — она жертвовала ради них, ради друзей, но… её жертва оказалась бессмысленной. Аларм вернулся и сам. Стоп… Сам ли? Ведь он знал, что его здесь ждут. И потом…
Это ведь чудо — чудо, для которого не нужна магия. Это чудо сильнее любого волшебства. А чем сильнее такое чудо, тем бОльшая жертва должна случиться ради него. Элли пожертвовала очень многим. Это чудо было для неё, ведь кто, кроме неё, решился на такое? Аларм не понял, о чём говорила принцесса — «поверить не могу, что она согласилась на это», — но чувствовал, что это что-то очень серьёзное. И возможно, даже очень страшное.
— Что воскрешу её друзей… — начал Парцелиус. Самообладание постепенно к нему возвращалось. Всё-таки Ланга — ещё не Пакир. С ней ещё можно договориться.
— И ты думаешь, что ты сможешь это сделать? — рассмеялась Ланга. — Ах, да. Ты надеешься на мою помощь, верно?
— На вашу? — опешил Парцелиус.
— Ну конечно. А ты думал, что это сам Пакир тебе передаёт силы? — усмехнулась Ланга. — Не слишком ли ты высоко о себе возомнил? Пока что хватит с тебя и того, что он передаёт мне — а уже я передаю тебе.
Парцелиус снова упал духом. Мечты рушились одна за другой. Впрочем, опять-таки… С Лангой он как-нибудь договорится.
— А на что я её трачу? — продолжала тем временем принцесса устами русалки. — На всякие твои глупости? Поверь, мне и без них забот хватает. Либо ты немедленно прекратишь заниматься ерундой, либо Пакир найдёт другого учёного, не такого липового, как ты. Что ждёт в таком случае тебя, надеюсь, объяснять не надо?
Парцелиус замотал головой.
— Вот и хорошо. Итак, ты немедленно возвращаешься в свой замок, — Ланга презрительно поморщилась, — и там принимаешься за дело. Это было последнее предупреждение…
— Простите, принцесса, — опасливо залепетал Парцелиус, — но могу я вас попросить…
— Опять попросить? — ледяным тоном переспросила Ланга. Парцелиус даже съёжился, но тем не менее нашёл в себе смелость высказаться.
— Элли передала мне правление Жёлтой страной, и я хотел бы донести это до моих новых подданных… Могу я хотя бы два дня использовать на то, чтобы…
Ланга расхохоталась.
— Правление Жёлтой страной? Девочка и впрямь дурочка. Ну что ж, в общем-то, ей же хуже. И за что это она тебя так щедро одарила?
— Я пообещал ей, что сумею воскресить её друзей, — уже более уверенно объяснил Парцелиус.
— Ах да… Ну что ж, неплохая плата. Но, видимо, тебе мало Жёлтой страны, и ты хочешь владеть ещё и Изумрудным городом, так? — проницательно прищурилась Ланга.
Парцелиус кивнул.
— Хм… Ну что ж, не могу сказать, что я против. Предположим, мне это нравится. Но, полагаю, город тебе достанется не просто так? — Ланга изучающе взглянула на алхимика. — Поверить не могу, что она согласилась и на это, но тем не менее… Что ж, хорошо. Я дам тебе ещё два дня отсрочки, но если ты по истечении этих двух дней не примешься за работу, то больше предупреждений делать не буду.
Парцелиус с облегчением вздохнул.
— И вы мне поможете воскресить её друзей?
Ланга замерла, как будто раздумывая.
— Воскресить… — медленно проговорила она. — Кого именно?
— Аларма и Дровосека.
— Аларма? — вскинула глаза принцесса. — Очень хорошо… — задумчиво протянула она. — И Дровосека… Иди, — неожиданно резко сказала она. — Это не так просто, как ты думаешь.
Аларм пожалел, что слышал этот разговор не с самого начала — первое, что он расслышал, были слова принцессы «Опять попросить?». Многое осталось загадкой. Значит, некая принцесса помогает Парцелиусу? Или он ей? И что у него за работа такая, которую она с него требует? И что ещё этот алхимик потребовал с Элли? Аларм почувствовал невыразимое облегчение от того, что уж его-то Парцелиусу воскрешать не придётся. Ему совершенно не хотелось быть обязанным этому невыносимому человечку своей жизнью. Но вот Дровосек… С ним, очевидно, всё серьёзнее. Во всяком случае, Аларм знал: тот, как и он сам недавно, лежит неживой, и с ним точно так же ничего не смогли сделать. Но Аларм вернулся — ради отца, ради друзей, ради Волшебной страны, и из-за того, что он ещё не всё сделал в этой жизни, что хотел… А ради чего и зачем вернётся Дровосек? У него своя история и своя жизнь. Кто будет для него маяком на этой земле?
Когда принцесса сказала Парцелиусу «Иди», Аларм замер. Но Парцелиус остался о чём-то ещё спорить с ней, и Аларм успел выбраться из-за шторы, пересечь зал — изо всех сил стараясь ступать потише, — и исчезнуть в коридорах. Он вернулся в свою комнату, сел в кресло — ведь не исключено, что алхимик вернётся сюда, — закрыл глаза и задумался. Новости были слишком невероятными. Парцелиус — правитель Жёлтой страны? Только не он… Кто угодно, только не этот отвратительный старик. Как Элли могла согласиться на такое? В то же время Аларм был ей благодарен — она жертвовала ради них, ради друзей, но… её жертва оказалась бессмысленной. Аларм вернулся и сам. Стоп… Сам ли? Ведь он знал, что его здесь ждут. И потом…
Это ведь чудо — чудо, для которого не нужна магия. Это чудо сильнее любого волшебства. А чем сильнее такое чудо, тем бОльшая жертва должна случиться ради него. Элли пожертвовала очень многим. Это чудо было для неё, ведь кто, кроме неё, решился на такое? Аларм не понял, о чём говорила принцесса — «поверить не могу, что она согласилась на это», — но чувствовал, что это что-то очень серьёзное. И возможно, даже очень страшное.
Страница 13 из 18
