Фандом: Гарри Поттер. Возможно, Ремус Люпин всегда бежал от любви, отказываясь принять себя.
Добавить в моё избранное
8 мин, 30 сек 162
Неужели тебе нравится бояться себя? Ты даже не пробуешь. Мне порой хочется стать такой, как ты. Понять тебя… и понять, чего ты так боишься.
— Не вздумай!
— Сотни людей живут с этим, собираются в стаю, любят, рожают детей и не трясутся перед полнолунием.
— Таких, как я, просто не должно быть.
— Ты противоречишь сам себе: хочешь создать более благоприятные условия для оборотней, дать им образование, возможность найти работу — но для самого себя ты ничего этого не делаешь. Они ведь люди — так же, как и ты.
Он не нашелся с ответом и, вдохновленный ее верой, согласился на эксперименты.
Будто подтверждая его правоту тогда, сейчас в дверях возник недовольный Снейп с дымящимся зельем. Ремус совсем забыл, что сегодня ему нужно было спуститься в подземелья на полчаса раньше, чем обычно.
— Люпин, ты снова забыл свое лекарство, а я тебе не слуга, чтоб ходить и напоминать.
— Спасибо, Северус, — Ремус как можно вежливее постарался прервать зельевара.
— Не подавись благодарностью.
Люпин сделал большой глоток и поморщился.
— До дна. У меня нет времени торчать здесь всю ночь.
— Твое здоровье, — Ремус залпом осушил остаток.
Снейп забрал кубок и ушел. Люпин закрыл за ним дверь и начал готовиться к трансформации. Раздевшись и аккуратно сложив вещи на стуле, он ждал, когда взойдет Луна.
Если бы тогда было это зелье, все могло сложиться иначе… Он стал на задние лапы и положил морду на подоконник. Именно этого эффекта добивалась Пандора, доказывая, что он может сохранять разум при свете полной Луны.
В голове снова закружились воспоминания…
Ремус лежал голый на лесной поляне, а рядом стояла Пандора, запыхавшаяся и сосредоточенная.
— Я чуть не убил тебя, да?! — он сел, стесняясь свей наготы.
— Все было под контролем, ты просто не помнишь. Чары сработали, их нужно только доработать. У нас почти получилось.
— Пандора, нет! Это безумие. Ты играешь магией, которой не знаешь, ты используешь темные силы, совмещаешь несовместимое…
— Это и так совместилось в тебе. Твой боггарт и патронус — Луна. Когда ты только это поймешь?!
Ремус старался не смотреть на нее, поджав к животу голые колени.
— Если все получится, ты сможешь сохранять разум. Ты читал статью о волчьем противоядии?
— Это только легенда.
— Нет. Основной рецепт утерян, но его пытаются восстановить. А можно заменить эффект зелья чарами, я тебе объясняла… И все получится! Я люблю тебя…
— Пандора… — он поднял голову и посмотрел на нее. — Нам нужно расстаться. Ты слишком рискуешь из-за меня. Ты ведь даже не анимаг. Используя только чары, ты не можешь меня остановить. У таких, как я, нет будущего.
Он повернулся к ней спиной и подошел к дуплу, в котором оставил свои вещи. Не обращая на нее внимания, стал быстро одеваться. Она наблюдала за ним, пристально глядя на его спину, и вдруг сорвалась на крик.
— Ты сам от всего отказываешься, Ремус! А если у нас будет ребенок? — она говорила сквозь слезы, надеясь его убедить и обрадовать, но его лицо исказила гримаса ужаса.
— Такие, как я, не должны размножаться, — он стремительно ушел с поляны, не оглядываясь, оставив ее в растерянности одну.
Он забросил все свои мечты и идеи, погрузившись в дела Ордена, стараясь завоевать уважение и быть хоть чем-то полезным. Пандора вышла замуж за троюродного брата — он узнал об этом случайно, от Прюэттов. Странная пара поселилась неподалеку от дома их сестры. А год спустя Ремус приехал туда, чтобы выразить соболезнования Молли после гибели братьев. После тяжелого разговора он решил пройтись по окрестностям и случайно столкнулся у ручья с Пандорой. Он не знал, что сказать, и не придумал ничего умнее, как поздравить ее с замужеством. Послышался плач младенца — Ремус даже не заметил, что в странном, намотанном у нее на груди шарфе — ребенок. Пандора поставила серебристый кувшин, села по-турецки прямо на траву и приложила малыша к груди. Люпину стало неловко, он почувствовал себя лишним.
— Не знал, что у тебя ребенок.
— Луна.
Ремус изменился в лице.
— Не бойся, — продолжала Пандора. — Она не оборотень, но назвала я ее в честь тебя. Нужно признавать свои ошибки, идти дальше и видеть хорошее. Я любила тебя, а такая любовь не должна уйти без следа. Ксено тоже со мной согласен. Сына мы назовем Гелиос.
Ремус не мог найти слов. Он пытался не думать, забыть ее, а она просто пережила их любовь… На противоположной стороне ручья послышался шум.
— Пандора! Пандора, я почти поймал морщерогого кизляка.
— Я здесь, на другом берегу, милый.
Долговязый молодой мужчина перебрался вброд через ручей. Дважды чуть не поскользнулся, но сумел удержаться на ногах и даже не уронил банку с непонятной живностью.
— Смотри, эти крылышки и хоботок!
— Не вздумай!
— Сотни людей живут с этим, собираются в стаю, любят, рожают детей и не трясутся перед полнолунием.
— Таких, как я, просто не должно быть.
— Ты противоречишь сам себе: хочешь создать более благоприятные условия для оборотней, дать им образование, возможность найти работу — но для самого себя ты ничего этого не делаешь. Они ведь люди — так же, как и ты.
Он не нашелся с ответом и, вдохновленный ее верой, согласился на эксперименты.
Будто подтверждая его правоту тогда, сейчас в дверях возник недовольный Снейп с дымящимся зельем. Ремус совсем забыл, что сегодня ему нужно было спуститься в подземелья на полчаса раньше, чем обычно.
— Люпин, ты снова забыл свое лекарство, а я тебе не слуга, чтоб ходить и напоминать.
— Спасибо, Северус, — Ремус как можно вежливее постарался прервать зельевара.
— Не подавись благодарностью.
Люпин сделал большой глоток и поморщился.
— До дна. У меня нет времени торчать здесь всю ночь.
— Твое здоровье, — Ремус залпом осушил остаток.
Снейп забрал кубок и ушел. Люпин закрыл за ним дверь и начал готовиться к трансформации. Раздевшись и аккуратно сложив вещи на стуле, он ждал, когда взойдет Луна.
Если бы тогда было это зелье, все могло сложиться иначе… Он стал на задние лапы и положил морду на подоконник. Именно этого эффекта добивалась Пандора, доказывая, что он может сохранять разум при свете полной Луны.
В голове снова закружились воспоминания…
Ремус лежал голый на лесной поляне, а рядом стояла Пандора, запыхавшаяся и сосредоточенная.
— Я чуть не убил тебя, да?! — он сел, стесняясь свей наготы.
— Все было под контролем, ты просто не помнишь. Чары сработали, их нужно только доработать. У нас почти получилось.
— Пандора, нет! Это безумие. Ты играешь магией, которой не знаешь, ты используешь темные силы, совмещаешь несовместимое…
— Это и так совместилось в тебе. Твой боггарт и патронус — Луна. Когда ты только это поймешь?!
Ремус старался не смотреть на нее, поджав к животу голые колени.
— Если все получится, ты сможешь сохранять разум. Ты читал статью о волчьем противоядии?
— Это только легенда.
— Нет. Основной рецепт утерян, но его пытаются восстановить. А можно заменить эффект зелья чарами, я тебе объясняла… И все получится! Я люблю тебя…
— Пандора… — он поднял голову и посмотрел на нее. — Нам нужно расстаться. Ты слишком рискуешь из-за меня. Ты ведь даже не анимаг. Используя только чары, ты не можешь меня остановить. У таких, как я, нет будущего.
Он повернулся к ней спиной и подошел к дуплу, в котором оставил свои вещи. Не обращая на нее внимания, стал быстро одеваться. Она наблюдала за ним, пристально глядя на его спину, и вдруг сорвалась на крик.
— Ты сам от всего отказываешься, Ремус! А если у нас будет ребенок? — она говорила сквозь слезы, надеясь его убедить и обрадовать, но его лицо исказила гримаса ужаса.
— Такие, как я, не должны размножаться, — он стремительно ушел с поляны, не оглядываясь, оставив ее в растерянности одну.
Он забросил все свои мечты и идеи, погрузившись в дела Ордена, стараясь завоевать уважение и быть хоть чем-то полезным. Пандора вышла замуж за троюродного брата — он узнал об этом случайно, от Прюэттов. Странная пара поселилась неподалеку от дома их сестры. А год спустя Ремус приехал туда, чтобы выразить соболезнования Молли после гибели братьев. После тяжелого разговора он решил пройтись по окрестностям и случайно столкнулся у ручья с Пандорой. Он не знал, что сказать, и не придумал ничего умнее, как поздравить ее с замужеством. Послышался плач младенца — Ремус даже не заметил, что в странном, намотанном у нее на груди шарфе — ребенок. Пандора поставила серебристый кувшин, села по-турецки прямо на траву и приложила малыша к груди. Люпину стало неловко, он почувствовал себя лишним.
— Не знал, что у тебя ребенок.
— Луна.
Ремус изменился в лице.
— Не бойся, — продолжала Пандора. — Она не оборотень, но назвала я ее в честь тебя. Нужно признавать свои ошибки, идти дальше и видеть хорошее. Я любила тебя, а такая любовь не должна уйти без следа. Ксено тоже со мной согласен. Сына мы назовем Гелиос.
Ремус не мог найти слов. Он пытался не думать, забыть ее, а она просто пережила их любовь… На противоположной стороне ручья послышался шум.
— Пандора! Пандора, я почти поймал морщерогого кизляка.
— Я здесь, на другом берегу, милый.
Долговязый молодой мужчина перебрался вброд через ручей. Дважды чуть не поскользнулся, но сумел удержаться на ногах и даже не уронил банку с непонятной живностью.
— Смотри, эти крылышки и хоботок!
Страница 2 из 3
