Дневник людоеда

Кадя, это — суккуб.

— Кто?

— Дьяволица, принимающая вид соблазнительной женщины.

— Не хига себе! — я чуть не упал с дивана. — Что делать?

— Для защиты жилья надо на листочке написать имена трёх ангелов Санной, Сансанной, Самнаглоф и спрятать в укромном месте.

— И всё? — я засомневался. — Неужели так просто избавиться от нечистой силы?

— Ты прав — этого мало, — согласилась мать. — Надо верить в то, что делаешь. Также необходима твёрдая вера в Бога и в Его помощь.

— Может, нам не спешить? — меня смущала материнская напористость. — Лично мне эта незнакомка ничего плохого не сделала. Наоборот, мне с ней было очень приятно.

— Постыдился бы матери такое говорить, — укорила родительница. — Твоё нежелание избавиться от суккуба — первый признак того, что он овладел твоим сердцем. Надо действовать. Пойду читать псалом «не спит и не дремлет страж Израилев».

Потушив свет, мать скрылась за дверью. Окно зарделось утренней зарёй. Словно окунаясь в воду, я погружался в сон. И вдруг внутри себя услышал голос Лили:

— Тебе хорошо со мной было?

— Да.

— Твоя мать мешает нам. Она — наш враг. Убей её.

— Нет, — сопротивляясь сковывающему меня сну, чуть ли не выкрикнул я. — Она — самый близкий мне человек. Мать дала мне жизнь, и я за это, в знак благодарности, буду её убивать?

— Хорошо. Спи, дорогой, — убаюкивающим шёпотом произнесла Лили. — Я избавлю тебя от этой проблемы…

Я спал до обеда. Проснувшись, искал чёрную кошку, но тщетно — её нигде не было.

— Что ищешь? — не выдержала мать. Я огрызнулся:

— Вчерашний день.

— Лучше бы работу, — попрекнула родительница. — Фима тоже безработный, но на оптовый рынок каждый день нанимается.

— У него здоровье, что у быка. На нём пахать можно. Мам, одолжи на пол-литра. У меня после головокружительной ночи мозги набекрень.

— У тебя они всю жизнь набекрень. Я вчера одалживала. Скоро Фима придёт. Проси у него.

Пришлось ждать брата. Появился он ближе к вечеру. Допивая с ним бутылку, я рассекретился — рассказал о Лили. Он был в шоке.

— Я ощущал её, как живую, но, когда надо было, она исчезала, как выключенный в лампочке свет, — говорил я, не веря происшедшему со мной.

— А ты получал с ней удовольствие?

— Представь себе — да! Как ни с одной женщиной в мире!

— А можно мне попробовать? — скромно попросил Ефим.

— Накоси — выкуси, — я покрутил перед его носом фигой. — Коня, трубку и жену не дам никому.

— У тебя жена Лиля, а не какая-то потусторонняя Лили, — напомнил мне брат.

— Сам знаю, но ничего поделать с собой не могу. Такое впечатление, что это дьявольское создание всю мою душу наизнанку вывернуло.

Расходясь по разным подъездам, я его ещё озадачил:

— Та чёрная кошка, что привязалась к нам вчера возле подъезда, странным образом оказалась в моей комнате. Утром её не нашёл — будто сквозь землю провалилась.

— Может, мать выпустила?

— Вряд ли. Она бы сказала. Я про кошку ей ничего не говорил. Ещё прибьёт ненароком безобидное животное. Моей матушке везде нечистая сила мерещится.

— Она не мерещится, а на самом деле уже появилась. Да уж, сложно искать в тёмной комнате чёрную кошку, — прощаясь, на что-то намекнул брат.

Придя домой, я бухнулся на диван и сразу же заснул. Среди ночи проснулся от нежных поглаживаний моего тела. Открыв глаза, я увидел свою самозваную гостью Лили. Одного её пылкого поцелуя было достаточно, чтобы разбудить во мне невероятную страсть. Всю бурную ночь эта неугомонная и уверенная в себе партнёрша выкачивала из меня сексуальную энергию. Наши стоны переходили в безудержные крики. Я опасался мамашиного появления, но к моему удивлению до зала доносился лишь её смех, плавно переливающийся в хохот.

Когда окно озарилось рассветом, Лили прошептала мне:

— Иди. Она тебя ждёт, а мне — пора, — и исчезла.

Накинув халат, я поспешил в спальню матери. Она сидела, опёршись на спинку кровати. На её лице застыла странная улыбка.

— Ма, что с тобой? — в предчувствии беды мой голос надломился.

Ответа не последовало. Я подошёл к родительнице и пощупал на запястье пульс. Он отсутствовал. Моё тело сковал ужас. Я от бессилия опустился на пол и обхватил голову руками:

— О, Боже! Лили, что ты наделала? — я почему-то был уверен в её непосредственном участии.

— Это не я, а — бесы, — услышал я знакомый мне голос.

— Которые действовали по твоему приказу, — я догадался.

— Я хотела, как лучше, — оправдывалась Лили.

— Откуда ты знаешь, как лучше?

— Через месяц у твоей матери должен был произойти инсульт. Болезнь надолго приковала бы её к постели. Ты справился бы с этим?

— Какое твое дело?! Заботливая нашлась!