Кен Айова после переезда в городок Хэвен Фоллс заводит дружбу с тремя девушками. Во время совместного времяпрепровождения друзья рассказывают Кену историю из интернета — рассказ о Джеффе Вудсе, связывая по всем признакам эту историю с серией убийств, происходящих в это же время в штате Мэн. После этого на город обрушивается вереница кровавых событий, один в один копирующих почерк печально известного Убийцы Джеффа. Роман состоит из 48 глав. Каждую неделю для прочтения будут выкладываться две главы.
Добавить в моё избранное
8 мин, 42 сек 178
«Хочу умереть. Жизнь более ничего не значит. Покой — это мой последний пункт назначения. Не хочу более ничего слышать, видеть, чувствовать… Мне, более, этого не вынести. Нет сил, двигаться дальше. Утверждения в духе» вставай, дорогая, вставай и продолжай идти потихоньку«не про меня. Хочу умереть. Жизнь более ничего не значит»…
С такими мыслями Дженнифер медленно брела по безлюдным улицам ночного Портленда. Мелкий дождь неприятно покалывал гладкую кожу девушки, которой, впрочем, не было до погодных условий никакого дела (по крайней мере, она делала вид, что ей нет до этого дела). Ее терзали мысли столь прозаические, что сам юный Вертер позавидовал бы.
Ситуация достаточно знакомая нам по различного рода популярным романам и кинофильмам. Неразделенная любовь, так яростно сохраняемая под покровом тайны на протяжении нескольких лет. Затем, вечеринка, признание, отказ, публичный и вечный позор, слезы, боль, истерика. Все это подкреплялось затяжным конфликтом с родителями, вызванным типичными для девочки-подростка пубертатного периода стремлениями к независимости.
И вот она здесь. Безлюдные улицы, незнакомая местность, капли дождя на русых волосах и высохшие слезинки на щеках. И романтичное стремление к смерти — красивой и одновременно дерзкой, с вызовом этому глупому и жестокому взрослому миру. Впрочем, в глубинах сознания гнездилось чувство, что и она сама тайно желала такого поворота событий. Чем такая больная любовь не лучше взаимности? Чем такая прекрасная смерть, полная страданий и романтического вдохновения, хуже счастливой старости, в окружении неблагодарных детей и внуков, в довесок с уже давно безразличным к ней мужем. Она всегда представляла себе подобную семейную идиллию с Грейди: небольшой коттедж в зеленом районе где-нибудь на периферии, тепло домашнего очага, долгие радостные посиделки глаза в глаза у камина с тлеющими поленьями.
Грейди, какая же ты сволочь! Твои слова все разрушили в один миг! «Спустись с небес на землю, девочка». И дружный пьяный хохот толпы, прозвучавший, словно сокрушительный взрыв, сметающий на своем пути декорации и участников театральной пьесы, которую она уже давно поставила у себя в голове. Трагедия родилась и достигла своего катарсиса. Мир рухнул прямо на глазах, и не осталось ничего, кроме громыхающего в ушах хора насмешек и унижений сверстников. Она не могла больше терпеть этот позор. Оставалось только пулей вылететь из дома Тома Майерса, где сегодня, собственно, и гудел ее класс.
Прочь в ночную прохладу.
Но гул толпы не переставал донимать ее и снаружи, толкая девушку прямиком в бездонную пропасть отчаяния. Это был билет в один конец.
Поежившись от холода, Дженнифер все же натянула шерстяную толстовку, которую до этого крепко сжимала в руках, отчего ее ладошки буквально жгло огнем. Дождь постепенно усиливался, и ей ничего не оставалось, как натянуть капюшон поверх мокрых волос, завивающихся под действием влаги. Ощущение прохлады все же слегка встряхнули девушку, что в прочем не поколебало ее намерения совершить самоубийство.
Впереди забрезжил свет, и, несколько раз моргнув, она разглядела витрину круглосуточного магазина.
«Мне нужна сигарета! Одна затяжка поможет мне собраться с мыслями!».
Дженнифер вдруг вспомнился один старый французский фильм (названия она все никак не могла вспомнить). Там вроде как мужчина в смешном пиджаке с рюшами летел вниз с огромной лестницы под крики женщины за кадром: «Джеймс! Они убили его!» Но Джеймс был не так прост, несмотря на его дурацкий вид. Он моментально вскочил на ноги и пафосно воскликнул:«Нет! Ведь я еще не выкурил свою последнюю сигарету!». Дженнифер помнила, как в детстве до упаду хохотала, когда после этой фразы зажигалка мужчины отказывалась работать. Оказалось, что по сюжету это были всего лишь съемки фильма и реквизит на съемочной площадке оказался непригоден к использованию. Воспоминания заставили девушку невольно улыбнуться.
«Я тоже еще не выкурила свою последнюю сигарету», — подумала Дженнифер и медленно поплелась в сторону ночного магазина, попутно пиная по тротуару пустую банку из под «Кока-колы».
Тепло магазинчика постепенно нагоняло на девушку приятную сонливость. Тихий голос диктора из динамиков вещал об итогах еще одного бесцельно прожитого дня, главной изюминкой которого стало крушение туристического парохода недалеко от Портленда. «Большой Грифон» получил свое название от капитанского судна, ходившего под командованием некоего Лопе де Медины. Это была военная урка, водоизмещением шестьсот пятьдесят тонн, вооруженная сорока пушками. Дженнифер позабавило название судна и его тип. Урка… Странное слово. Почему эти дикторы вдаются в подробности, абсолютно не касающиеся сути дела? Мельком обмолвились о«приблизительном» количестве жертв и пропавших без вести пассажиров, а затем вовсю начали рассуждать о названии корабля и убытках, нанесенных туристической компании.
С такими мыслями Дженнифер медленно брела по безлюдным улицам ночного Портленда. Мелкий дождь неприятно покалывал гладкую кожу девушки, которой, впрочем, не было до погодных условий никакого дела (по крайней мере, она делала вид, что ей нет до этого дела). Ее терзали мысли столь прозаические, что сам юный Вертер позавидовал бы.
Ситуация достаточно знакомая нам по различного рода популярным романам и кинофильмам. Неразделенная любовь, так яростно сохраняемая под покровом тайны на протяжении нескольких лет. Затем, вечеринка, признание, отказ, публичный и вечный позор, слезы, боль, истерика. Все это подкреплялось затяжным конфликтом с родителями, вызванным типичными для девочки-подростка пубертатного периода стремлениями к независимости.
И вот она здесь. Безлюдные улицы, незнакомая местность, капли дождя на русых волосах и высохшие слезинки на щеках. И романтичное стремление к смерти — красивой и одновременно дерзкой, с вызовом этому глупому и жестокому взрослому миру. Впрочем, в глубинах сознания гнездилось чувство, что и она сама тайно желала такого поворота событий. Чем такая больная любовь не лучше взаимности? Чем такая прекрасная смерть, полная страданий и романтического вдохновения, хуже счастливой старости, в окружении неблагодарных детей и внуков, в довесок с уже давно безразличным к ней мужем. Она всегда представляла себе подобную семейную идиллию с Грейди: небольшой коттедж в зеленом районе где-нибудь на периферии, тепло домашнего очага, долгие радостные посиделки глаза в глаза у камина с тлеющими поленьями.
Грейди, какая же ты сволочь! Твои слова все разрушили в один миг! «Спустись с небес на землю, девочка». И дружный пьяный хохот толпы, прозвучавший, словно сокрушительный взрыв, сметающий на своем пути декорации и участников театральной пьесы, которую она уже давно поставила у себя в голове. Трагедия родилась и достигла своего катарсиса. Мир рухнул прямо на глазах, и не осталось ничего, кроме громыхающего в ушах хора насмешек и унижений сверстников. Она не могла больше терпеть этот позор. Оставалось только пулей вылететь из дома Тома Майерса, где сегодня, собственно, и гудел ее класс.
Прочь в ночную прохладу.
Но гул толпы не переставал донимать ее и снаружи, толкая девушку прямиком в бездонную пропасть отчаяния. Это был билет в один конец.
Поежившись от холода, Дженнифер все же натянула шерстяную толстовку, которую до этого крепко сжимала в руках, отчего ее ладошки буквально жгло огнем. Дождь постепенно усиливался, и ей ничего не оставалось, как натянуть капюшон поверх мокрых волос, завивающихся под действием влаги. Ощущение прохлады все же слегка встряхнули девушку, что в прочем не поколебало ее намерения совершить самоубийство.
Впереди забрезжил свет, и, несколько раз моргнув, она разглядела витрину круглосуточного магазина.
«Мне нужна сигарета! Одна затяжка поможет мне собраться с мыслями!».
Дженнифер вдруг вспомнился один старый французский фильм (названия она все никак не могла вспомнить). Там вроде как мужчина в смешном пиджаке с рюшами летел вниз с огромной лестницы под крики женщины за кадром: «Джеймс! Они убили его!» Но Джеймс был не так прост, несмотря на его дурацкий вид. Он моментально вскочил на ноги и пафосно воскликнул:«Нет! Ведь я еще не выкурил свою последнюю сигарету!». Дженнифер помнила, как в детстве до упаду хохотала, когда после этой фразы зажигалка мужчины отказывалась работать. Оказалось, что по сюжету это были всего лишь съемки фильма и реквизит на съемочной площадке оказался непригоден к использованию. Воспоминания заставили девушку невольно улыбнуться.
«Я тоже еще не выкурила свою последнюю сигарету», — подумала Дженнифер и медленно поплелась в сторону ночного магазина, попутно пиная по тротуару пустую банку из под «Кока-колы».
Тепло магазинчика постепенно нагоняло на девушку приятную сонливость. Тихий голос диктора из динамиков вещал об итогах еще одного бесцельно прожитого дня, главной изюминкой которого стало крушение туристического парохода недалеко от Портленда. «Большой Грифон» получил свое название от капитанского судна, ходившего под командованием некоего Лопе де Медины. Это была военная урка, водоизмещением шестьсот пятьдесят тонн, вооруженная сорока пушками. Дженнифер позабавило название судна и его тип. Урка… Странное слово. Почему эти дикторы вдаются в подробности, абсолютно не касающиеся сути дела? Мельком обмолвились о«приблизительном» количестве жертв и пропавших без вести пассажиров, а затем вовсю начали рассуждать о названии корабля и убытках, нанесенных туристической компании.
Страница 1 из 3
