Мои ежедневные прогулки с друзьями всегда были довольно разнообразны, но по их завершению вечер в домашнем тепле всегда был одинаков: мама у плиты готовит ужин, Джоди залипает возле телевизора с печеньками.
Добавить в моё избранное
8 мин, 39 сек 181
Комната плыла пред моим сонным взором, мебель сделалась бесформенной, персонажи с постеров, висевших на стенах, будто ожили и тихо переговаривались между собой. Еще немного и Оливер Сайкс сойдет с плаката в реальный мир и закричит вовсю: «Football season is over!».
Сама комната дрожала от непонятной звуковой вибрации. Немного прислушавшись, я понял, что это были голоса. Нет, не голоса с плакатов любимых групп. Сквозь шум в ушах мне удалось различить… пение. Хоровое пение. Оно доносилось сверху.
Но я же на втором этаже. Надо мною только чердак, забитый до отказа ненужным хламом. Не тянет на хоровую капеллу. Не могла же мама за одну ночь надстроить сверху еще одну комнату.
Я с усилием перевел взгляд с потолка на комнату и… замер от страха. Вернее, я и так не мог пошевелиться, но если бы и мог, то точно не стал бы.
Над моей постелью стояла человеческая фигура.
Темная фигура, какая-то тень в капюшоне.
— Фредди! — мелькнула первая мысль. Я бы выговорил это имя, но просто не мог.
Хотелось притвориться спящим, но веки не слушались. Почему-то возникло ощущение, что этот человек наверняка знал — я не сплю.
— Тихо-тихо… Ложись спать… Спи дальше… — мои догадки моментально подтвердились, когда я услышал смех незнакомца. Оно не говорило, скорее шипело, как змея перед броском.
Нет, точно не Фредди. Не его это смех…
Это однозначно был он — Человек, который смеётся. После его слов я почувствовал, что контроль над телом начал потихоньку возвращаться ко мне. Правда, теперь голова не хотела наладить взаимодействие с телом. Мне показалось, что я снова проваливаюсь в сон.
Нет, нужно бежать! Бежать немедленно! Некогда спать!
Я аккуратно сжал кулаки, затем снова разжал. В руке незнакомца, как мне показалось, сверкнуло что-то маленькое и острое. Да, наверняка острое.
Неожиданно я дернулся в сторону, скатившись с кровати на пол. И как раз вовремя, потому что эта тень бросилась на постель и вонзила острый нож в подушку.
Я бросился в коридор и в один присест оказался у лестницы. Мысль о том, что нужно быстро спуститься по ней, меня, почему-то, не посетила. Вместо этого я, что было силы, прыгнул через все ступеньки вниз. Это оказалось на удивление легко, но вот еще лестница. И еще…
Я запрыгал через лестничные пролеты с удивительной легкостью. Черный человек с ножом скакал за мной следом, но мне показалось, что я прыгаю быстрее.
Наконец, оказавшись внизу, я выбежал наружу. Вокруг дома стройными рядами росли огромные деревья. Да, в лесной глуши он меня не найдет! Я кинулся что есть мочи в самую чащу. Где-то вдалеке шумела вода. Наверное, это наша река, наш родной «канал».
В одной рубашке и джинсах мне становилось холодно. Сил убежать от преследователя у меня было хоть отбавляй, но ноги не слушались, будто увязая в грязи или болоте. Становилось понятно, что я бегу крайне медленно, а убийца вот-вот настигнет меня.
Впереди показались огни фонарей и были слышны голоса. Кого-то ищут. Меня или этого с ножом? Впрочем, неважно! Нужно успеть, добежать! Тогда я буду спасен!
Еще немного, давай же, беги быстрее! Я сделал рывок и прыгнул. Огни исчезли, голоса тоже. Кажется, я посреди лесной долины. Да, вот какое-то поле, вокруг деревья. Светом спасительных фонарей оказалась не сулящая ничего, кроме ужаса и безумия, полная луна. По центру поросшей густой травой поляны бежала река, по которой вниз по течению плыли какие-то бревна. Даже не бревна, а вырванные с корнями деревья, в ночном свете напоминающие очертания человеческих тел. Ночные светлячки плавно парили над водами смерти.
— Это место… — голоса слышались отовсюду. Будто я нахожусь внутри террариума, а надо мной стоят посетители зоопарка, живо обсуждающие содержимое стеклянного ящика, — Это место…
Что «это место»? Что все это значит?
— Это место… притягивает несчастья, — голоса наполняли пространство вокруг поляны.
По реке все продолжали плыть не то деревья, не то люди. Я с ужасом увидел, как по течению проплыла на спине Моника с какой-то недоброй улыбкой на лице. Красные разводы на щеках на секунду напомнили мне об омлете с улыбкой из кетчупа.
За ней плыла Алиса, рядом с которой на волнах прыгал бейсбольный мячик. Кажется, она что-то говорила, быстро шевеля губами. Из ее пересохшего горла при этом не доносилось ни звука.
Следующей была Эшли, вся усыпанная черными цветами. В рыжих волосах копошилось нечто маленькое и мерзкое. Похоже, что из ее некогда пышных волос это «нечто» вило себе гнездо. Эшли периодически погружалась под воду, и тогда я мог видеть только ее кисть, разрезающую водную гладь словно плавник.
Дальше проплыла еще дюжина незнакомых мне людей. Я услышал шорох травы позади себя. Шаги неумолимо становились все отчетливее. Было ясно, что это тот самый черный человек, забравшийся ко мне в дом посреди ночи.
Сама комната дрожала от непонятной звуковой вибрации. Немного прислушавшись, я понял, что это были голоса. Нет, не голоса с плакатов любимых групп. Сквозь шум в ушах мне удалось различить… пение. Хоровое пение. Оно доносилось сверху.
Но я же на втором этаже. Надо мною только чердак, забитый до отказа ненужным хламом. Не тянет на хоровую капеллу. Не могла же мама за одну ночь надстроить сверху еще одну комнату.
Я с усилием перевел взгляд с потолка на комнату и… замер от страха. Вернее, я и так не мог пошевелиться, но если бы и мог, то точно не стал бы.
Над моей постелью стояла человеческая фигура.
Темная фигура, какая-то тень в капюшоне.
— Фредди! — мелькнула первая мысль. Я бы выговорил это имя, но просто не мог.
Хотелось притвориться спящим, но веки не слушались. Почему-то возникло ощущение, что этот человек наверняка знал — я не сплю.
— Тихо-тихо… Ложись спать… Спи дальше… — мои догадки моментально подтвердились, когда я услышал смех незнакомца. Оно не говорило, скорее шипело, как змея перед броском.
Нет, точно не Фредди. Не его это смех…
Это однозначно был он — Человек, который смеётся. После его слов я почувствовал, что контроль над телом начал потихоньку возвращаться ко мне. Правда, теперь голова не хотела наладить взаимодействие с телом. Мне показалось, что я снова проваливаюсь в сон.
Нет, нужно бежать! Бежать немедленно! Некогда спать!
Я аккуратно сжал кулаки, затем снова разжал. В руке незнакомца, как мне показалось, сверкнуло что-то маленькое и острое. Да, наверняка острое.
Неожиданно я дернулся в сторону, скатившись с кровати на пол. И как раз вовремя, потому что эта тень бросилась на постель и вонзила острый нож в подушку.
Я бросился в коридор и в один присест оказался у лестницы. Мысль о том, что нужно быстро спуститься по ней, меня, почему-то, не посетила. Вместо этого я, что было силы, прыгнул через все ступеньки вниз. Это оказалось на удивление легко, но вот еще лестница. И еще…
Я запрыгал через лестничные пролеты с удивительной легкостью. Черный человек с ножом скакал за мной следом, но мне показалось, что я прыгаю быстрее.
Наконец, оказавшись внизу, я выбежал наружу. Вокруг дома стройными рядами росли огромные деревья. Да, в лесной глуши он меня не найдет! Я кинулся что есть мочи в самую чащу. Где-то вдалеке шумела вода. Наверное, это наша река, наш родной «канал».
В одной рубашке и джинсах мне становилось холодно. Сил убежать от преследователя у меня было хоть отбавляй, но ноги не слушались, будто увязая в грязи или болоте. Становилось понятно, что я бегу крайне медленно, а убийца вот-вот настигнет меня.
Впереди показались огни фонарей и были слышны голоса. Кого-то ищут. Меня или этого с ножом? Впрочем, неважно! Нужно успеть, добежать! Тогда я буду спасен!
Еще немного, давай же, беги быстрее! Я сделал рывок и прыгнул. Огни исчезли, голоса тоже. Кажется, я посреди лесной долины. Да, вот какое-то поле, вокруг деревья. Светом спасительных фонарей оказалась не сулящая ничего, кроме ужаса и безумия, полная луна. По центру поросшей густой травой поляны бежала река, по которой вниз по течению плыли какие-то бревна. Даже не бревна, а вырванные с корнями деревья, в ночном свете напоминающие очертания человеческих тел. Ночные светлячки плавно парили над водами смерти.
— Это место… — голоса слышались отовсюду. Будто я нахожусь внутри террариума, а надо мной стоят посетители зоопарка, живо обсуждающие содержимое стеклянного ящика, — Это место…
Что «это место»? Что все это значит?
— Это место… притягивает несчастья, — голоса наполняли пространство вокруг поляны.
По реке все продолжали плыть не то деревья, не то люди. Я с ужасом увидел, как по течению проплыла на спине Моника с какой-то недоброй улыбкой на лице. Красные разводы на щеках на секунду напомнили мне об омлете с улыбкой из кетчупа.
За ней плыла Алиса, рядом с которой на волнах прыгал бейсбольный мячик. Кажется, она что-то говорила, быстро шевеля губами. Из ее пересохшего горла при этом не доносилось ни звука.
Следующей была Эшли, вся усыпанная черными цветами. В рыжих волосах копошилось нечто маленькое и мерзкое. Похоже, что из ее некогда пышных волос это «нечто» вило себе гнездо. Эшли периодически погружалась под воду, и тогда я мог видеть только ее кисть, разрезающую водную гладь словно плавник.
Дальше проплыла еще дюжина незнакомых мне людей. Я услышал шорох травы позади себя. Шаги неумолимо становились все отчетливее. Было ясно, что это тот самый черный человек, забравшийся ко мне в дом посреди ночи.
Страница 2 из 3
