Фандом: Отблески Этерны. В ночь Излома порой происходят чудеса, и давние враги могут говорить друг с другом откровенно.
Добавить в моё избранное
11 мин, 0 сек 18228
Вытащив бутыль из тайника за стенной панелью, Вальтер приник ухом к щели между дверью и косяком, и наконец дождался. Из приёмной донёсся неясный шорох, а затем — совершенно явственный звук поцелуя.
Первое, что почувствовал супрем, был холодный гнев. Но уже через мгновение он его смирил. Кто мог забраться в приёмную, чтобы использовать её как место для любовных утех? Только тот, у кого был ключ.
Он сжал губы, быстро прикидывая, что именно скажет Валентину утром.
— Дуэль! — внезапно раздался из приёмной громкий шёпот. Спрятавшиеся за дверью потеряли осторожность, но какая может быть дуэль, если…
Вальтеру следовало признать, что он ничего не понимает в происходящем. Затем он услышал неясный тихий шёпот в ответ и следом — судорожный вздох.
Открыв дверь, Придд пересёк приёмную, делая вид, что ничего не заметил. В неясном свете из коридора он успел увидеть небрежно брошенную на стул оранжевую перевязь. Значит, ключ кто-то подделал или умыкнул, или… Его пронзила ужасная догадка.
Из-за двери донеслось чьё-то тяжёлое дыхание и опять влажный звук поцелуя. Мерзавцы даже не думали скрываться.
Вальтер хлопнул дверью, запер её и обернулся к ожидающему Манрику.
— Нам лучше подыскать иное место. Боюсь, свет в окне моего кабинета поздней ночью может вызвать ненужные слухи.
Лис кивнул, сохраняя невозмутимость. Слышал? Или знал заранее, но всё равно покрывает?
Вальтер, как мог, попытался сдержаться.
— Что до меня, я не боюсь никаких слухов, — заверил Манрик и, вцепившись в его локоть, потащил прочь. Слишком рьяно, как показалось Вальтеру. Или так не терпелось вызнать мнимые тайны?
Они расположились в кабинете Манрика, и хозяин потрудился сам разлить вино по бокалам. Наверное, они представляли собой дивную картинку, но никого из них это не волновало.
— Отличное вино, — похвалил тессорий, отведав.
— Год рождения королевы Алисы, — небрежно ответил Придд и изумился: у Манрика на мгновение стало такое выражение лица, как будто его ударили мешком по голове.
— Не беспокойтесь, это вину не повредило, — съязвил Придд, но, к его непрекращающемуся удивлению, Манрик принялся неловко оправдываться. И это он, человек, который никогда не лез за словом в карман, а юлить умел так же, как и сам глава Дома Волн!
Воистину, в эту ночь творилось что-то странное, и нужно было выяснить, что именно.
— Я не думал говорить ничего подобного, — Манрик быстро взял себя в руки. — Я всего лишь не ожидал, что это вино такого давнего урожая.
Они снова играли в игру «я знаю, что ты знаешь, что я знаю»…, и этому круговороту не было конца. За словами Манрика стояло что-то ещё.
— Господин тессорий, — начал Вальтер, — я намереваюсь поддержать старинный обычай и не спать до утра. Что скажете вы?
— И я также, — ответил Манрик поспешнее, чем следовало бы.
— А ещё, — произнёс Придд, понимая, что благоразумие изменяет ему с каждой минутой, — я собирался предложить вам некое развлечение.
— Какое же?
Он угадал, любопытство всегда было слабой стороной всех без исключения лис.
— Вопросы.
Манрик понял не сразу.
— Я надеюсь на вашу честь! — церемонно произнёс он.
Вальтер изобразил подобие улыбки.
— Что вы, я предлагаю вам невинную игру, чтобы скоротать время. Видите ли, его осталось не так много…
Он сполна насладился произведённым эффектом и закончил:
— Ведь мы оба не так молоды. И, думая о конце, я сожалею о том, что не получу ответы на все вопросы, которые меня когда-либо занимали…
Взгляд Манрика был настороженным.
— Но вы же понимаете, что не все вопросы уместны в подобной… игре?
— Понимаю, — терпеливо ответил Вальтер. — Впрочем, полагаю, любой вопрос может быть задан, однако мы просто оставим за собой право не отвечать, хорошо? Спросите первым, если хотите.
Манрик поёрзал, спохватился, задумался.
— Вам никогда не хотелось оставить свою должность и спокойно проводить дни в родовом замке? — спросил он. Так вот что его волнует. Наверняка сам устал от бесконечных интриг и борьбы. Они оба устали, но, раз начав, остановиться уже невозможно.
— Разумеется, я думал об этом, но чувство долга не позволяет мне так поступить, — ответил Вальтер и отпил из бокала нарочито медленно, чтобы потянуть время. — Если мой вопрос не покажется вам нескромным, я хотел бы знать, намереваетесь ли вы в следующем году вывести в свет вашу младшую внучку?
— Пока что нет, — вежливо ответил тессорий. — Лионелла ещё слишком юна и не приспособлена для дворцовой жизни.
Разумеется, девица прекрасно осведомлена, кто есть кто, и отлично будет держаться при дворе. А Манрик сейчас судорожно пытается понять, спрашивает ли он исключительно из праздного любопытства или прикидывает возможную партию для старшего сына.
Первое, что почувствовал супрем, был холодный гнев. Но уже через мгновение он его смирил. Кто мог забраться в приёмную, чтобы использовать её как место для любовных утех? Только тот, у кого был ключ.
Он сжал губы, быстро прикидывая, что именно скажет Валентину утром.
— Дуэль! — внезапно раздался из приёмной громкий шёпот. Спрятавшиеся за дверью потеряли осторожность, но какая может быть дуэль, если…
Вальтеру следовало признать, что он ничего не понимает в происходящем. Затем он услышал неясный тихий шёпот в ответ и следом — судорожный вздох.
Открыв дверь, Придд пересёк приёмную, делая вид, что ничего не заметил. В неясном свете из коридора он успел увидеть небрежно брошенную на стул оранжевую перевязь. Значит, ключ кто-то подделал или умыкнул, или… Его пронзила ужасная догадка.
Из-за двери донеслось чьё-то тяжёлое дыхание и опять влажный звук поцелуя. Мерзавцы даже не думали скрываться.
Вальтер хлопнул дверью, запер её и обернулся к ожидающему Манрику.
— Нам лучше подыскать иное место. Боюсь, свет в окне моего кабинета поздней ночью может вызвать ненужные слухи.
Лис кивнул, сохраняя невозмутимость. Слышал? Или знал заранее, но всё равно покрывает?
Вальтер, как мог, попытался сдержаться.
— Что до меня, я не боюсь никаких слухов, — заверил Манрик и, вцепившись в его локоть, потащил прочь. Слишком рьяно, как показалось Вальтеру. Или так не терпелось вызнать мнимые тайны?
Они расположились в кабинете Манрика, и хозяин потрудился сам разлить вино по бокалам. Наверное, они представляли собой дивную картинку, но никого из них это не волновало.
— Отличное вино, — похвалил тессорий, отведав.
— Год рождения королевы Алисы, — небрежно ответил Придд и изумился: у Манрика на мгновение стало такое выражение лица, как будто его ударили мешком по голове.
— Не беспокойтесь, это вину не повредило, — съязвил Придд, но, к его непрекращающемуся удивлению, Манрик принялся неловко оправдываться. И это он, человек, который никогда не лез за словом в карман, а юлить умел так же, как и сам глава Дома Волн!
Воистину, в эту ночь творилось что-то странное, и нужно было выяснить, что именно.
— Я не думал говорить ничего подобного, — Манрик быстро взял себя в руки. — Я всего лишь не ожидал, что это вино такого давнего урожая.
Они снова играли в игру «я знаю, что ты знаешь, что я знаю»…, и этому круговороту не было конца. За словами Манрика стояло что-то ещё.
— Господин тессорий, — начал Вальтер, — я намереваюсь поддержать старинный обычай и не спать до утра. Что скажете вы?
— И я также, — ответил Манрик поспешнее, чем следовало бы.
— А ещё, — произнёс Придд, понимая, что благоразумие изменяет ему с каждой минутой, — я собирался предложить вам некое развлечение.
— Какое же?
Он угадал, любопытство всегда было слабой стороной всех без исключения лис.
— Вопросы.
Манрик понял не сразу.
— Я надеюсь на вашу честь! — церемонно произнёс он.
Вальтер изобразил подобие улыбки.
— Что вы, я предлагаю вам невинную игру, чтобы скоротать время. Видите ли, его осталось не так много…
Он сполна насладился произведённым эффектом и закончил:
— Ведь мы оба не так молоды. И, думая о конце, я сожалею о том, что не получу ответы на все вопросы, которые меня когда-либо занимали…
Взгляд Манрика был настороженным.
— Но вы же понимаете, что не все вопросы уместны в подобной… игре?
— Понимаю, — терпеливо ответил Вальтер. — Впрочем, полагаю, любой вопрос может быть задан, однако мы просто оставим за собой право не отвечать, хорошо? Спросите первым, если хотите.
Манрик поёрзал, спохватился, задумался.
— Вам никогда не хотелось оставить свою должность и спокойно проводить дни в родовом замке? — спросил он. Так вот что его волнует. Наверняка сам устал от бесконечных интриг и борьбы. Они оба устали, но, раз начав, остановиться уже невозможно.
— Разумеется, я думал об этом, но чувство долга не позволяет мне так поступить, — ответил Вальтер и отпил из бокала нарочито медленно, чтобы потянуть время. — Если мой вопрос не покажется вам нескромным, я хотел бы знать, намереваетесь ли вы в следующем году вывести в свет вашу младшую внучку?
— Пока что нет, — вежливо ответил тессорий. — Лионелла ещё слишком юна и не приспособлена для дворцовой жизни.
Разумеется, девица прекрасно осведомлена, кто есть кто, и отлично будет держаться при дворе. А Манрик сейчас судорожно пытается понять, спрашивает ли он исключительно из праздного любопытства или прикидывает возможную партию для старшего сына.
Страница 2 из 4
