Продавец кукол

Нет галлюцинаций. Осталось только счастье, всепоглощающее и осязаемое. Я знаю его имя и привычки. Могу прижаться к нему, вдохнуть такой родной и надежный аромат. И я обязательно узнаю, каковы на вкус его губы.

Ведь мое счастье теперь всегда будет рядом.

Эпилог

Постучав в дверь, я вошла, не дождавшись разрешения. Мне не терпелось поделиться хорошими новостями со Снейпом. Правда, мой пыл немного поумерил раздраженный взгляд и резкое:

— Я занят!

Занят, как же. Стоило мне подойти ближе, чем на два метра, как у него сразу появлялись срочные дела, словно он боялся остаться со мной наедине.

А ведь поначалу все было так хорошо! Тогда, осенью, после исцеления, мне казалось, что он потихоньку стал оттаивать. По крайней мере, когда на следующий день я пришла к нему с предложением усовершенствовать зелье памяти, он выслушал меня, а не выставил за дверь.

На самом деле меня интересовали не столько исследования, сколько возможность быть рядом со Снейпом. Помогать, спорить, наслаждаться его вниманием, понемногу наводить мосты, опутывая их ниточками доверия и симпатии.

Нельзя получить все и сразу, но если раз за разом стучать в закрытую дверь, то когда-нибудь ее откроют.

— Да, сэр. Вы говорили вчера об этом…

— Но вы как всегда не слушали, мисс Грейнджер, — перебил он, а затем ворчливо спросил: — Что случилось?

— Вот! — Я протянула ему письмо, широко улыбаясь.

Снейп пробежал взглядом по тексту, нахмурился, а потом сказал:

— Не может быть. Минерва не могла на это согласиться.

— Могла, — возразила я. — В сентябре начинается мое ученичество у профессора МакГонагалл.

— Так, значит, вы решили сменить зельеварение на трансфигурацию? Как предусмотрительно, — едко заметил он, бросив письмо на стол.

Снейп злился. Он искренне надеялся избавиться от меня после сдачи выпускных экзаменов. Долг ведь выплачен.

Понимающе усмехнувшись, я осторожно заметила:

— И все же вы рады, что я вернусь осенью.

— Глупости! — Снейп скрестил руки на груди, всем своим видом показывая абсурдность этого предположения.

— Мы сможем продолжить наши исследования с зельем, — продолжала я искушать, хитро поглядывая на него.

— Нечего там исследовать. Мы закончили возиться с ним еще два месяца назад, и вам это прекрасно известно.

Известно. Как и то, что в июльском выпуске «Вестник зельевара» появится наша статья о необычных свойствах зелья памяти.

— Профессор, — тихо позвала я.

— Что?

— Я буду писать вам.

— Мисс Грейнджер…

— Можете не отвечать.

— Грейн…

— И не читать.

— Гермиона!

— Но вы ведь слишком заняты, чтобы тратить время на глупости, — пояснила я, лукаво улыбнувшись. Дразнить Снейпа было чрезвычайно увлекательно. Главное, не переборщить, а то он может разозлиться.

— Идите уже, невыносимая девчонка, — невольно усмехнулся он, разгадав мой маневр.

Кивнув, я послушно развернулась и ушла. Я знала, что обязательно вернусь сюда осенью, ведь меня здесь будут ждать.

Вслед за Гермионой из класса выскользнула тень. Тихая, незаметная — она внезапно вытянулась, приобретая облик мужчины в длинном кожаном пальто. Выудив из воздуха сигарету, он зажег ее и затянулся с жадностью.

Эта история закончилась даже лучше, чем продавец кукол мог надеяться. Сумасшедшая хозяйка мертва, красавица исцелилась, а он получил возможность время от времени бывать в реальном мире. Конечно, необходимость скрываться раздражала, но продавец был терпелив. Нельзя сейчас спугнуть девчонку и привлечь внимание зельевара — это могло быть опасным. А так, нужно всего лишь подождать — и он обязательно получит все, к чему так долго стремился.