Рейхенбахские хроники. Дело мертвого рогоносца. 1888 год

Глава 1

Февральским вечером, когда все приличные люди уже отужинали и отправились на покой, я лежал на диване и смотрел в потолок, тщетно пытаясь убедить себя, что Уотсона сегодня ждать уже не стоит. Я рисковал уснуть прямо в гостиной и стал уже подремывать, как вдруг мне послышалось, что внизу звякнул колокольчик.

Сна как не бывало. Я резко сел и взглянул на часы. Неужели клиент? Видимо, дело очень важное, если он решился приехать в такой час. Я был уверен, что это мужчина, а не женщина. Женщины предпочитают в критических ситуациях приезжать рано утром, когда приличные джентльмены еще не позавтракали.

Я ожидал, что миссис Хадсон приведет посетителя, однако не услышал на лестнице ее шагов. Поднимался мужчина. Я встал, собираясь встретить его лицом к лицу. Дверь открылась, и в гостиную вошел Алан Грей. Честно говоря, в первую секунду я похолодел.

— Что с Майкрофтом? — спросил я, возможно, излишне резко.

— Здравствуйте, Холмс. С шефом все в порядке. У меня было два выходных, но я заезжал в клуб и видел его полчаса назад, он прекрасно себя чувствует. И у меня к вам личное дело — как к сыщику. Простите, что приехал в такой поздний час.

У меня отлегло от сердца.

— Пустяки. Какое-нибудь дело мне как раз не помешает. Садитесь, рассказывайте. — Я прибавил света и указал в сторону погребца. — Выпьете?

Следующие секунды меня позабавили. Грей замялся, но потом взгляд его упал на столик, где лежал том «Монте-Кристо» — бывает, что и у меня случаются приступы ностальгии, особенно если я не так давно провел некоторое время вместе с братом. Грей посмотрел на меня, я на него, и я готов был поклясться, что слышу ход его мыслей. Если он откажется выпить в моем доме, это будет выглядеть как«в доме врага».

Грей прекрасно понимал, что я знаю о его полувраждебном отношении к своей персоне, но, конечно, он всегда держался в рамках приличий, подчеркнуто любезно. Из тех же приличий он кивнул:

— Спасибо, от бренди не откажусь.

Пока я наливал, он, кажется, собрался с духом. Сделав глоток и отставив бокал на столик, он наконец приступил к рассказу.

— Два дня назад скончался супруг моей хорошей знакомой… — перехватив мой откровенно насмешливый взгляд, он поправился: — моей нынешней любовницы. Миссис… пани Сокольска, супруга одного богатого и довольно мерзкого типа из Варшавы, уже не первый раз проводящего зиму в Лондоне. Она попросила меня помочь ей, и шеф дал мне два выходных, поскольку срочной работы нет. Беда в том, что пан Сокольский умер от яда. Полиция ищет тех, кому выгодна его смерть.

Ну что же, когда-нибудь Грей со своей любвеобильностью не мог не вляпаться в историю. Я сел в соседнее кресло и уточнил:

— То есть расследование уже началось? Яд определен? Кто занимается делом? И если ваша… хорошая знакомая попросила вас о помощи, значит, подозревают ее?

— Нет, — вздохнул Грей, — ее пока не подозревают. Но сама пани уверена, что это я убил ее супруга, чтобы жениться на ней. И зная пани, я уверен, что в какой-то момент полиция эту информацию получит. Дело у Лестрейда, а что касается яда, полиция считает, что это был банальный цианид.

— У дамы богатое воображение, — хмыкнул я. — Получается, если в ближайшее время вы не уверите ее в вечной любви, она просто донесет на вас… Но какие она может привести доказательства?

Все-таки Грей был по-настоящему потрясен этой историей, но по его красивому и вечно невозмутимому лицу было видно, как трудно ему сейчас со мной откровенничать.

— Даже если бы мне ничего не грозило с стороны полиции, я не совсем представляю себе, как сказать даме, что женитьба на ней не входит в мои планы, — сказал он. — Но не могу же я заявить инспектору, что дама мне безразлична? Как это будет выглядеть? Честно говоря, я впервые в такой ситуации. Обычно мои подруги все понимают с самого начала. Но эта оказалась слишком уж романтичной. Признавалась мне в любви, писала записочки и была уверена, будто я чувствую то же самое, что и она. Наверняка она копировала свои письма из дамских романов, которые читает днями и ночами. По ее мнению, именно я более всех заинтересован в смерти ее супруга. Доказательств, конечно, нету. Какие вообще могут быть доказательства? Цианид я не покупал, хотя, конечно, достать его не составляет труда. Убивать его мне как раз было невыгоднее всех, но это понимаете вы и я, а для остальных…

— Вы что-нибудь знаете об обстоятельствах дела? Или мне сейчас ехать расспрашивать Лестрейда? Тут есть одна проблема — мне нужен предлог, чтобы вообще начать расспросы. Пока инспектор придет за помощью, вас, для начала, успеют арестовать.

— Ну, пока обо мне ничего не известно, я не знаю… сейчас-то уже час поздний для полиции? Да и вряд ли инспектор явится арестовывать меня в «Диоген». Сегодня состоялись похороны, и я на них присутствовал как друг семьи.