Фандом: Гарри Поттер. Прошло несколько месяцев после победы. Гарри и Рон служат в аврорате. Гермиона доучивается в Хогвартсе. Неожиданно Джинни уезжает в Испанию, оставив Гарри без объяснений. Гермиона навещает друга в доме на площади Гриммо.
Добавить в моё избранное
102 мин, 33 сек 3675
Гермиона коротко кивнула.
— Он действительно лучше меня в постели? — тихо спросил Рон.
Гермиона лишь бросила на него презрительный взгляд.
— Будь осторожна. Завтра ты останешься совсем одна.
Гермиона рванула искать Гарри. Дежурный — молодой светловолосый аврор — с нескрываемым любопытством оглядел её с ног до головы и сказал, что Гарри сейчас занят и будет занят до конца дня, но, если нужно что-то передать, то он готов помочь. Гермиона вежливо отказалась. Лучше она придёт к нему на площадь Гриммо вечером. Что бы там ни говорил Рон, ей следует самой удостовериться: прав он или нет.
Сгустились ранние осенние сумерки, когда Гермиона добралась до дома Гарри. Перемещаться через камин она не решилась, боясь оказаться в неловком положении: вдруг там Джинни?
Гарри встретил её с радостной улыбкой и поцеловал так, словно они были давними любовниками; а потом сразу потащил в постель. Гермиона не заметила, как оказалась полуголой в его объятиях.
— Гарри! Нам надо поговорить.
— Поговорим потом, — прошептал он, осыпая поцелуями её лицо.
— Пожалуйста, это ведь может подождать.
— Нет. Не может.
Он стянул с себя брюки.
— Гарри, остановись, это очень важно! Неужели ты не можешь держать себя в руках?
— Я-то могу. Но он — нет. Потому что он безумно тебя хочет.
— Кто «он»? — испуганно спросила Гермиона.
— Он, — Гарри указал на свой восставший член. — Эта сила мне не подвластна. Так что нам обоим придётся смириться.
Гермиона прыснула от смеха.
— Дурак.
— Он? Да. Совершенно безмозглый. Давай уже сделаем что-нибудь, иначе он меня замучает.
Оказывается, ничто так не дарит безумное наслаждение, как осознание, что ты являешься объектом необузданного вожделения. Рон всегда будто стеснялся своих желаний, был боязлив, именно поэтому ей приходилось руководить им. Гарри же хотел её безоговорочно и открыто.
Его влечение заражало, делало Гермиону такой же сумасбродной и безрассудной. Она не совсем поняла, что ощутила, когда Гарри в порыве страсти укусил её за попку.
— Что это было?
— Ой, прости, если сделал тебе больно.
— Нет, укуси меня ещё раз.
— Что?
— Укуси ещё раз! Ау!
— Ты просто невероятная.
— Знаешь, кто ты? — спросил Гарри, когда они, спустя полчаса, лежали рядом.
— Кто?
— Ты выдра.
— Что?
— Угу. Дикая, неукротимая и совершенно безбашенная.
— Я не выдра.
— Выдра, выдра, — кивнул он. — Которая всё время прячется, пока не настанет нужный момент, а потом выпрыгивает и бьёт наповал.
— А ты тогда олень.
— Не-а. Я твой выдр. Сейчас съем тебя!
Гермиона притворно завизжала, когда Гарри сделал вид, что набрасывается на неё, но вместо этого стал покрывать поцелуями. Он постепенно спустился к низу живота и застыл, глядя Гермионе между ног.
— Что-то не так? — забеспокоилась она.
— Я тут такое нашёл!
— Что? — испугалась Гермиона и приподнялась на локтях.
— Твою внутреннюю выдру. Она довольно мохнатая.
— Ты балбес, — Гермиона с облегчением откинулась назад.
— Погоди, я хочу с ней поговорить.
— О, боже, — смутилась она и сжала ноги.
— Эй, у нас с ней серьёзная беседа, не вмешивайся.
В следующие несколько минут Гермиона могла только ошарашено стонать и двигать бёдрами. Это было так сладко, так иезуитски сладко, что, казалось, можно было умереть от восторга. Наконец она не выдержала — повалила Гарри на кровать и впилась в рот поцелуем, ощущая свой собственный вкус на его губах. А потом был одурелый, совершенно чумовой секс, во время которого она рычала и царапалась, словно дикий зверь.
— Я сегодня виделась с Роном.
— Зачем?
— Хотела узнать, действительно ли он предоставил Скиттер материал для статьи.
— И что?
— Да. Он серьёзно настроен.
Гарри только устало отмахнулся.
— Ты ничего не предпримешь? — спросила она.
— Не-а.
— Но так нельзя. Надо что-то делать!
— Что я могу сделать, если даже лучший друг против меня?
— Он рассказал про тебя странные вещи.
— Например?
— Будто ты пытаешь задержанных.
— Это было один раз. Тот урод навёл на магглу проклятие и не хотел сотрудничать. Девушка бы умерла, если бы я не поторопил его. Знаешь, некоторые идут навстречу, только когда разговариваешь с ними с позиции силы.
— Кошмар.
— Угу.
— А ещё Рон сказал, будто он спрашивал тебя, почему вы расстались с Джинни.
— Да, было дело.
— И ты ответил: у каждого есть двойное дно, в котором прячутся демоны. Что ты имел в виду?
— А разве это не так? Оно у всех, даже у тебя.
— Он действительно лучше меня в постели? — тихо спросил Рон.
Гермиона лишь бросила на него презрительный взгляд.
— Будь осторожна. Завтра ты останешься совсем одна.
Гермиона рванула искать Гарри. Дежурный — молодой светловолосый аврор — с нескрываемым любопытством оглядел её с ног до головы и сказал, что Гарри сейчас занят и будет занят до конца дня, но, если нужно что-то передать, то он готов помочь. Гермиона вежливо отказалась. Лучше она придёт к нему на площадь Гриммо вечером. Что бы там ни говорил Рон, ей следует самой удостовериться: прав он или нет.
Сгустились ранние осенние сумерки, когда Гермиона добралась до дома Гарри. Перемещаться через камин она не решилась, боясь оказаться в неловком положении: вдруг там Джинни?
Гарри встретил её с радостной улыбкой и поцеловал так, словно они были давними любовниками; а потом сразу потащил в постель. Гермиона не заметила, как оказалась полуголой в его объятиях.
— Гарри! Нам надо поговорить.
— Поговорим потом, — прошептал он, осыпая поцелуями её лицо.
— Пожалуйста, это ведь может подождать.
— Нет. Не может.
Он стянул с себя брюки.
— Гарри, остановись, это очень важно! Неужели ты не можешь держать себя в руках?
— Я-то могу. Но он — нет. Потому что он безумно тебя хочет.
— Кто «он»? — испуганно спросила Гермиона.
— Он, — Гарри указал на свой восставший член. — Эта сила мне не подвластна. Так что нам обоим придётся смириться.
Гермиона прыснула от смеха.
— Дурак.
— Он? Да. Совершенно безмозглый. Давай уже сделаем что-нибудь, иначе он меня замучает.
Оказывается, ничто так не дарит безумное наслаждение, как осознание, что ты являешься объектом необузданного вожделения. Рон всегда будто стеснялся своих желаний, был боязлив, именно поэтому ей приходилось руководить им. Гарри же хотел её безоговорочно и открыто.
Его влечение заражало, делало Гермиону такой же сумасбродной и безрассудной. Она не совсем поняла, что ощутила, когда Гарри в порыве страсти укусил её за попку.
— Что это было?
— Ой, прости, если сделал тебе больно.
— Нет, укуси меня ещё раз.
— Что?
— Укуси ещё раз! Ау!
— Ты просто невероятная.
— Знаешь, кто ты? — спросил Гарри, когда они, спустя полчаса, лежали рядом.
— Кто?
— Ты выдра.
— Что?
— Угу. Дикая, неукротимая и совершенно безбашенная.
— Я не выдра.
— Выдра, выдра, — кивнул он. — Которая всё время прячется, пока не настанет нужный момент, а потом выпрыгивает и бьёт наповал.
— А ты тогда олень.
— Не-а. Я твой выдр. Сейчас съем тебя!
Гермиона притворно завизжала, когда Гарри сделал вид, что набрасывается на неё, но вместо этого стал покрывать поцелуями. Он постепенно спустился к низу живота и застыл, глядя Гермионе между ног.
— Что-то не так? — забеспокоилась она.
— Я тут такое нашёл!
— Что? — испугалась Гермиона и приподнялась на локтях.
— Твою внутреннюю выдру. Она довольно мохнатая.
— Ты балбес, — Гермиона с облегчением откинулась назад.
— Погоди, я хочу с ней поговорить.
— О, боже, — смутилась она и сжала ноги.
— Эй, у нас с ней серьёзная беседа, не вмешивайся.
В следующие несколько минут Гермиона могла только ошарашено стонать и двигать бёдрами. Это было так сладко, так иезуитски сладко, что, казалось, можно было умереть от восторга. Наконец она не выдержала — повалила Гарри на кровать и впилась в рот поцелуем, ощущая свой собственный вкус на его губах. А потом был одурелый, совершенно чумовой секс, во время которого она рычала и царапалась, словно дикий зверь.
— Я сегодня виделась с Роном.
— Зачем?
— Хотела узнать, действительно ли он предоставил Скиттер материал для статьи.
— И что?
— Да. Он серьёзно настроен.
Гарри только устало отмахнулся.
— Ты ничего не предпримешь? — спросила она.
— Не-а.
— Но так нельзя. Надо что-то делать!
— Что я могу сделать, если даже лучший друг против меня?
— Он рассказал про тебя странные вещи.
— Например?
— Будто ты пытаешь задержанных.
— Это было один раз. Тот урод навёл на магглу проклятие и не хотел сотрудничать. Девушка бы умерла, если бы я не поторопил его. Знаешь, некоторые идут навстречу, только когда разговариваешь с ними с позиции силы.
— Кошмар.
— Угу.
— А ещё Рон сказал, будто он спрашивал тебя, почему вы расстались с Джинни.
— Да, было дело.
— И ты ответил: у каждого есть двойное дно, в котором прячутся демоны. Что ты имел в виду?
— А разве это не так? Оно у всех, даже у тебя.
Страница 22 из 31
