Один вечер

— И в чём моё двойное дно?

— В том, что ты на самом деле любишь меня, а не Рона.

— Значит, ты мой демон?

— Или ангел.

Гермиона долго зачарованно смотрела ему в глаза, лучившиеся нежностью и какой-то необыкновенной уверенностью.

— Кстати, мы сейчас в спальне, где ночевала Джинни, когда она была тут в последний раз, — вдруг прервал молчание Гарри. — А теперь здесь ты, и мне это очень нравится. Хочу, чтобы так было всегда.

Потом они снова наслаждались друг другом, но теперь уже Гермиона пробовала Гарри на вкус, испытывая блаженство от своей власти над стонущим любовником.

— Ты не выдр, ты кролик. Сколько раз за сегодня мы занимались сексом?

— Э-э-э, пятьдесят?

— По-моему, ты слегка преувеличиваешь.

— Сорок девять?

— Хвастун!

— Слушай, а ты не забеременеешь?

— Нет. Я каждый день принимаю таблетки. Мама настояла, когда отправляла меня в Хогвартс.

— Она у тебя очень предусмотрительная.

— Просто она врач.

— Хорошо, когда родители медики. Кстати, как у тебя с ними складывается?

— Трудно, — выдохнула Гермиона.

— Ты можешь жить у меня, если что.

— Жить у тебя? И как понимать данное предложение?

— Ну, я забочусь о тебе и не хочу, чтобы ты страдала. И ещё я не против трахаться с тобой каждый день.

— Кто про что, а вшивый про баню. Тебя, кроме секса, ещё что-нибудь волнует?

— Например?

— Ну, допустим, то, что завтра выйдет статья, в которой тебя обольют грязью.

— Да ерунда всё это. Забудь, — спокойно произнёс Гарри.

На следующее утро Гермиона сидела за столом как на иголках: вот-вот должна была прилететь сова со специальным выпуском «Ежедневного пророка». Вчера Гарри выглядел равнодушным, но она-то понимает, что после статьи Скиттер всё значительно изменится. Наконец, на стол упала перевязанная бечёвкой газета. Гермиона развернула её дрожащими от волнения руками и прочла:

«С огромным сожалением сообщаем, что вчера, двенадцатого октября, наш корреспондент Рита Скиттер бесследно исчезла. Пропали также все материалы, подготовленные ею для спецвыпуска. Аврорат прикладывает все усилия в поисках Риты. Редакция приносит свои извинения и просит всех, кто что-либо знает о пропавшей, немедленно обратиться к нам».

Гермиона еле высидела до конца уроков. Подозрение, что Гарри причастен к исчезновению Скиттер, не давало покоя. Он был слишком спокоен, почти равнодушен вчера, будто заранее знал, что публикация не состоится. А это значит…

Даже думать о таком страшно.

Сразу после Хогвартской битвы Гарри рассказал им с Роном, что был последним хоркруксом, который Волдеморт уничтожил сам. Даже видел его по ту сторону — полумёртвого младенца. Но что если Гарри уже тогда говорил неправду? И сидящий в нём хоркрукс овладел его разумом? Звучит странно, однако откуда у Рона такая убеждённость, что Гарри — это не Гарри? Есть ли вероятность, что Рон о чём-то умалчивает?

Нет, бред какой-то. Гарри почти не изменился, лишь стал спокойнее и увереннее в себе. Можно ли подобные перемены отнести к влиянию чужой враждебной души? Самое глупое в этой ситуации то, что такой Гарри Гермионе нравится гораздо больше, чем прежний. Больше Рона, больше всех на свете. Она что, влюбилась? Если да, то вопрос в кого: в Гарри или в сидящий внутри него хоркрукс?

Положение усугубляется тем, что обсудить всё это не с кем. Раньше она поделилась бы с Роном, но теперь ей нечего ему сказать.

Проведя полдня в смятении, Гермиона отправилась в библиотеку, чтобы отыскать заклинание, позволяющее определить, есть ли в человеке осколок чужой души. Увы, её ждало разочарование. Во всех доступных источниках говорилось лишь о чарах распознавания тёмной магии, но конкретно о хоркруксах ничего не было. Видимо, в своё время кто-то основательно почистил библиотеку, чтобы у студентов не возникло соблазна расщепить свою душу ради бессмертия. Этого «кого-то» можно понять: слишком уж это муторно — охотиться за чужими хоркруксами.

Вечером Гермиона снова собралась на площадь Гриммо, чтобы, как она твердила себе по дороге в Хогсмид, окончательно и бесповоротно всё выяснить. Однако подспудно шевелилась мысль, что ей просто до смерти хочется увидеть Гарри, что секс с ним стал необходим как воздух, и что она целый день провела, не только в поисках нужных чар, но и предаваясь сладким воспоминаниям о вчерашней ночи.

Гарри дома не оказалось. Кричер сказал, что немедленно передаст хозяину о визите. Гермиона стала отнекиваться, но домовик объяснил: у него есть строгий приказ — обязательно звать хозяина в случае, если придёт грязнокро… то есть мисс Грейнджер. Если Кричер ослушается, хозяин этого не одобрит. Эльф аппарировал и появился через несколько секунд с известием, что Гарри скоро будет.

— Кричер приготовит чай.