Один вечер

— Спасибо, не надо.

— Надо. Хозяин будет недоволен, если Кричер не проявит гостеприимство.

— Скажи, тебе не надоело прислуживать? Хотел бы ты стать свободным?

— Последний домовик, пожелавший стать свободным, был убит. Кричер не хочет быть убитым. Кричер рад служить хозяину дома.

— Разве Гарри не предлагал тебе свободу?

— Хозяин позволяет служить ему. Кричер приготовит чай.

Гермиона с сожалением посмотрела вслед удаляющемуся на кухню домовику. Увы, смерть Добби поставила общество ГАВНЭ на грань выживания. Но ничего, ещё рано сдаваться.

Гермиона подошла к письменному столу и стала перебирать книги, среди которых с удивлением обнаружила потрёпанный томик афоризмов Макиавелли. Открыла наугад и заметила, что некоторые цитаты выделены, а другие зачёркнуты. Среди выделенных была: «Если не можешь победить толпу — возглавь её». Среди зачёркнутых: «Лучше проиграть со своими, чем выиграть с чужими». Интересно, кто делал эти пометки?

Кричер на кухне загремел посудой. Сейчас он принесёт чай, но у Гермионы не было ни малейшего желания оставаться с ним наедине. Она поднялась наверх, в ту самую спальню, где они с Гарри занимались любовью. Взяла в руки подушку и поднесла к лицу, глубоко вдыхая запах. Захотелось прижать её к себе, чтобы этот аромат окутал и не отпускал. Гермиона опустилась на кровать в обнимку с подушкой и прикоснулась к губам. Гарри появится, и они займутся этим снова: будут любить друг друга до одури.

Вдруг её внимание привлекли какие-то знаки на стене. Гермиона подошла поближе — там, где старый гобелен отошёл от стены, виднелась надпись. Гермиона зажгла Люмос и поднесла поближе. Теперь надпись читалась совершенно отчётливо:

«Неважно, что произошло, неважно где, главное, мы вместе, как раньше. Отпустить тебя, отдать — слишком высокая цена. Я просто хочу, чтобы ты оставалась со мной. Даже если ради этого тебе придётся обманывать близких. Раньше я не понимал, но тот вечер открыл мне глаза. И сейчас я вижу всё. Связь между нами никогда не оборвётся. До самой смерти. Твой Т. Р.»

Что это значит? «Твой Т. Р.» — это то, о чём она подумала? Если так, то кому адресовано столь странное послание?

Гермиона рванула вниз.

— Кричер!

— Да? — Он уже расставил чашки на столе.

— Там, в спальне, надпись. Откуда она взялась?

— Не понимаю, о чём говорит мисс.

— Пойдём! — Гермиона схватила его за руку и потащила с собой наверх.

В спальне она подвела домовика к стене и с изумлением обнаружила, что надписи нет.

— Здесь было послание от некого Т. Р.

— Но Кричер ничего не видит.

— Потому что надпись исчезла!

— Если надписи нет, то Кричер ничем не может помочь.

— Тут были такие слова: «отпустить тебя — слишком высокая цена. Я хочу, чтобы ты оставалась со мной, даже если тебе придётся обманывать своих близких». Потом что-то про знаковый вечер. А в конце — «связь между нами никогда не оборвётся. До самой смерти». И подпись — «Т. Р.» Кричер, кто этот Т. Р.?

— Я не знаю.

— Тебе знаком каждый угол в этом доме. Не может быть, чтобы ты не замечал проявляющуюся надпись на стене!

— Кричер ничего подобного не замечал.

— Хорошо. Скажи тогда: кому принадлежала эта спальня?

— Это гостевая комната, она пустует уже много лет.

— А во времена Блэков?

— Я же говорю: пустует много лет. Один раз в ней ночевала дочка предателей кро… то есть мисс Уизли. А потом — вы с хозяином, — Кричер кивнул на Гермиону.

— Может, здесь бывал кто-нибудь, чьё имя начинается с инициалов «Т. Р.»?

— В этом доме всегда было много гостей, но таких людей не было.

— Это точно?

— Кричер не врёт.

— Хорошо. Иди.

Кричер удалился, а Гермиона снова обследовала стену. Но ведь ей не показалось! Она схватила листок бумаги и прислонила к стене — ничего, только след от пыли. Потом напустила чары распознавания тёмной магии: из её палочки вышел белесый дым и, коснувшись стены, окрасился чёрным. Значит, тёмная магия всё же есть, и она прячет под собой послание. Но кому оно адресовано? Ей? Интересно, Джинни видела его? Если да, то становится понятным причина её внезапного бегства. «Т. Р.» — это ведь Том Риддл?

Столько вопросов, ответить на которые сможет лишь один человек. А его нет!

Вдруг, словно в ответ на её мольбы, внизу раздался голос — Гарри пришёл.

Он стремительно вбежал по лестнице и заключил Гермиону в объятия.

— У меня всего десять минут, — прошептал он и увлёк Гермиону в спальню.

— Гарри, — она хотела рассказать об увиденной надписи и своих подозрениях, но Гарри не дал ей и рта раскрыть, завалив на постель и по-хозяйски снимая с Гермионы одежду.

От него пахло уличной свежестью и немного вереском, словно он бродил по пустоши, и ещё едва уловимым ароматом каминной сажи.