Фандом: Гарри Поттер. Прошло несколько месяцев после победы. Гарри и Рон служат в аврорате. Гермиона доучивается в Хогвартсе. Неожиданно Джинни уезжает в Испанию, оставив Гарри без объяснений. Гермиона навещает друга в доме на площади Гриммо.
Добавить в моё избранное
102 мин, 33 сек 3644
Она в растерянности открыла рот и замерла.
— Э-э-э, кажется, у меня язык как помело, — сокрушённо признался Гарри и выжидающе посмотрел на Гермиону. — Извини, из-за виски я слегка не в себе.
Она лишь тихонько вздохнула, уставившись перед собой.
— А ты? Можешь про меня сказать что-нибудь?
— Не знаю, — пожала плечами Гермиона, чувствуя, как горят щёки.
— Не знаешь? Я спросил, ощутила ли ты «это», ты ответила «немного». Не хочешь расшифровать?
— Я… я уже не помню. Мы ведь выпили.
Гарри неожиданно взял её за подбородок и повернул к себе.
— Хочешь вспомнить? — спросил он, глядя в глаза.
— Нет, — быстро проговорила Гермиона.
Он перевёл взгляд на губы. Гермиона растерянно смотрела на него: Гарри был так близко. Вдруг представила его целующим бутон и усмехнулась. Гарри отпустил её и совсем другим тоном произнёс:
— Может, всё-таки расскажешь, как это было у вас Роном? — в его голосе чувствовалось напряжение.
— Почему бы тебе не спросить у него самого?
— Не могу. То есть я могу, конечно, но…
— Что? Боишься упасть в его глазах? Знаменитый Гарри Поттер спрашивает совета у друга, как заняться сексом с его сестрой.
— Ты, как всегда, прекрасно формулируешь, — пристыжено заметил Гарри.
— Ладно, я поняла. В общем… в первый раз было страшновато. Но Рон довёл меня до такого состояния, что я совсем потеряла голову и… раскрылась. И он сделал всё как надо — быстро и без суеты.
— Как он тебя… довёл?
— Поцелуи, прикосновения, и ещё он всё время говорил какая я обалденная.
Гарри улыбнулся так, будто испытал гордость за неё.
— Откуда он понимает, что надо делать?
— Наверное, на уровне инстинкта, — пожала плечами Гермиона. — Следовать своему шестому чувству — это Рону удаётся лучше всего. Ну и я помогаю, конечно.
— Знаешь, я так привык сдерживать себя, что мне иногда легче отказаться от чего-то, чем поддаться инстинктам.
Она участливо посмотрела на него.
— Но вот сейчас, с тобой, я не чувствую напряжения.
— И что говорят твои инстинкты?
Он задумался, потом вдруг обхватил ладонями её лицо и приблизился вплотную. Гермиона от неожиданности выдохнула, приоткрыв рот, и в тот же миг Гарри накрыл его своими губами. В этот раз он был настойчив и смел, прижимая Гермиону к спинке дивана. Его рука скользнула к затылку, не оставляя возможности отпрянуть. Поцелуй был долгим, сильные губы терзали её рот, ласкали, впивались и снова ласкали. Гермиона не сразу вспомнила, что это надо немедленно прекратить. Она нервно завозилась, тогда Гарри оторвался, посмотрел очень внимательно, угадывая настроение, а потом вдруг совершенно нахальным образом снова впился в рот поцелуем.
Тут уж Гермиона возмутилась. Оттолкнула его и вскочила на ноги.
— Ты… придурок!
— Прости, — он тоже поднялся, протянув к ней руки, словно хотел удержать.
Гермиона отступила назад.
— Да что с тобой такое?!
— Прости ещё раз. Я перебрал слегка.
— Ничего себе слегка. Ты неадекватен! Проспись!
— Хорошо, — виновато кивнул он. — Но ты же не уйдёшь?
— Назови хоть одну причину, по которой я должна остаться.
— Ну… ты пьяная. Если в школе увидят, у тебя будут неприятности. А я дурак.
— Ты просто, — попробовала возмутиться она, но у Гарри был такой покаянный вид, что слова застряли в горле. — Ладно, я пошла спать. Надеюсь, ты будешь хорошо себя вести?
— Да. Можешь не волноваться.
— Ох, Гарри, — покачала головой она, как делала мама, когда папа давал сомнительные обещания.
И всё-таки что-то произошло. Этот его наглый поцелуй, безусловно, заслуживал порицания. Но Гермионе отчего-то совсем не хотелось злиться. Может, дело в виски?
Тем не менее, она, стараясь сохранять оскорблённый вид, направилась вверх по лестнице на второй этаж, где находились спальни.
— Подожди!
— Что ещё?
— Расскажи, что ты почувствовала, — Гарри с надеждой смотрел на неё.
— Ты опять за старое?
— Мне нужно знать. Только честно.
— Да!
— Что «да»? — не понял он.
— Всё «да», — отрезала она и с гордым видом продолжила путь.
— Правда? — по-детски обрадовался Гарри. — Ух-ты!
— Больной, — пробормотала Гермиона себе под нос.
А потом её неожиданно развеселила ситуация, и в спальню она вошла с широкой улыбкой на лице.
И что это было? Ладно, Гарри сходит с ума от одиночества, но она-то! Напиться так, что начать целоваться со старым другом и, чего уж тут отрицать, получить от этого удовольствие!
К тому же обсуждать с ним всякие сокровенные вещи. Выглядит всё это весьма противоречиво.
Гермиона упала на кровать, раскинув руки.
— Э-э-э, кажется, у меня язык как помело, — сокрушённо признался Гарри и выжидающе посмотрел на Гермиону. — Извини, из-за виски я слегка не в себе.
Она лишь тихонько вздохнула, уставившись перед собой.
— А ты? Можешь про меня сказать что-нибудь?
— Не знаю, — пожала плечами Гермиона, чувствуя, как горят щёки.
— Не знаешь? Я спросил, ощутила ли ты «это», ты ответила «немного». Не хочешь расшифровать?
— Я… я уже не помню. Мы ведь выпили.
Гарри неожиданно взял её за подбородок и повернул к себе.
— Хочешь вспомнить? — спросил он, глядя в глаза.
— Нет, — быстро проговорила Гермиона.
Он перевёл взгляд на губы. Гермиона растерянно смотрела на него: Гарри был так близко. Вдруг представила его целующим бутон и усмехнулась. Гарри отпустил её и совсем другим тоном произнёс:
— Может, всё-таки расскажешь, как это было у вас Роном? — в его голосе чувствовалось напряжение.
— Почему бы тебе не спросить у него самого?
— Не могу. То есть я могу, конечно, но…
— Что? Боишься упасть в его глазах? Знаменитый Гарри Поттер спрашивает совета у друга, как заняться сексом с его сестрой.
— Ты, как всегда, прекрасно формулируешь, — пристыжено заметил Гарри.
— Ладно, я поняла. В общем… в первый раз было страшновато. Но Рон довёл меня до такого состояния, что я совсем потеряла голову и… раскрылась. И он сделал всё как надо — быстро и без суеты.
— Как он тебя… довёл?
— Поцелуи, прикосновения, и ещё он всё время говорил какая я обалденная.
Гарри улыбнулся так, будто испытал гордость за неё.
— Откуда он понимает, что надо делать?
— Наверное, на уровне инстинкта, — пожала плечами Гермиона. — Следовать своему шестому чувству — это Рону удаётся лучше всего. Ну и я помогаю, конечно.
— Знаешь, я так привык сдерживать себя, что мне иногда легче отказаться от чего-то, чем поддаться инстинктам.
Она участливо посмотрела на него.
— Но вот сейчас, с тобой, я не чувствую напряжения.
— И что говорят твои инстинкты?
Он задумался, потом вдруг обхватил ладонями её лицо и приблизился вплотную. Гермиона от неожиданности выдохнула, приоткрыв рот, и в тот же миг Гарри накрыл его своими губами. В этот раз он был настойчив и смел, прижимая Гермиону к спинке дивана. Его рука скользнула к затылку, не оставляя возможности отпрянуть. Поцелуй был долгим, сильные губы терзали её рот, ласкали, впивались и снова ласкали. Гермиона не сразу вспомнила, что это надо немедленно прекратить. Она нервно завозилась, тогда Гарри оторвался, посмотрел очень внимательно, угадывая настроение, а потом вдруг совершенно нахальным образом снова впился в рот поцелуем.
Тут уж Гермиона возмутилась. Оттолкнула его и вскочила на ноги.
— Ты… придурок!
— Прости, — он тоже поднялся, протянув к ней руки, словно хотел удержать.
Гермиона отступила назад.
— Да что с тобой такое?!
— Прости ещё раз. Я перебрал слегка.
— Ничего себе слегка. Ты неадекватен! Проспись!
— Хорошо, — виновато кивнул он. — Но ты же не уйдёшь?
— Назови хоть одну причину, по которой я должна остаться.
— Ну… ты пьяная. Если в школе увидят, у тебя будут неприятности. А я дурак.
— Ты просто, — попробовала возмутиться она, но у Гарри был такой покаянный вид, что слова застряли в горле. — Ладно, я пошла спать. Надеюсь, ты будешь хорошо себя вести?
— Да. Можешь не волноваться.
— Ох, Гарри, — покачала головой она, как делала мама, когда папа давал сомнительные обещания.
И всё-таки что-то произошло. Этот его наглый поцелуй, безусловно, заслуживал порицания. Но Гермионе отчего-то совсем не хотелось злиться. Может, дело в виски?
Тем не менее, она, стараясь сохранять оскорблённый вид, направилась вверх по лестнице на второй этаж, где находились спальни.
— Подожди!
— Что ещё?
— Расскажи, что ты почувствовала, — Гарри с надеждой смотрел на неё.
— Ты опять за старое?
— Мне нужно знать. Только честно.
— Да!
— Что «да»? — не понял он.
— Всё «да», — отрезала она и с гордым видом продолжила путь.
— Правда? — по-детски обрадовался Гарри. — Ух-ты!
— Больной, — пробормотала Гермиона себе под нос.
А потом её неожиданно развеселила ситуация, и в спальню она вошла с широкой улыбкой на лице.
И что это было? Ладно, Гарри сходит с ума от одиночества, но она-то! Напиться так, что начать целоваться со старым другом и, чего уж тут отрицать, получить от этого удовольствие!
К тому же обсуждать с ним всякие сокровенные вещи. Выглядит всё это весьма противоречиво.
Гермиона упала на кровать, раскинув руки.
Страница 7 из 31
