Фандом: Чип и Дейл спешат на помощь. Пятая часть гексалогии. «Захватите для меня норвежского сыра, я так давно его не ел»… — сказал Рокки Гаечке перед концертом группы «А-Khа». Мышка не придала этой фразе большого значения. Обычная просьба, как раз в духе Рокфора. Вот только он никогда раньше не упоминал, что бывал в Норвегии… Впрочем, нежелание ворошить прошлое не помешает этому самому прошлому при случае напомнить о себе. Берясь за новое дело, Спасатели считают, что оно им вполне по плечу, но вскоре понимают, что всё не так, как кажется на первый взгляд. И что охотники на сей раз не они…
Добавить в моё избранное
306 мин, 8 сек 18871
Удар пришелся той чуть ниже левого глаза, оставив после себя хоть и заметную, но неглубокую борозду в шерстке, и, как принято говорить в таких случаях, повредил не столько шкурку, сколько самолюбие.
— Ну всё, тля, тебе конец! — взвизгнул азиат. Перекувыркнувшись через спину, он оттолкнулся кулаками от крыши, чтобы еще до выхода из кувырка принять вертикальное положение. Чип попытался ударить его еще раз, по другой щеке, обратным замахом, но тот воздел руки, и неуловимый в обычных условиях хлыст бессильно уткнулся в перепонку, после чего стал легкой добычей летяги. Чип был уверен, что без хлыста ему супостата не одолеть, поэтому не выпустил его ни тогда, когда азиат резко за него дернул, ни даже после того как летяга «приняла» его на резко выставленную ногу, развернула к себе спиной, повергла на колени и обвила хлыст вокруг его шеи.
— Конец тебе, тля! — прошипела летяга, явно имевшая на тлю какой-то зуб. Впрочем, летяги ведь на деревьях живут, там тли много, мало ли, что могло случиться…
«Нет! Борись! Соберись!» — буквально кричал Чипу внутренний голос, но кислородное голодание мозга давало о себе знать, и даже подсунутые в последний момент под хлыст два пальца не могли существенно повлиять на тугость импровизированной, но эффективной удавки. В глазах бурундука плясали все увеличивающиеся в размерах черные круги, дыхание сменилось сдавленным хрипом, в ушах шумело, но каким-то потусторонним, безжизненным шумом.«Вот и всё… — подумал Чип. — Я проиграл. Провалил это дело. Не оправдал надежд друзей. Подвел Гаечку. Черт, я ведь даже извиниться перед ней не смогу, так и умру, непрощенный»…
Эта мысль сподвигла его на последний отчаянно безнадежный рывок, приведший, как ему сперва почудилось, к падению прямиком в преисподнюю, но полет закончился как-то слишком уж быстро, да и преисподняя оказалась на удивление прохладной, пыльной и шершавой. Потом, уже перевернувшись на спину, Чип понял, что может дышать, что над ним ноябрьское небо, а под ним — рубероид, а душившей его летяги и след простыл. Поднявшись на локте, он посмотрел по сторонам расфокусированным взглядом и увидел, как нечто светло-бурое бежит к плоскому парапету. Потом кто-то схватил его за плечи, и он отчаянно забился, но тут знакомый бас назвал его по имени и сообщил, что всё в порядке, и он понял, что это Рокфор. Он встал на свинцовые ноги и попытался бежать, и как пить дать упал бы лицом на крышу, но Рокки подхватил его, и Чип увидел несущегося наперерез летяге Дейла, но та была уже на парапете, и Чип понял, что они его упустят. Он бросился туда, для большей устойчивости опустившись на все четыре лапы, и уже на бегу, будто в замедленном повторе, наблюдал, как летяга расправляет конечности, становясь похожей на плоского квадратного воздушного змея, и прыгает вниз, и летит, и теперь ее не только Дейл, но даже Вжик не догнал бы. В бессильной злобе Чип сорвал с головы 3G-камеру и швырнул ее вслед белке, и, конечно, не попал. Тем не менее, на высоте третьего этажа в голову летяги врезалось что-то тонкое и длинное, прилетевшее откуда-то снизу, и она, сложившись, будто пробитый насквозь аэростат, отвесно рухнула на землю, где ее уже готовился встречать перезаряжавший на бегу арбалет Шельм.
— Видали! Ну и выстрел! Я тоже так хочу! — не без труда произнес восхищенный до проблем с дыханием Дейл.
— Да, я б так не попала бы! — согласилась Гайка, чье присутствие Чип зафиксировал только сейчас, что было неудивительно, поскольку всё его внимание было сконцентрировано на сбитом преступнике, с которым он связывал большие надежды. Летяга ударилась о землю головой, заставив Гайку ахнуть, а Чипа решить, что всё кончено. Но тут летяга зашевелилась, явно пытаясь если не подняться, то хотя бы перевернуться на живот, и стало ясно, что хоронить ее еще не время.
— За мной! Скорее! — крикнул Чип, устремляясь к выходу с крыши, попутно разматывая так и оставшийся висеть у него на шее хлыст. Троица бежала со всех ног, однако, добежав, обнаружила, что летяга больше признаков жизни не подает.
— Он… умер? — запнувшись, спросил Чип, рассматривая остекленевшие глаза на вывернутой под несовместимым с жизнью углом голове лежавшего на спине азиата. — Черт, но как же мы теперь…
— Он ничего не знал, — успокоил его Шельм. — Спасибо, Винни, — поблагодарил он Вжика, принимая у него из рук присоску и прилаживая ее обратно на использованную стрелу.
— Но ведь он был жив! Я видел, как он шевелится! — воскликнул Дейл со скорбным непониманием, которое Чип всецело разделял.
— Ты видел, как он упал? — спросил он Вжика. Тот растерянно развел руками.
— Нет, я облетал вокруг здания. Когда прилетел сюда, он был уже мертв.
— Забудьте о нём, он был нам бесполезен, — сказал Шельм, церемонно, будто рыцарский клинок, подавая Гайке арбалет. — Отличное оружие, Глория! Одно удовольствие работать.
— Спасибо… — растерянно прошептала Гайка, не сводя глаз с трупа.
— Ну всё, тля, тебе конец! — взвизгнул азиат. Перекувыркнувшись через спину, он оттолкнулся кулаками от крыши, чтобы еще до выхода из кувырка принять вертикальное положение. Чип попытался ударить его еще раз, по другой щеке, обратным замахом, но тот воздел руки, и неуловимый в обычных условиях хлыст бессильно уткнулся в перепонку, после чего стал легкой добычей летяги. Чип был уверен, что без хлыста ему супостата не одолеть, поэтому не выпустил его ни тогда, когда азиат резко за него дернул, ни даже после того как летяга «приняла» его на резко выставленную ногу, развернула к себе спиной, повергла на колени и обвила хлыст вокруг его шеи.
— Конец тебе, тля! — прошипела летяга, явно имевшая на тлю какой-то зуб. Впрочем, летяги ведь на деревьях живут, там тли много, мало ли, что могло случиться…
«Нет! Борись! Соберись!» — буквально кричал Чипу внутренний голос, но кислородное голодание мозга давало о себе знать, и даже подсунутые в последний момент под хлыст два пальца не могли существенно повлиять на тугость импровизированной, но эффективной удавки. В глазах бурундука плясали все увеличивающиеся в размерах черные круги, дыхание сменилось сдавленным хрипом, в ушах шумело, но каким-то потусторонним, безжизненным шумом.«Вот и всё… — подумал Чип. — Я проиграл. Провалил это дело. Не оправдал надежд друзей. Подвел Гаечку. Черт, я ведь даже извиниться перед ней не смогу, так и умру, непрощенный»…
Эта мысль сподвигла его на последний отчаянно безнадежный рывок, приведший, как ему сперва почудилось, к падению прямиком в преисподнюю, но полет закончился как-то слишком уж быстро, да и преисподняя оказалась на удивление прохладной, пыльной и шершавой. Потом, уже перевернувшись на спину, Чип понял, что может дышать, что над ним ноябрьское небо, а под ним — рубероид, а душившей его летяги и след простыл. Поднявшись на локте, он посмотрел по сторонам расфокусированным взглядом и увидел, как нечто светло-бурое бежит к плоскому парапету. Потом кто-то схватил его за плечи, и он отчаянно забился, но тут знакомый бас назвал его по имени и сообщил, что всё в порядке, и он понял, что это Рокфор. Он встал на свинцовые ноги и попытался бежать, и как пить дать упал бы лицом на крышу, но Рокки подхватил его, и Чип увидел несущегося наперерез летяге Дейла, но та была уже на парапете, и Чип понял, что они его упустят. Он бросился туда, для большей устойчивости опустившись на все четыре лапы, и уже на бегу, будто в замедленном повторе, наблюдал, как летяга расправляет конечности, становясь похожей на плоского квадратного воздушного змея, и прыгает вниз, и летит, и теперь ее не только Дейл, но даже Вжик не догнал бы. В бессильной злобе Чип сорвал с головы 3G-камеру и швырнул ее вслед белке, и, конечно, не попал. Тем не менее, на высоте третьего этажа в голову летяги врезалось что-то тонкое и длинное, прилетевшее откуда-то снизу, и она, сложившись, будто пробитый насквозь аэростат, отвесно рухнула на землю, где ее уже готовился встречать перезаряжавший на бегу арбалет Шельм.
— Видали! Ну и выстрел! Я тоже так хочу! — не без труда произнес восхищенный до проблем с дыханием Дейл.
— Да, я б так не попала бы! — согласилась Гайка, чье присутствие Чип зафиксировал только сейчас, что было неудивительно, поскольку всё его внимание было сконцентрировано на сбитом преступнике, с которым он связывал большие надежды. Летяга ударилась о землю головой, заставив Гайку ахнуть, а Чипа решить, что всё кончено. Но тут летяга зашевелилась, явно пытаясь если не подняться, то хотя бы перевернуться на живот, и стало ясно, что хоронить ее еще не время.
— За мной! Скорее! — крикнул Чип, устремляясь к выходу с крыши, попутно разматывая так и оставшийся висеть у него на шее хлыст. Троица бежала со всех ног, однако, добежав, обнаружила, что летяга больше признаков жизни не подает.
— Он… умер? — запнувшись, спросил Чип, рассматривая остекленевшие глаза на вывернутой под несовместимым с жизнью углом голове лежавшего на спине азиата. — Черт, но как же мы теперь…
— Он ничего не знал, — успокоил его Шельм. — Спасибо, Винни, — поблагодарил он Вжика, принимая у него из рук присоску и прилаживая ее обратно на использованную стрелу.
— Но ведь он был жив! Я видел, как он шевелится! — воскликнул Дейл со скорбным непониманием, которое Чип всецело разделял.
— Ты видел, как он упал? — спросил он Вжика. Тот растерянно развел руками.
— Нет, я облетал вокруг здания. Когда прилетел сюда, он был уже мертв.
— Забудьте о нём, он был нам бесполезен, — сказал Шельм, церемонно, будто рыцарский клинок, подавая Гайке арбалет. — Отличное оружие, Глория! Одно удовольствие работать.
— Спасибо… — растерянно прошептала Гайка, не сводя глаз с трупа.
Страница 22 из 88
