Hwyfar

Как вариант, ты мог бы сидеть дома, — так, словно открывал мне все тайны мироздания разом, сказал Факунд. — Кстати, джинсы и чужая рубашка? Серьезно?

Теоретически я, и правда, мог остаться дома. Или у Джереми: судя по всему он был бы не против — сам же настаивал, чтобы я остался. Наш ночной разговор я предпочел бы не помнить — было что-то слишком неловкое в том, что осталось между строк. Объяснять это Факунду я не хотел. По крайней мере, не сейчас.

— Джинсы достаточно черные, чтобы сойти за что-то отдаленно в деловом стиле, — вместо этого невозмутимо ответил я, прекрасно зная, что тот не купится. — А что до рубашки, то кроме нас никто не знает, что она не моя, а значит, это не считается.

— Словно по фасону этого не видно. Ты сам-то понимаешь, что своим ответом ты только обеспечиваешь себе временную отсрочку, но никак не то, что я отстану? — полюбопытствовал он. — Ты на несколько часов почти стал человеком, ты понимаешь, что это не шутки?

— Ни он, ни я даже не догадывались, что невинный текст может привести к таким последствиям, — я бездумно перебирал книги и бумаги на столе, перекладывая их из одной стопки в другую, делая вид, что жутко занят упорядочиванием уже наличествующего порядка.

— Уверен? — за скепсисом Факунд почти безуспешно пытался скрыть волнение. — А если вы решите вспомнить старые добрые времена и поссоритесь? У него теперь против тебя готовое оружие есть!

— То есть, ты хочешь сказать, что Джереми каким-то мистическим образом смог разобраться в том, чего не смог понять я? — меня это неожиданно разозлило. — Я тебя правильно понимаю?

— Вот только не надо перекручивать мои слова, ладно? — он подошел ко мне и раздраженно положил ладонь на книгу, не давая ее переместить и тем самым заставляя поднять голову и встретиться с ним взглядом. — Ты прекрасно знаешь, что я не об этом.

— А ты прекрасно знаешь, что он мне вредить не станет. По крайней мере, не так.

Если бы Факунд сейчас спросил, откуда пришла такая уверенность, я бы не сразу нашелся с ответом, но спрашивать он не стал, избавляя нас обоих от необходимости что-то выдумывать и притворяться, что эти выдумки правда. Я знал, что тот в чем-то прав — чего я не сказал ни Факунду, ни Джереми, так это того, что не настолько я был в порядке, как пытался всех убедить. В том числе и себя. Нет, в том, что я больше не человек, я не сомневался уже ни секунды, тут все было в норме, но от резкой перестройки организма туда и обратно осталась какая-то противная слабость. По-хорошему мне бы отлежаться денек-другой, но мне вдруг остро захотелось уйти куда-то, где никто о моих проблемах не знает или знать не должен, просто для того, чтобы забыть о них самому. А вот Факунда я не учел — почему-то я думал, что сегодня он свои пары отменил.

— Тебя Сильен заразил своей безответственностью, я не пойму? — все распалялся Факунд. Странно, когда с легкой руки Сарфф я пол сменил, он так не реагировал, в чем разница-то? — Разве можно настолько легкомысленно относиться к себе и своему здоровью?

— А с каких пор ты записался в курицы-наседки? — едко парировал я, упрямо отказывать воспринимать ситуацию хоть немного серьезнее.

Ссориться с Факундом не хотелось, — хотя, кажется, к этому все и шло, — но и разводить показательную панику не хотелось еще больше. В конце концов, все обошлось, а с проблемами надо разбираться по мере поступления, если вдруг это когда-то вылезет мне боком. Если я закроюсь у себя и начну активно «болеть» то из постели я не выберусь еще очень долго — я себя знал. А так можно было сделать вид, что ничего не произошло, и, вернувшись в привычную рутину, в один прекрасный день обнаружить, что все снова по-старому. От дальнейших споров меня спасли студенты, сиротливо замершие у двери в аудиторию и усердно делавшие вид, что им совсем-совсем не интересно, о чем мы говорим.

— Профессор? — кто-то спросил несколько нерешительно. — А у нас пара будет?

— Разумеется, — не терпящим возражений тоном ответил я, выразительно глядя на Факунда. Тот только фыркнул, но намек понял.

— В таком случае, не буду вам мешать, — отвесив издевательский поклон, он поспешил удалиться. Значит, все-таки обиделся.

Игнорируя любопытство, светящееся в обращенных на меня взглядах, я махнул рукой, молчаливо призывая рассаживаться на своих местах. Я механически говорил о достоинствах и недостатках какой-то книги, о влиянии эпохи, в какой жил автор, и сложившихся тогда отношений на сюжет, почти забываясь и рассказывая немного больше, чем можно найти в учебниках по истории, но вроде все же держась в рамках и не выбалтывая лишнее. Надеюсь. Да если и так, они наверняка решат, что это почерпнуто из других художественных книг и будут воспринимать как литературный вымысел. Перед глазами на мгновение мелькнул образ Факунда, когда я укорял его в излишне вольном обращении с историей, а теперь я почти занимался тем же.