Фандом: Воин Пэк Тон Су. Существуют ли способы избежать уготованной с рождения судьбы? Можно ли выбраться из этой паутины или она запутается еще больше, стягивая в смертельных объятиях? Протянет ли кто-нибудь руку и выдернет из липкого плена?
24 мин, 34 сек 5441
Вун в ярости и почти себя не контролирует, а значит, его смерть — дело ближайших минут. Для того ли Чхон столько времени готовил его, чтобы прирезать в бессмысленном бою?
Внезапно посторонний звук разрезал ночную тишину. Чхон открыл глаза как раз вовремя, чтобы увидеть, как Вун оседает на землю позади него. Пацан оказался быстрее, чем он думал, но Чхон не чувствовал боли. Он не был ранен, значит, мальчишка не нанес свой удар.
На груди Вуна, на светло-серой ткани расползалось кровавое пятно. Чхон едва успел подхватить его, озираясь по сторонам и пытаясь определить, откуда стреляли.
Ему не понравилось то, что он увидел.
Стрелки располагались точно напротив. Один все еще целился из пистолета в их сторону и, похоже, готовился к следующему выстрелу.
Не теряя ни секунды, Чхон рванулся вперед. Отрубленная рука упала в чахлую траву, окрашивая землю казавшейся черной в свете луны кровью. Второй стрелок лишился головы, еще четверо один за другим попадали на землю. Чхон остановился. Вокруг царила полнейшая тишина, значит, больше никого не осталось.
Засада. Покушения — обычное дело для главы Хокса Чхорон, но сегодняшнее отличалось от предыдущих. Они использовали огнестрел. Как низко.
Чхон поморщился и пнул отрубленную руку, все еще сжимавшую рукоять пистолета.
Вун лежал на траве и не издал ни звука, когда Чхон осторожно приподнял его. Он был в сознании, но глаза все больше мутнели.
— Что ты наделал, парень? — спросил Чхон, закидывая его руку себе на плечо. — Какая муха тебя укусила?
Голос Вуна был, как всегда, тихим, и за шелестом ветра Чхон едва расслышал его:
— Что… Еще и вас потерять… глава?
Голова упала на плечо Чхона. Парень наконец соизволил вырубиться, а Чхон громко выругался.
— Глупый мальчик! Ты ведь хотел меня убить, какая разница, как я умру?
Через минуту на пустыре не осталось ни одной живой души. Только трупы наемников живописно раскинулись на посеребренной луной земле.
Чхон зашел в небольшую комнату без окон. Свет давала лишь свеча в тяжелом подсвечнике, стоявшая на грубо сколоченном столе, под который был задвинут табурет. В углу располагалась узкая кровать. Больше никакой мебели в комнате не было.
Он прислонился к дверному косяку и скрестил руки на груди, глядя на лежащего на кровати юношу. Тот лежал неподвижно, устремив невидящий взгляд в стену. Он ничего не ел и не пил уже два дня.
— Мне сказали, что ты ничего не ешь, — заговорил Чхон. — Хочешь умереть? Я с трудом спас тебе жизнь, а ты всем своим поведением спрашиваешь — зачем?
Вун даже не повернул головы. Но ответил:
— Следовало дать мне умереть, глава. Все равно в моей жизни больше нет никакого смысла.
Чхон мысленно выругался. В последнее время он часто так делал, куда подевалась его обычная сдержанность и холодность?
— Малец. Сколько еще ты собираешься так себя вести? Умереть с голоду не лучший вариант, тем более твоя семья от бесполезного бунта не вернется.
Вун лишь стиснул зубы и уткнулся в стену.
Чхон прикрыл за собой дверь, вытащил табурет из-под стола и уселся. Налил воды из высокого кувшина.
— Расскажешь мне о них?
Наконец-то повернулся. Стеклянный взгляд немного оттаял, и в глазах мелькнуло что-то, отдаленно похожее на удивление. А как иначе? Когда глава организации наемных убийц проявлял хоть какой-то интерес к тому, что творится в душах его подчиненных? Да что там Вун, Чхон сам себе удивлялся.
— Зачем вам это?
Чхон сделал большой глоток и со стуком поставил кружку на стол.
— Зачем? Тебя не касается. Любишь ли ты Хокса Чхорон, ненавидишь ли, но ты все еще состоишь в этой организации, и я все еще глава, — он налил еще воды и протянул кружку Вуну. — И я отдаю два приказа: выпить всю воду и рассказать все, что произошло с момента, когда я оставил тебя у дома Ченгов. Рассказывай так, будто я не знаю ничего. Ни отданного тебе тогда приказа, ни твоей привязанности к этой семье. Все по порядку.
Вун мгновение поколебался, размышляя, стоит ли. Однако въевшаяся с годами привычка делать все, что прикажут, взяла свое, и он протянул руку за кружкой.
Фанг Ченг производил оружие. Высококлассное, оно было известно по всему Чосону. Однако никто не мог добыть чертежи, никто ничего не знал о технологиях изготовления. Эти сведения тщательно охранялись, и все попытки что-либо узнать с треском проваливались. Разумеется, это не могло не заинтересовать такую организацию как Хокса Чхорон, где хорошее оружие было предметом первой необходимости. Но как проникнуть за железный занавес? Как выманить все секреты?
Уже три года в организации жил мальчик, которого подобрал глава. Обладающий незаурядными способностями к обучению и упорством, а также завидным терпением, он быстро достиг таких вершин боевого мастерства, которые даже зрелым мужчинам оказывались не под силу.
Внезапно посторонний звук разрезал ночную тишину. Чхон открыл глаза как раз вовремя, чтобы увидеть, как Вун оседает на землю позади него. Пацан оказался быстрее, чем он думал, но Чхон не чувствовал боли. Он не был ранен, значит, мальчишка не нанес свой удар.
На груди Вуна, на светло-серой ткани расползалось кровавое пятно. Чхон едва успел подхватить его, озираясь по сторонам и пытаясь определить, откуда стреляли.
Ему не понравилось то, что он увидел.
Стрелки располагались точно напротив. Один все еще целился из пистолета в их сторону и, похоже, готовился к следующему выстрелу.
Не теряя ни секунды, Чхон рванулся вперед. Отрубленная рука упала в чахлую траву, окрашивая землю казавшейся черной в свете луны кровью. Второй стрелок лишился головы, еще четверо один за другим попадали на землю. Чхон остановился. Вокруг царила полнейшая тишина, значит, больше никого не осталось.
Засада. Покушения — обычное дело для главы Хокса Чхорон, но сегодняшнее отличалось от предыдущих. Они использовали огнестрел. Как низко.
Чхон поморщился и пнул отрубленную руку, все еще сжимавшую рукоять пистолета.
Вун лежал на траве и не издал ни звука, когда Чхон осторожно приподнял его. Он был в сознании, но глаза все больше мутнели.
— Что ты наделал, парень? — спросил Чхон, закидывая его руку себе на плечо. — Какая муха тебя укусила?
Голос Вуна был, как всегда, тихим, и за шелестом ветра Чхон едва расслышал его:
— Что… Еще и вас потерять… глава?
Голова упала на плечо Чхона. Парень наконец соизволил вырубиться, а Чхон громко выругался.
— Глупый мальчик! Ты ведь хотел меня убить, какая разница, как я умру?
Через минуту на пустыре не осталось ни одной живой души. Только трупы наемников живописно раскинулись на посеребренной луной земле.
Чхон зашел в небольшую комнату без окон. Свет давала лишь свеча в тяжелом подсвечнике, стоявшая на грубо сколоченном столе, под который был задвинут табурет. В углу располагалась узкая кровать. Больше никакой мебели в комнате не было.
Он прислонился к дверному косяку и скрестил руки на груди, глядя на лежащего на кровати юношу. Тот лежал неподвижно, устремив невидящий взгляд в стену. Он ничего не ел и не пил уже два дня.
— Мне сказали, что ты ничего не ешь, — заговорил Чхон. — Хочешь умереть? Я с трудом спас тебе жизнь, а ты всем своим поведением спрашиваешь — зачем?
Вун даже не повернул головы. Но ответил:
— Следовало дать мне умереть, глава. Все равно в моей жизни больше нет никакого смысла.
Чхон мысленно выругался. В последнее время он часто так делал, куда подевалась его обычная сдержанность и холодность?
— Малец. Сколько еще ты собираешься так себя вести? Умереть с голоду не лучший вариант, тем более твоя семья от бесполезного бунта не вернется.
Вун лишь стиснул зубы и уткнулся в стену.
Чхон прикрыл за собой дверь, вытащил табурет из-под стола и уселся. Налил воды из высокого кувшина.
— Расскажешь мне о них?
Наконец-то повернулся. Стеклянный взгляд немного оттаял, и в глазах мелькнуло что-то, отдаленно похожее на удивление. А как иначе? Когда глава организации наемных убийц проявлял хоть какой-то интерес к тому, что творится в душах его подчиненных? Да что там Вун, Чхон сам себе удивлялся.
— Зачем вам это?
Чхон сделал большой глоток и со стуком поставил кружку на стол.
— Зачем? Тебя не касается. Любишь ли ты Хокса Чхорон, ненавидишь ли, но ты все еще состоишь в этой организации, и я все еще глава, — он налил еще воды и протянул кружку Вуну. — И я отдаю два приказа: выпить всю воду и рассказать все, что произошло с момента, когда я оставил тебя у дома Ченгов. Рассказывай так, будто я не знаю ничего. Ни отданного тебе тогда приказа, ни твоей привязанности к этой семье. Все по порядку.
Вун мгновение поколебался, размышляя, стоит ли. Однако въевшаяся с годами привычка делать все, что прикажут, взяла свое, и он протянул руку за кружкой.
Фанг Ченг производил оружие. Высококлассное, оно было известно по всему Чосону. Однако никто не мог добыть чертежи, никто ничего не знал о технологиях изготовления. Эти сведения тщательно охранялись, и все попытки что-либо узнать с треском проваливались. Разумеется, это не могло не заинтересовать такую организацию как Хокса Чхорон, где хорошее оружие было предметом первой необходимости. Но как проникнуть за железный занавес? Как выманить все секреты?
Уже три года в организации жил мальчик, которого подобрал глава. Обладающий незаурядными способностями к обучению и упорством, а также завидным терпением, он быстро достиг таких вершин боевого мастерства, которые даже зрелым мужчинам оказывались не под силу.
Страница 2 из 7