Фандом: Гарри Поттер. Волдеморт побеждён, дети главных героев растут и учатся в Хогвартсе. Но после победы всё поменялось местами: Уизли стали богатой и влиятельной семьёй, на чистокровок смотрят с подозрением, а подчёркивать свои волшебные таланты «не толерантно». Роза Уизли считает это несправедливым и решает взбунтоваться. Она поступит на другой факультет, подружится с чистокровкой и доставит ещё много хлопот — например, использует Выручай-комнату для выявления всех несправедливостей, произошедших в Хогвартсе со дня его основания.
Добавить в моё избранное
368 мин, 15 сек 19392
Через три часа Скорпиус, не веря собственному счастью, мог наблюдать под потолком кабинета Лавгуд огромного серебристого ворона. У него получилось!
— Хм… — Луна задумчиво наблюдала за птицей. — Интересно.
— Я тоже «немного Рейвенкло»? — Скорпиус рассмеялся от радости. Пусть теперь кто-то только позволит себе назвать его Пожирателем!
— Можно и так сказать, — Луна улыбнулась Скорпиусу и поманила ворона пальцем. — Добро пожаловать в клуб людей, имеющих Патронусы.
И вот теперь Скорпиус должен был вернуть кредит доверия, в том числе оказанный его интеллекту. Ему и Розе ещё повезло, что впереди были суббота и воскресенье, так что, пока не начнутся уроки, никто их особенно не хватится. Когда Малфой увидел, как Роза вытаскивает из ниши заранее приготовленную объёмистую сумку с провизией, он застонал:
— Ты меня вообще отсюда не выпустишь, великий сыщик?
Она только рассмеялась.
— Ты вправе отказаться. Но мне кажется, ты говорил, что соскучился. И… — она посмотрела на него с хорошо знакомым упрямством, — до суда осталось совсем немного времени.
— Подожди, а все эти истории с Министерством Магии, случайно, не ваших рук дело?
— Наших! — Роза не смогла сдержать победоносную улыбку.
— Впечатляет, — Скорпиус удивлённо приподнял брови и покачал головой. — Особенно та статья Риты Скиттер про долги Министерства. Как там? «Пока наши доблестные оперативники вынуждены экономить каждый кнат, отдел Ханны Аббот продолжает тратить деньги налогоплательщиков на погоню за тенью. Маглы говорят в таких случаях про» охоту на ведьм«, мы же с удивлением наблюдаем, как наши собратья переносят в двадцать первый век законы и принципы магловской инквизиции»….
— Да, память у тебя что надо, — вздохнула Роза. — Отец хочет дискредитировать Ханну, показать, что она фанатичка. Не знаю, как он не придушил её голыми руками, когда она приходила в Нору. Говорит, что против «этих канцелярских докси» готов выступить даже в пользу… — она запнулась и виновато посмотрела на Скорпиуса.
— Даже в пользу чистокровок, — спокойно закончил за неё Малфой. — Луне повезло, что вы за неё вступились. Хотя Аббот только обозлится и закусит удила. Её можно понять… — он поднял взгляд на Розу и покачал головой.
— Вот поэтому мы и здесь, — она покрепче сжала метлу и пошла на снижение. — Папин вариант — это крайний случай. Я рада, что он у нас есть, потому что Луну надо вытащить при любых обстоятельствах, даже если это выглядит… — Роза заправила за ухо прядь волос, пытаясь скрыть смущение, — немного предвзято.
Скорпиус задумчиво разглядывал подругу. Даже если мистер Уизли что-то ей и запретил, по крайней мере, сейчас из всех своих друзей она позвала сюда именно его. И вряд ли только из-за отношения к нему Луны. А Роза продолжала:
— Но я хочу найти настоящие доказательства. Потому что иначе у людей останется нехороший осадок после этой истории. Они ведь могут перестать ходить на её выставки. Так, просто на всякий случай. Нет ничего проще, чем отвернуться от человека из-за глупых предрассудков.
Скорпиус снова взглянул на Розу, но та смотрела куда-то вперёд, выискивая место, на котором закончила поиски в прошлый раз. Последняя фраза явно была сказана как-то по-особенному. На неё нельзя было не ответить.
— Я бы не смог, — тихо сказал Скорпиус.
— И я тоже, — с нажимом ответила Роза.
— Друзья?
— Друзья.
Придя к выводу, что «несправедливости» должны располагаться хронологически — по времени поступления магов в Хогвартс, Скорпиус и Роза то тут, то там открывали таблички и пытались по событиям определить приблизительное время происшествия. Очень помогало, когда упоминался действующий ректор или хотя бы декан. Как-то раз, уже в воскресенье днём, они сидели в круглом зале и спорили о случае девушки-ловца, упавшей с метлы на матче по квиддичу из-за действия экзотического заклинания. Так как никто из присутствовавших волшебников заклятия не распознал, матч останавливать не стали, списав всё на солнечный удар, и Рейвенкло засчитали поражение. Никаких знакомых имён, кроме Дамблдора. Но он был на своём посту слишком долго, чтобы это могло им помочь.
— А я говорю, такие мантии носили ещё во времена Реддла, — ярилась Роза.
— Не знаю, как мантии, а правила квиддича меняли, когда в Хогвартсе учился мой дед, — не отставал Скорпиус.
— Будьте любезны, прекратите шуметь, — голос Снейпа подействовал на них, как ушат холодной воды. Впервые за всё время, декан изволил встать из кресла и влезть в портретную раму. — Если это поможет прекратить ваш хогсмитский базар, я вам скажу, когда это было. Октябрь 1975 года. Ловец Мелоди Марш. Матч Рейвенкло-Слизерин.
— Спасибо, профессор! А Вы откуда знаете? — голос Розы был даже дружелюбен, но особого пиетета в нём не звучало. «Она совершенно не стесняется Снейпа, — отметил Скорпиус.
— Хм… — Луна задумчиво наблюдала за птицей. — Интересно.
— Я тоже «немного Рейвенкло»? — Скорпиус рассмеялся от радости. Пусть теперь кто-то только позволит себе назвать его Пожирателем!
— Можно и так сказать, — Луна улыбнулась Скорпиусу и поманила ворона пальцем. — Добро пожаловать в клуб людей, имеющих Патронусы.
И вот теперь Скорпиус должен был вернуть кредит доверия, в том числе оказанный его интеллекту. Ему и Розе ещё повезло, что впереди были суббота и воскресенье, так что, пока не начнутся уроки, никто их особенно не хватится. Когда Малфой увидел, как Роза вытаскивает из ниши заранее приготовленную объёмистую сумку с провизией, он застонал:
— Ты меня вообще отсюда не выпустишь, великий сыщик?
Она только рассмеялась.
— Ты вправе отказаться. Но мне кажется, ты говорил, что соскучился. И… — она посмотрела на него с хорошо знакомым упрямством, — до суда осталось совсем немного времени.
— Подожди, а все эти истории с Министерством Магии, случайно, не ваших рук дело?
— Наших! — Роза не смогла сдержать победоносную улыбку.
— Впечатляет, — Скорпиус удивлённо приподнял брови и покачал головой. — Особенно та статья Риты Скиттер про долги Министерства. Как там? «Пока наши доблестные оперативники вынуждены экономить каждый кнат, отдел Ханны Аббот продолжает тратить деньги налогоплательщиков на погоню за тенью. Маглы говорят в таких случаях про» охоту на ведьм«, мы же с удивлением наблюдаем, как наши собратья переносят в двадцать первый век законы и принципы магловской инквизиции»….
— Да, память у тебя что надо, — вздохнула Роза. — Отец хочет дискредитировать Ханну, показать, что она фанатичка. Не знаю, как он не придушил её голыми руками, когда она приходила в Нору. Говорит, что против «этих канцелярских докси» готов выступить даже в пользу… — она запнулась и виновато посмотрела на Скорпиуса.
— Даже в пользу чистокровок, — спокойно закончил за неё Малфой. — Луне повезло, что вы за неё вступились. Хотя Аббот только обозлится и закусит удила. Её можно понять… — он поднял взгляд на Розу и покачал головой.
— Вот поэтому мы и здесь, — она покрепче сжала метлу и пошла на снижение. — Папин вариант — это крайний случай. Я рада, что он у нас есть, потому что Луну надо вытащить при любых обстоятельствах, даже если это выглядит… — Роза заправила за ухо прядь волос, пытаясь скрыть смущение, — немного предвзято.
Скорпиус задумчиво разглядывал подругу. Даже если мистер Уизли что-то ей и запретил, по крайней мере, сейчас из всех своих друзей она позвала сюда именно его. И вряд ли только из-за отношения к нему Луны. А Роза продолжала:
— Но я хочу найти настоящие доказательства. Потому что иначе у людей останется нехороший осадок после этой истории. Они ведь могут перестать ходить на её выставки. Так, просто на всякий случай. Нет ничего проще, чем отвернуться от человека из-за глупых предрассудков.
Скорпиус снова взглянул на Розу, но та смотрела куда-то вперёд, выискивая место, на котором закончила поиски в прошлый раз. Последняя фраза явно была сказана как-то по-особенному. На неё нельзя было не ответить.
— Я бы не смог, — тихо сказал Скорпиус.
— И я тоже, — с нажимом ответила Роза.
— Друзья?
— Друзья.
Придя к выводу, что «несправедливости» должны располагаться хронологически — по времени поступления магов в Хогвартс, Скорпиус и Роза то тут, то там открывали таблички и пытались по событиям определить приблизительное время происшествия. Очень помогало, когда упоминался действующий ректор или хотя бы декан. Как-то раз, уже в воскресенье днём, они сидели в круглом зале и спорили о случае девушки-ловца, упавшей с метлы на матче по квиддичу из-за действия экзотического заклинания. Так как никто из присутствовавших волшебников заклятия не распознал, матч останавливать не стали, списав всё на солнечный удар, и Рейвенкло засчитали поражение. Никаких знакомых имён, кроме Дамблдора. Но он был на своём посту слишком долго, чтобы это могло им помочь.
— А я говорю, такие мантии носили ещё во времена Реддла, — ярилась Роза.
— Не знаю, как мантии, а правила квиддича меняли, когда в Хогвартсе учился мой дед, — не отставал Скорпиус.
— Будьте любезны, прекратите шуметь, — голос Снейпа подействовал на них, как ушат холодной воды. Впервые за всё время, декан изволил встать из кресла и влезть в портретную раму. — Если это поможет прекратить ваш хогсмитский базар, я вам скажу, когда это было. Октябрь 1975 года. Ловец Мелоди Марш. Матч Рейвенкло-Слизерин.
— Спасибо, профессор! А Вы откуда знаете? — голос Розы был даже дружелюбен, но особого пиетета в нём не звучало. «Она совершенно не стесняется Снейпа, — отметил Скорпиус.
Страница 21 из 104
