Фандом: Гарри Поттер. Волдеморт побеждён, дети главных героев растут и учатся в Хогвартсе. Но после победы всё поменялось местами: Уизли стали богатой и влиятельной семьёй, на чистокровок смотрят с подозрением, а подчёркивать свои волшебные таланты «не толерантно». Роза Уизли считает это несправедливым и решает взбунтоваться. Она поступит на другой факультет, подружится с чистокровкой и доставит ещё много хлопот — например, использует Выручай-комнату для выявления всех несправедливостей, произошедших в Хогвартсе со дня его основания.
Добавить в моё избранное
368 мин, 15 сек 19404
Девушку, пахнувшую ночным ветром. Его рука провела по волосам. Мягкие локоны, сколотые в небрежный пучок… Где же жёсткая проволочная паутинка, клетка для птицы, которую хочется открыть? Рука нащупала в волосах какое-то украшение. Пальцы Скорпиуса сомкнулись на нём. Он продолжал целовать её губы, казавшиеся слишком мягкими и тёплыми, когда сквозь аромат ночного леса пробилась фальшивая нотка, тошнотворный, могильный запах. Скорпиус рывком отстранился и открыл глаза. Лили Поттер.
— Нет! — наверное, на его лице отразился ужас или даже отвращение, потому что Лили отпрянула и закрылась рукой, как от удара.
— Но почему? Почему? — её отчаянный крик резал уши. По щекам зеленоглазой ведьмы текли слёзы.
Скорпиус посмотрел на свою руку. В ней был зажат цветок.
— Потому что я ненавижу лилии, — он разжал пальцы. Бутон в его ладони медленно покоробился, сморщился, почернел и превратился в пыль. Скорпиус стряхнул пепел ей под ноги, повернулся и зашагал прочь.
— Что я сделала не так? Что ещё тебе нужно? Я же почти чистокровная волшебница! — крикнула она ему вслед.
Скорпиусу показалось, что его ударили в солнечное сплетение. В глазах потемнело. Его всегда учили быть бережным с женщинами. Безупречно вежливым. Что бы ни происходило. Но для существа позади него имени не было. Он резко развернулся и медленно, с горькой улыбкой произнёс слова, которых бы не понял ни один из его предков:
— У твоей бабки, Лили Эванс, кровь и то была чище твоей. О чём ты думала, когда травила меня Амортенцией?
Роза забеспокоилась. Скорпиус должен был уйти на минуту и тут же вернуться. Она заглянула за водопад — его не было. Тогда она спустилась в сад. Всего один кадр. Замедленная съёмка неизбежного. Скорпиус и кузина Лили.
Она сидела прямо на полу в одной из галерей. Из мантии возле подола был выдран клок. Роза смотрела на эту прореху и ничего не чувствовала. Совсем ничего. Как будто её заморозили. А может — выпотрошили, она не знает точно. И в самом центре этого льда горел огонь, и плескалась кислота. «В конце концов, я всегда говорила, что мы просто друзья. Какая идиотская мысль. А я ещё подшучивала над ним, и над этими девочками, которые его добивались. Глупо. Мне казалось, что четырнадцать — это слишком мало. Я не вынесу, если»….
— Уизли? Какая славная встреча, — хриплый и одновременно высокий голос Локи Нэша гулко отдавался в пустой галерее. — И что же мы тут делаем после отбоя?
— Уйди Нэш, целее будешь, — процедила Роза, меньше всего склонная разговаривать.
— Неужели ты думаешь, что я буду драться с девчонкой?
Роза почувствовала, что в ней закипает ярость. Вся бессильная злоба, вся ненависть к слизеринскому коварству и двуличию обрела очертания похожего на лису или хорька Нэша.
— Ах, даже так! — она агрессивно ухмыльнулась и рывком встала с пола. — Знаешь почему? Да ты минуты против меня не продержишься, сквиб слизеринский!
Нэш рассвирепел и вытащил палочку. Они сыпали друг в друга заклятия то неслышно, то в голос. С палочек срывались искры и молнии, эхо металось, отражаясь от стен. Нэш уже дважды пропустил пущенные Розой заклинания, но сдаваться пока не собирался, а она с отчаянной решимостью молотила его всем, что выучила за четыре года.
— Экспеллиармус! — профессор Лавгуд, внезапно появившаяся из бокового коридора, одним движением забрала обе палочки и придавила обоих спорщиков к полу каким-то заклятием. — Нарушение комендантского часа, применение магии во внеучебное время, незаконная магическая дуэль… — она неопределённо взмахнула рукой, — и так далее. Пятьдесят очков с обоих и визит к ректору немедленно.
Локи и Розу прекратило прижимать к каменным плитам. Теперь они висели, как два кулька гречки, взятые за шкирку невидимыми руками. Луна Лавгуд сокрушённо покачала головой, взглянув в лицо своим «трофеям», но отменять действие заклятия не стала. Они плыли по воздуху перед ней до самого кабинета Минервы МакГонагалл.
— Вы, мисс Уизли, надеюсь, понимаете, что это совершенно недопустимо, — говорила директор, глядя на Розу. — Если честно, от Вас я этого не ожидала.
Роза вскинула на неё взгляд дикой кошки.
— Это была самозащита. Он начал первым.
Минерва удивлённо приподняла бровь.
— Уизли, Вы всерьёз хотите сказать, что мистер Нэш рискнул в одиночку связываться с человеком, получившим сто двадцать баллов по Защите от Тёмных Искусств и столько же по Заклинаниям?
— Я разозлила его, госпожа директор.
— Нэш, Ваша версия?
— Она начала первой! — Нэш угрюмо покосился на свою неудавшуюся жертву.
— Так… — МакГонагалл переводила взгляд с мрачной рейвенкло в порванной мантии на не менее мрачного слизеринца, с ног до головы вывалявшегося в пыли. Если честно, они оба не вызывали ни малейшего доверия. — Я предлагаю вам выбор. Мы можем выяснить, что произошло, с помощью Омута Памяти.
— Нет! — наверное, на его лице отразился ужас или даже отвращение, потому что Лили отпрянула и закрылась рукой, как от удара.
— Но почему? Почему? — её отчаянный крик резал уши. По щекам зеленоглазой ведьмы текли слёзы.
Скорпиус посмотрел на свою руку. В ней был зажат цветок.
— Потому что я ненавижу лилии, — он разжал пальцы. Бутон в его ладони медленно покоробился, сморщился, почернел и превратился в пыль. Скорпиус стряхнул пепел ей под ноги, повернулся и зашагал прочь.
— Что я сделала не так? Что ещё тебе нужно? Я же почти чистокровная волшебница! — крикнула она ему вслед.
Скорпиусу показалось, что его ударили в солнечное сплетение. В глазах потемнело. Его всегда учили быть бережным с женщинами. Безупречно вежливым. Что бы ни происходило. Но для существа позади него имени не было. Он резко развернулся и медленно, с горькой улыбкой произнёс слова, которых бы не понял ни один из его предков:
— У твоей бабки, Лили Эванс, кровь и то была чище твоей. О чём ты думала, когда травила меня Амортенцией?
Роза забеспокоилась. Скорпиус должен был уйти на минуту и тут же вернуться. Она заглянула за водопад — его не было. Тогда она спустилась в сад. Всего один кадр. Замедленная съёмка неизбежного. Скорпиус и кузина Лили.
Она сидела прямо на полу в одной из галерей. Из мантии возле подола был выдран клок. Роза смотрела на эту прореху и ничего не чувствовала. Совсем ничего. Как будто её заморозили. А может — выпотрошили, она не знает точно. И в самом центре этого льда горел огонь, и плескалась кислота. «В конце концов, я всегда говорила, что мы просто друзья. Какая идиотская мысль. А я ещё подшучивала над ним, и над этими девочками, которые его добивались. Глупо. Мне казалось, что четырнадцать — это слишком мало. Я не вынесу, если»….
— Уизли? Какая славная встреча, — хриплый и одновременно высокий голос Локи Нэша гулко отдавался в пустой галерее. — И что же мы тут делаем после отбоя?
— Уйди Нэш, целее будешь, — процедила Роза, меньше всего склонная разговаривать.
— Неужели ты думаешь, что я буду драться с девчонкой?
Роза почувствовала, что в ней закипает ярость. Вся бессильная злоба, вся ненависть к слизеринскому коварству и двуличию обрела очертания похожего на лису или хорька Нэша.
— Ах, даже так! — она агрессивно ухмыльнулась и рывком встала с пола. — Знаешь почему? Да ты минуты против меня не продержишься, сквиб слизеринский!
Нэш рассвирепел и вытащил палочку. Они сыпали друг в друга заклятия то неслышно, то в голос. С палочек срывались искры и молнии, эхо металось, отражаясь от стен. Нэш уже дважды пропустил пущенные Розой заклинания, но сдаваться пока не собирался, а она с отчаянной решимостью молотила его всем, что выучила за четыре года.
— Экспеллиармус! — профессор Лавгуд, внезапно появившаяся из бокового коридора, одним движением забрала обе палочки и придавила обоих спорщиков к полу каким-то заклятием. — Нарушение комендантского часа, применение магии во внеучебное время, незаконная магическая дуэль… — она неопределённо взмахнула рукой, — и так далее. Пятьдесят очков с обоих и визит к ректору немедленно.
Локи и Розу прекратило прижимать к каменным плитам. Теперь они висели, как два кулька гречки, взятые за шкирку невидимыми руками. Луна Лавгуд сокрушённо покачала головой, взглянув в лицо своим «трофеям», но отменять действие заклятия не стала. Они плыли по воздуху перед ней до самого кабинета Минервы МакГонагалл.
— Вы, мисс Уизли, надеюсь, понимаете, что это совершенно недопустимо, — говорила директор, глядя на Розу. — Если честно, от Вас я этого не ожидала.
Роза вскинула на неё взгляд дикой кошки.
— Это была самозащита. Он начал первым.
Минерва удивлённо приподняла бровь.
— Уизли, Вы всерьёз хотите сказать, что мистер Нэш рискнул в одиночку связываться с человеком, получившим сто двадцать баллов по Защите от Тёмных Искусств и столько же по Заклинаниям?
— Я разозлила его, госпожа директор.
— Нэш, Ваша версия?
— Она начала первой! — Нэш угрюмо покосился на свою неудавшуюся жертву.
— Так… — МакГонагалл переводила взгляд с мрачной рейвенкло в порванной мантии на не менее мрачного слизеринца, с ног до головы вывалявшегося в пыли. Если честно, они оба не вызывали ни малейшего доверия. — Я предлагаю вам выбор. Мы можем выяснить, что произошло, с помощью Омута Памяти.
Страница 33 из 104
