Фандом: Гарри Поттер. Волдеморт побеждён, дети главных героев растут и учатся в Хогвартсе. Но после победы всё поменялось местами: Уизли стали богатой и влиятельной семьёй, на чистокровок смотрят с подозрением, а подчёркивать свои волшебные таланты «не толерантно». Роза Уизли считает это несправедливым и решает взбунтоваться. Она поступит на другой факультет, подружится с чистокровкой и доставит ещё много хлопот — например, использует Выручай-комнату для выявления всех несправедливостей, произошедших в Хогвартсе со дня его основания.
Добавить в моё избранное
368 мин, 15 сек 19440
Как выяснилось, ненадолго.
— Доктор Ковальски, получается, на реабилитацию для сквибов придётся записать только Тома? — обратился к Стелле рыжеволосый стажёр. — Мы боялись, что будет не меньше пяти человек!
— Совершенно верно, мистер Рейн, — только что безмятежное лицо Стеллы теперь выражало хмурую озабоченность, — но всё равно, так жалко мальчика. Такие, как он, сквибами обычно не рождаются и не становятся, а здесь этот грипп…
— В смысле, «не рождаются»? — отреагировала на загадочную фразу чёрноволосая медсестра, говорившая с французским акцентом. Роза мысленно присоединилась к этому вопросу.
— Это чистый род из Шотландии, маглорождённых в нём не было чуть ли не со времён Вильгельма Завоевателя. Статистически вероятность, что в такой семье родится сквиб, ничтожно мала, — пояснила Стелла таким тоном, как будто это само собой разумеется. — Вот если бы он был полукровкой, вероятность такого исхода была бы на 13% выше.
— Не так уж и много, — подала голос Роза. Беззаботный тон Стеллы не позволял думать, что она сказала это со злым умыслом или вложила во фразу особый смысл. Скорее всего, действительно просто приводила статистику. Но Роза всё равно почувствовала укол обиды.
— У маглов на столько же возрастает вероятность рождения шизофреника, если кто-то из родителей болен шизофренией, — пожала плечами Стелла. — Ты права, это немного, но мало кто решается заводить детей в такой ситуации.
— Может, просто потому, что никто не хочет связать свою судьбу с сумасшедшим? — Роза усилием воли заставила себя говорить спокойным, безразличным тоном. Она была рада, что уже закончила варить свою порцию зелья, потому что иначе неизбежно бы что-то перепутала. — Не думаю, что брак с маглом можно с этим сравнивать.
— А что такое сумасшествие? — философски заметила Стелла, забирая у неё пробирки. — Всего лишь состояние, когда ты живёшь в другом мире. Мы с маглами живём в разных мирах, это факт. Меня бы не побеспокоил риск родить сквиба, — задумалась она, прижав к груди колбу, — но, понимаешь, мне просто неинтересно общаться с кем-то «оттуда». А ему, наверно, не было бы интересно со мной, — доктор Ковальски иронически улыбнулась, и в её бледно-голубых глазах заплескались озорные искорки. — Нет, Роза, мне больше нравятся волшебники!
Розе неожиданно стало плохо. В ушах шумело, ноги казались ватными, перед глазами плыли радужные круги. Хорошо, что она сидела, иначе неизбежно упала бы в обморок. На этот раз перед ней уже не статья в журнале, а хорошенькая белокурая полуангличанка-полуполячка, чьи голубые глаза не выражают ни малейшей неприязни, а напротив, ищут в ней благодарного слушателя. Стелла, скорее всего, не придаёт значения тому, что Роза тоже полукровка. Она привыкла думать о ней как о сильной колдунье, любимой ученице своей мамы, как о леди Малфой, наконец. Да и нет у Стеллы никаких претензий к маглам — простое нежелание с ними общаться, не более того. Кто-то не любит, когда говорят слишком громко, а кому-то скучно в мире без чудес. Всё нормально…
— Что-то не так, Роза? — Стелла участливо дотронулась до её плеча, заставляя Розу вынырнуть из водоворота сбивчивых мыслей. — Ты себя плохо чувствуешь?
— Нет-нет, ничего, — Роза попыталась улыбнуться. — Наверное, просто устала. Надо пойти домой и выпить общеукрепляющее.
— Только сделай перед этим тест на грипп, а то мало ли что, — посоветовала Стелла. — Трансгрессируешь или мне тебя через камин отправить? — голубые глаза светились участием и лёгкой тревогой, искренним желанием быть полезной.
— Лучше через камин, — кивнула Роза, удивляясь тому, насколько заботливой может быть эта женщина, которая только что, походя, чисто из соображений статистики, приравняла её родственников со стороны матери к шизофреникам.
Вернувшись домой, Роза, даже не поужинав (несмотря на неодобрительные вздохи пожилого домовика, ворчавшего, что «хозяйка совсем себя не бережёт»), заперлась в кабинете и занялась отчётностью. Прогноз выглядел вполне оптимистичным, котировки росли. В преддверии запуска новой серии колдохирургического оборудования, заказчики активизировались, как никогда… Рудольф даже заметил, что им придётся сделать дополнительный набор персонала, чтобы покрыть спрос… Отлично. Роза отложила расчёты по «Уизли Кеир» и занялась«Алхимией». Здесь всё выглядело не столь блестяще: последняя коллекция не имела особого успеха. Кажется, в «Ведьмином досуге» по этому поводу написали, что медицина убивает в Скорпиусе модельера…
Скорпиус. Роза вздохнула и посмотрела на часы. Время тянулось медленно, а смысл цифр, лежащих перед ней, уже улавливался с трудом. Тишина, проклятая звенящая в ушах тишина не давала сосредоточиться на работе. Никогда раньше не замечала, как громко скрипит перо… Назло себе громко хлопнув ящиком, Роза отперла другой отдел секретера, чтобы взять оттуда новый лист пергамента.
— Доктор Ковальски, получается, на реабилитацию для сквибов придётся записать только Тома? — обратился к Стелле рыжеволосый стажёр. — Мы боялись, что будет не меньше пяти человек!
— Совершенно верно, мистер Рейн, — только что безмятежное лицо Стеллы теперь выражало хмурую озабоченность, — но всё равно, так жалко мальчика. Такие, как он, сквибами обычно не рождаются и не становятся, а здесь этот грипп…
— В смысле, «не рождаются»? — отреагировала на загадочную фразу чёрноволосая медсестра, говорившая с французским акцентом. Роза мысленно присоединилась к этому вопросу.
— Это чистый род из Шотландии, маглорождённых в нём не было чуть ли не со времён Вильгельма Завоевателя. Статистически вероятность, что в такой семье родится сквиб, ничтожно мала, — пояснила Стелла таким тоном, как будто это само собой разумеется. — Вот если бы он был полукровкой, вероятность такого исхода была бы на 13% выше.
— Не так уж и много, — подала голос Роза. Беззаботный тон Стеллы не позволял думать, что она сказала это со злым умыслом или вложила во фразу особый смысл. Скорее всего, действительно просто приводила статистику. Но Роза всё равно почувствовала укол обиды.
— У маглов на столько же возрастает вероятность рождения шизофреника, если кто-то из родителей болен шизофренией, — пожала плечами Стелла. — Ты права, это немного, но мало кто решается заводить детей в такой ситуации.
— Может, просто потому, что никто не хочет связать свою судьбу с сумасшедшим? — Роза усилием воли заставила себя говорить спокойным, безразличным тоном. Она была рада, что уже закончила варить свою порцию зелья, потому что иначе неизбежно бы что-то перепутала. — Не думаю, что брак с маглом можно с этим сравнивать.
— А что такое сумасшествие? — философски заметила Стелла, забирая у неё пробирки. — Всего лишь состояние, когда ты живёшь в другом мире. Мы с маглами живём в разных мирах, это факт. Меня бы не побеспокоил риск родить сквиба, — задумалась она, прижав к груди колбу, — но, понимаешь, мне просто неинтересно общаться с кем-то «оттуда». А ему, наверно, не было бы интересно со мной, — доктор Ковальски иронически улыбнулась, и в её бледно-голубых глазах заплескались озорные искорки. — Нет, Роза, мне больше нравятся волшебники!
Розе неожиданно стало плохо. В ушах шумело, ноги казались ватными, перед глазами плыли радужные круги. Хорошо, что она сидела, иначе неизбежно упала бы в обморок. На этот раз перед ней уже не статья в журнале, а хорошенькая белокурая полуангличанка-полуполячка, чьи голубые глаза не выражают ни малейшей неприязни, а напротив, ищут в ней благодарного слушателя. Стелла, скорее всего, не придаёт значения тому, что Роза тоже полукровка. Она привыкла думать о ней как о сильной колдунье, любимой ученице своей мамы, как о леди Малфой, наконец. Да и нет у Стеллы никаких претензий к маглам — простое нежелание с ними общаться, не более того. Кто-то не любит, когда говорят слишком громко, а кому-то скучно в мире без чудес. Всё нормально…
— Что-то не так, Роза? — Стелла участливо дотронулась до её плеча, заставляя Розу вынырнуть из водоворота сбивчивых мыслей. — Ты себя плохо чувствуешь?
— Нет-нет, ничего, — Роза попыталась улыбнуться. — Наверное, просто устала. Надо пойти домой и выпить общеукрепляющее.
— Только сделай перед этим тест на грипп, а то мало ли что, — посоветовала Стелла. — Трансгрессируешь или мне тебя через камин отправить? — голубые глаза светились участием и лёгкой тревогой, искренним желанием быть полезной.
— Лучше через камин, — кивнула Роза, удивляясь тому, насколько заботливой может быть эта женщина, которая только что, походя, чисто из соображений статистики, приравняла её родственников со стороны матери к шизофреникам.
Вернувшись домой, Роза, даже не поужинав (несмотря на неодобрительные вздохи пожилого домовика, ворчавшего, что «хозяйка совсем себя не бережёт»), заперлась в кабинете и занялась отчётностью. Прогноз выглядел вполне оптимистичным, котировки росли. В преддверии запуска новой серии колдохирургического оборудования, заказчики активизировались, как никогда… Рудольф даже заметил, что им придётся сделать дополнительный набор персонала, чтобы покрыть спрос… Отлично. Роза отложила расчёты по «Уизли Кеир» и занялась«Алхимией». Здесь всё выглядело не столь блестяще: последняя коллекция не имела особого успеха. Кажется, в «Ведьмином досуге» по этому поводу написали, что медицина убивает в Скорпиусе модельера…
Скорпиус. Роза вздохнула и посмотрела на часы. Время тянулось медленно, а смысл цифр, лежащих перед ней, уже улавливался с трудом. Тишина, проклятая звенящая в ушах тишина не давала сосредоточиться на работе. Никогда раньше не замечала, как громко скрипит перо… Назло себе громко хлопнув ящиком, Роза отперла другой отдел секретера, чтобы взять оттуда новый лист пергамента.
Страница 69 из 104
