Фандом: Самая плохая ведьма. Продолжение фанфика Инферно. Наступило лето, и школа Кэкл уже готовится к выпуску старшеклассниц. Но призраки того ужасного вечера не оставляют академию Кэкл в покое. Происходит что-то страшное. Девятый круг ада не хочет просто так отпускать намеченную жертву…
Добавить в моё избранное
229 мин, 29 сек 4052
Девушка не знала, что ей делать, но у нее было ужасное чувство, что Тони, книга и письмо в некотором роде были как-то связаны. Если бы только она могла понять, как…
Сама же Констанс была такой же резкой, как и раньше, колючей и самостоятельной. Она тоже избегала говорить об обстоятельствах, которые привели ночью двух старших ведьм в ее комнату.
Краем глаза Амелия увидела, как ее заместительница добавляет в свой чай бодрящее зелье. Директриса догадалась, что Констанс больше не пыталась спать, после того, как они ночью разбудили ее.
— Дамы, — начала директриса, больше не в состоянии откладывать неизбежное. — Я полагаю, теперь вы обе осознаете, в какую ситуацию мы попали. — Констанс почти незаметно напряглась, покачала в руках свою чашку, а затем поставила ее на стол и сцепила руки на коленях. — Возможно, это даже хорошо, что Имоджен, Фрэнк и Мария временно оставили нас. Сейчас положение дел таково, что не-магам лучше держаться подальше. — Директриса немного помолчала, собираясь с мыслями. Она не имела ни малейшего представления о том, что происходит и почему. — Дамы, что-то надвигается. Что-то не поддающееся нашему контролю. — Блуждающий взгляд Амелии остановился на окне. Небо над замком уже потемнело до цвета индиго, служа еще одним зловещим предупреждением о предстоящих событиях. С тех пор, как замок на два дня накрыл Алхимический щит, и все они находились в подвешенном состоянии до финального противостояния в девятом кругу, Амелия стала опасаться внезапной тьмы, окружающей замок, и это последнее погодное явление отнюдь не развеяло ее страхи. Констанс заметила взгляд мисс Кэкл, устремленный в окно.
— Да, когда небо в середине дня окрашивается в цвет черничного сиропа миссис Тапиоки, это явно означает что-то весьма неладное.
— Я думаю, что в любом случае не следует недооценивать силы, с которыми мы сталкиваемся, — вздохнула директриса. — Пока мы точно не знаем, что нам противостоит, хотя все обстоятельства и указывают на совершенно определенную сторону.
В дверь учительской громко постучали. Это было довольно необычно, и такой стук нельзя было игнорировать даже в середине важного совещания.
— Войдите, — разрешила директриса, и в учительскую буквально ввалились пять младших ведьм.
— Милдред Хаббл, Мод Муншайн, Энид Найтшайд! — сердито воскликнула Констанс. В стрессовых обстоятельствах ее вспыльчивость заметно повышалась. — Почему вы одеты не в школьную форму? Фенелла? Гризельда? А вы здесь откуда? Объяснитесь!
— Это срочно, мисс Хардбрум, — сказала Милдред, пытаясь отдышаться. Она протянула учительнице черный конверт с серебряной надписью. — Мы думаем, что это адресовано вам.
Констанс осторожно взяла письмо, прочитала надпись на конверте и развернула.
— Я нашла его в моей комнате сегодня утром, — продолжала Милдред, — и отнесла Делии Шпиндер, чтобы она помогла с переводом. — Девочка немного помолчала. — Это латинский язык. Вы можете прочитать его, мисс?
Констанс кивнула, опускаясь обратно на свой стул, читая письмо. Ее глаза бегали взад-вперед по бумаге. Она перечитала текст дважды, прежде чем положить письмо на стол. В комнате повисло напряженное молчание.
— Мисс Хардбрум? — робко рискнула Мод.
Сердце Амелии быстро забилось, когда она заметила, что лицо ее заместительницы побледнело даже больше обычного. Когда она оторвалась от письма и оглядела присутствующих, директриса увидела в глазах Констанс неподдельный страх. Такой страх своей заместительницы она видела только два раза. Один раз, когда школу с инспекцией намеревалась посетить Хекети Метла, и второй — в глубине девятого круга, когда Дьявол появился позади нее и неожиданно схватил. Тогда лицо Констанс врезалось ей в память. То, что всегда собранная и бесстрашная учительница зельеварения боится, настолько поразило Амелию, что ее собственные страхи десятикратно усилились.
— Констанс, — предупреждающе сказала Амелия. Оба раза, когда ее заместительницу терзал подобного рода страх, она становилась непредсказуемой, и директриса нервничала, так как не могла предвидеть ее следующий ход. И хотя Амелия прекрасно знала, что Констанс вряд ли поддастся импульсу и сделает какую-нибудь глупость, ее беспокоило то, что ее заместительница может сделать в состоянии душевных терзаний.
Глава 6
Амелия оглядела собравшихся в учительской людей и с замиранием сердца поняла, как плохо подготовлена к очередной катастрофе. Имоджен в то утро уехала, получив телеграмму от своей тети, которая была больна и нуждалась в ком-то, кто мог бы ухаживать за ней. Имоджен, будучи единственным оставшимся в живых родственником, вынуждена была отправиться в путь. Мистер Блоссом и миссис Тапиока (ныне миссис Блоссом, или миссис Т-Б, как называли повариху студенты) все еще находились в Риме после длинных выходных. В школе остались только Давина и Констанс. Давина старалась тактично не упоминать о вчерашних событиях, но Амелия видела обеспокоенные взгляды, которые та бросала на Констанс.Сама же Констанс была такой же резкой, как и раньше, колючей и самостоятельной. Она тоже избегала говорить об обстоятельствах, которые привели ночью двух старших ведьм в ее комнату.
Краем глаза Амелия увидела, как ее заместительница добавляет в свой чай бодрящее зелье. Директриса догадалась, что Констанс больше не пыталась спать, после того, как они ночью разбудили ее.
— Дамы, — начала директриса, больше не в состоянии откладывать неизбежное. — Я полагаю, теперь вы обе осознаете, в какую ситуацию мы попали. — Констанс почти незаметно напряглась, покачала в руках свою чашку, а затем поставила ее на стол и сцепила руки на коленях. — Возможно, это даже хорошо, что Имоджен, Фрэнк и Мария временно оставили нас. Сейчас положение дел таково, что не-магам лучше держаться подальше. — Директриса немного помолчала, собираясь с мыслями. Она не имела ни малейшего представления о том, что происходит и почему. — Дамы, что-то надвигается. Что-то не поддающееся нашему контролю. — Блуждающий взгляд Амелии остановился на окне. Небо над замком уже потемнело до цвета индиго, служа еще одним зловещим предупреждением о предстоящих событиях. С тех пор, как замок на два дня накрыл Алхимический щит, и все они находились в подвешенном состоянии до финального противостояния в девятом кругу, Амелия стала опасаться внезапной тьмы, окружающей замок, и это последнее погодное явление отнюдь не развеяло ее страхи. Констанс заметила взгляд мисс Кэкл, устремленный в окно.
— Да, когда небо в середине дня окрашивается в цвет черничного сиропа миссис Тапиоки, это явно означает что-то весьма неладное.
— Я думаю, что в любом случае не следует недооценивать силы, с которыми мы сталкиваемся, — вздохнула директриса. — Пока мы точно не знаем, что нам противостоит, хотя все обстоятельства и указывают на совершенно определенную сторону.
В дверь учительской громко постучали. Это было довольно необычно, и такой стук нельзя было игнорировать даже в середине важного совещания.
— Войдите, — разрешила директриса, и в учительскую буквально ввалились пять младших ведьм.
— Милдред Хаббл, Мод Муншайн, Энид Найтшайд! — сердито воскликнула Констанс. В стрессовых обстоятельствах ее вспыльчивость заметно повышалась. — Почему вы одеты не в школьную форму? Фенелла? Гризельда? А вы здесь откуда? Объяснитесь!
— Это срочно, мисс Хардбрум, — сказала Милдред, пытаясь отдышаться. Она протянула учительнице черный конверт с серебряной надписью. — Мы думаем, что это адресовано вам.
Констанс осторожно взяла письмо, прочитала надпись на конверте и развернула.
— Я нашла его в моей комнате сегодня утром, — продолжала Милдред, — и отнесла Делии Шпиндер, чтобы она помогла с переводом. — Девочка немного помолчала. — Это латинский язык. Вы можете прочитать его, мисс?
Констанс кивнула, опускаясь обратно на свой стул, читая письмо. Ее глаза бегали взад-вперед по бумаге. Она перечитала текст дважды, прежде чем положить письмо на стол. В комнате повисло напряженное молчание.
— Мисс Хардбрум? — робко рискнула Мод.
Сердце Амелии быстро забилось, когда она заметила, что лицо ее заместительницы побледнело даже больше обычного. Когда она оторвалась от письма и оглядела присутствующих, директриса увидела в глазах Констанс неподдельный страх. Такой страх своей заместительницы она видела только два раза. Один раз, когда школу с инспекцией намеревалась посетить Хекети Метла, и второй — в глубине девятого круга, когда Дьявол появился позади нее и неожиданно схватил. Тогда лицо Констанс врезалось ей в память. То, что всегда собранная и бесстрашная учительница зельеварения боится, настолько поразило Амелию, что ее собственные страхи десятикратно усилились.
— Констанс, — предупреждающе сказала Амелия. Оба раза, когда ее заместительницу терзал подобного рода страх, она становилась непредсказуемой, и директриса нервничала, так как не могла предвидеть ее следующий ход. И хотя Амелия прекрасно знала, что Констанс вряд ли поддастся импульсу и сделает какую-нибудь глупость, ее беспокоило то, что ее заместительница может сделать в состоянии душевных терзаний.
Страница 12 из 64
