Просто друзья?

Гарри не представлял, что должен сделать. Он видел лицо девушки, на котором смешались стыд, страх и отвращение. Но слова, которые выкрикивал Малфой до того, как он ворвался в кабинет, не давали ему двинуться с места.

Хотела, чтобы я отодрал тебя как следует, тогда кричи!

Пауза затянулась. Гарри посмотрел на Джинни — по ее щекам струились слезы, но на лице больше не было ни страха, ни стыда. Только злость.

— Джинни, что ты делаешь?

— Какого хера тебе надо, Гарри? — зло выплюнула она, приподнимаясь на руках и демонстрируя ему свою красивую грудь. Рука Малфоя, до этого лежащая на заднице девушки, мгновенно сжала один из сосков. Джинни картинно выгнулась и застонала. Неестественно громко.

— Если хочешь присоединиться, очкарик, максимум что я позволю тебе делать, так это облизать мой член, после того, как я кончу, — Малфой мерзко улыбался, грубо сжимая грудь Джинни. Гарри скривился. Эта сцена была так отвратительна, так неестественна, что он даже порадовался отсутствию аппетита за ужином, потому что иначе его бы уже вырвало.

Он на секунду закрыл глаза, потом снова посмотрел на замершую полуголую парочку напротив себя.

— Господи, Джинни, какая же ты дура, — устало пробормотал он. В следующую секунду девушка скинула с себя руки слизеринца и резко поднялась, отскакивая от него. Малфой охнул от неожиданности, его возбужденный, блестящий от смазки член вырвался из влагалища Джинни с неприличным чмоком. Она же подскочила к Гарри и залепила ему звонкую пощечину.

— Пошел ты, ублюдок, ПОШЕЛ ТЫ! Это все из-за тебя, ненавижу, сука, как же я ненавижу тебя!

Гарри на миг опешил, чувствуя, как пылает щека. В этот момент Джинни размахнулась еще раз, но он успел перехватить тонкое запястье. Малфой, воспользовавшись разборкой, уже успел натянуть на себя брюки и сейчас обходил гриффиндорцев по другому проходу между партами. Где-то на краю сознания трепыхнулась мысль о том, что сученка нужно остановить, но сейчас Гарри было не до него. Он пытался удержать Джинни, выворачивающую руку из его пальцев. Второй рукой она била его по груди. Не то чтобы это было больно, но Гарри перехватил и ее. Джинни собиралась пнуть его между ног, но Гарри увернулся, перекидывая оба тоненьких запястья в одну ладонь, а второй хватая рыдающую девушку за лицо.

— Успокойся! — прорычал он, стараясь не причинять ей боли. Джинни завертела головой, но через секунду сдалась, обессилено уткнувшись Гарри в плечо. Его это немного смутило. Неуверенно приобняв голую спину, он позволил ей прижаться к себе сильнее. Их рук коснулись мягкие обнаженные груди Джинни и это отдалось едва заметным уколом в животе. Гарри сильнее сжал зубы.

— Ты действительно сама позволила Малфою… сделать это?

Джинни резко отстранилась, зло глядя ему в лицо.

— Ох, да скажи ты уже это! Да, я сама попросила его выебать меня! — она с силой дернула руки, вырывая их из ладони Гарри. — Я же сказала, ты не единственный парень в этой долбанной школе!

— Зачем, Джинни? — Гарри беспомощно наблюдал за тем, как девушка собирает разбросанные вокруг вещи, лишь с третьей попытки натягивает лифчик, рывком накидывает на себя блузку.

Услышав его вопрос она остановилась, издала звук, похожий ни то на стон, ни то на вой, и посмотрела на Гарри как на последнего дебила.

— Подумай, подумай своей башкой! Зачем бы я стала трахаться с гребанным Малфоем в незапертом кабинете, зная, что скоро ты придешь сюда отбывать гребанное наказание?!

Гарри шумно сглотнул. Его оглушило понимание того, как далеко может зайти девушка в желании… Насолить ему? Задеть? Чего она добивалась? Хотела унизить его? Продемонстрировать ему, что он должен был с ней делать, когда она так развратно предлагала себя? Ему стало мерзко, так мерзко… Он вдруг понял, что ему противно смотреть на Джинни, которая как последняя шлюха раздвинула ноги перед их главным недругом, лишь бы отомстить Гарри… за что? За то, что он не хочет ее?

Как-же-это-блять-мерзко!

В это время Джинни отыскала свои трусики и натянула их. Ну надо же, сегодня она хотя бы одела трусы. Гарри отвернулся. Он уже жалел о том, что вошел, остановил это. Нужно было дать им закончить, нужно было уйти, возможно тогда он не чувствовал бы, как его горло сжимает отвращение. Сейчас ему хотелось убраться отсюда и больше никогда не смотреть на нее. Но было кое-что, вдруг всплывшее в памяти и расшевелившее в его груди беспокойство.

— Почему сегодня за обедом Гермиона жалела тебя, что ты ей сказала? — он смотрел в спину девушки, которая замерла, перестав застегивать пуговицы на блузке. Она не отвечала и не поворачивалась. Против воли Гарри сделал шаг к ней.

— Ответь мне, что ты сказала ей? — он чувствовал, как где-то внутри зарождается знакомая ярость. Джинни шумно вздохнула.

— Я сказала ей… Сказала «Мне кажется, Гарри никогда не посмотрит на меня, как на девушку».