Фандом: Гарри Поттер. Все мы знаем Поттера, как спасителя магического мира и героя-одиночку. Но почему-то напрочь забываем о том, что он, в первую очередь, подросток со своими переживаниями и желаниями. Что, если совершенно внезапно одним из таких вот его желаний стала лучшая подруга? И сможет ли подростковая похоть, порожденная разбушевавшимися гормонами, перерасти в нечто большее?
Добавить в моё избранное
404 мин, 12 сек 15656
Видимо нескольких недель размолвки было недостаточно, чтобы люди вокруг привыкли к тому, что закадычные друзья таковыми больше не являются. Он собирался уже отправиться в замок, когда заметил выходящего из главных ворот Рона.
Завидев Гарри, тот замер. Поттер последовал его примеру. Лаванда же, кажется, совершенно не заметила этой немой напряженной сцены. Она радостно помахала, привлекая внимание Рона.
— Вот ты где, а я тебя ищу! Скоро в «Трех метлах» все места позанимают! — она сделала пару шагов к Уизли, когда наконец-то соизволила обратить внимание на его хмурый вид. — Рон, ты чего?
Он резко дернул плечом, как будто включился. С трудом отвел взгляд от Гарри и выдал что-то отдаленно напоминающее улыбку.
— Ничего. Идем? — к огромному удивлению Гарри, он шагнул навстречу Лаванде и, хоть и весьма неуклюже, но все же подставил ей локоть, в который Браун тут же вцепилась мертвой хваткой. Гарри проводил этот жест недоверчивым взглядом.
Что, вашу мать, происходит? Рон идет в Хогсмид с Лавандой? Рон, несколько лет страдавший по Грейнджер и несколько дней назад устроивший ему истерику по поводу непонятных отношений Гарри и Гермионы? Быстро же он утешился.
Судя по напряженной спине, по дерганым движениям и явно подавляемому желанию обернуться, Рон нервничал. Он явно не ожидал, что столкнется со свидетелем их с Лавандой… свидания? Да еще и с таким свидетелем.
Гарри понадобилось еще несколько секунд, чтобы оторвать взгляд от удаляющейся парочки и отправиться в замок. В нем, словно свора собак, грызлись противоречивые чувства. Недоумение по поводу увиденного. Недоверие. О да, недоверие! Он не мог поверить, что Рон вот так легко пригласил Лаванду на свидание, а она не только согласилась, но еще и расфуфырилась для него! И еще что-то… Кажется, радость.
Да, медленно, но верно его грудную клетку наполняла густая теплая радость. Рон не станет бороться за Гермиону, не станет мешать Гарри, не станет…
Действительность с размаху отвесила ему звонкую чувствительную оплеуху.
Очнись, Поттер! Дело вовсе не в Роне! Дело в Гермионе, которая не хочет тебя!
Неприятный холодок прокатился по горлу, растекся в желудке. Какой смысл радоваться факту отступления Уизли, если это не изменит странных, раздражающих, убивающих, блять, метаний Гермионы? Сжираемый отчаянием и как обычно внезапно навалившейся апатией, Гарри и не заметил, как на автомате добрался до портрета Полной дамы.
Пожалуйста, пусть в гостиной будет пусто, пусть в этой гребанной гостиной не будет ни одного человека!
Мольбам не суждено было сбыться. Да и с чего это Гарри взял, что судьба освободит для него целую гостиную? Хрен тебе, Поттер! Если хочешь, можешь потусоваться в обществе малолеток, которым не разрешается ходить в Хогсмид.
Окинув злым взглядом кучки хихикающих младшекурсников, Гарри поплелся в спальню. Спасибо, хоть здесь ни души: даже Невилл, обычно прогуливающий походы в магическую деревню, куда-то подевался.
Закинув метлу под кровать, Гарри упал на жесткий школьный матрас, не снимая обуви и очков. Что же ему делать со всем этим дерьмом? Где найти укрытие от душевных и физических мучений? Перенять тактику Грейнджер, шарахаться от нее по углам и робко дрочить в душевой? Великолепная перспектива…
Наверное, лучше и правда поддаться Джинни… И насрать, как это будет выглядеть… Она так обрадуется, что кинется Гарри на шею и трахнет его на месте… И пусть это мерзко и так в духе Малфоя… Но это лучше, чем дрочить до старости… определенно лучше… Чертова Гермиона…
Морфей грубо вытолкнул Гарри из своего царства, поэтому проснулся он своим излюблеенным способом — рывком. Комната была укутана теплым светом, предвещающим скорое наступление вечера. Гарри поднялся, ощущая боль в висках. На часах — около шести вечера, скоро ужин. А значит скоро студенты вернуться из Хогсмида. Перед глазами немедленно всплыл образ размалеванной Лаванды и напряженного Рона. Когда он столкнулся с ними? Позавчера?
Голова, тяжелая со сна, неприятно пульсировала. Надо найти остатки снадобья мадам Помфри, иначе можно свихнуться. Роясь в чемодане, Гарри стал припоминать, что ему снилось. Кажется, он оказался в медпункте, где вместо строгой школьной медсестры его встретила Джинни. Одета она была в свою треклятую гиперкороткую юбочку и белую блузку, наподобие тех, что так любила Гермиона. Она заявила, что Гарри нужно отрезать руку, чтобы он не избивал студентов и не дрочил. От этого сна, восстановленного в памяти, а также мыслей, с которыми он в этот сон провалился, стало гадко на душе.
Лучшее, что можно сейчас сделать, — это спуститься в Большой зал, поужинать, а потом постараться… нет! Определенно сесть за уроки. Порадовавшись лаконичности своих планов на вечер, Гарри влил в рот зелье от головной боли и шагнул к выходу из спальни. В этот момент на лестнице раздались шаги, подзвученные хихиканьем.
Завидев Гарри, тот замер. Поттер последовал его примеру. Лаванда же, кажется, совершенно не заметила этой немой напряженной сцены. Она радостно помахала, привлекая внимание Рона.
— Вот ты где, а я тебя ищу! Скоро в «Трех метлах» все места позанимают! — она сделала пару шагов к Уизли, когда наконец-то соизволила обратить внимание на его хмурый вид. — Рон, ты чего?
Он резко дернул плечом, как будто включился. С трудом отвел взгляд от Гарри и выдал что-то отдаленно напоминающее улыбку.
— Ничего. Идем? — к огромному удивлению Гарри, он шагнул навстречу Лаванде и, хоть и весьма неуклюже, но все же подставил ей локоть, в который Браун тут же вцепилась мертвой хваткой. Гарри проводил этот жест недоверчивым взглядом.
Что, вашу мать, происходит? Рон идет в Хогсмид с Лавандой? Рон, несколько лет страдавший по Грейнджер и несколько дней назад устроивший ему истерику по поводу непонятных отношений Гарри и Гермионы? Быстро же он утешился.
Судя по напряженной спине, по дерганым движениям и явно подавляемому желанию обернуться, Рон нервничал. Он явно не ожидал, что столкнется со свидетелем их с Лавандой… свидания? Да еще и с таким свидетелем.
Гарри понадобилось еще несколько секунд, чтобы оторвать взгляд от удаляющейся парочки и отправиться в замок. В нем, словно свора собак, грызлись противоречивые чувства. Недоумение по поводу увиденного. Недоверие. О да, недоверие! Он не мог поверить, что Рон вот так легко пригласил Лаванду на свидание, а она не только согласилась, но еще и расфуфырилась для него! И еще что-то… Кажется, радость.
Да, медленно, но верно его грудную клетку наполняла густая теплая радость. Рон не станет бороться за Гермиону, не станет мешать Гарри, не станет…
Действительность с размаху отвесила ему звонкую чувствительную оплеуху.
Очнись, Поттер! Дело вовсе не в Роне! Дело в Гермионе, которая не хочет тебя!
Неприятный холодок прокатился по горлу, растекся в желудке. Какой смысл радоваться факту отступления Уизли, если это не изменит странных, раздражающих, убивающих, блять, метаний Гермионы? Сжираемый отчаянием и как обычно внезапно навалившейся апатией, Гарри и не заметил, как на автомате добрался до портрета Полной дамы.
Пожалуйста, пусть в гостиной будет пусто, пусть в этой гребанной гостиной не будет ни одного человека!
Мольбам не суждено было сбыться. Да и с чего это Гарри взял, что судьба освободит для него целую гостиную? Хрен тебе, Поттер! Если хочешь, можешь потусоваться в обществе малолеток, которым не разрешается ходить в Хогсмид.
Окинув злым взглядом кучки хихикающих младшекурсников, Гарри поплелся в спальню. Спасибо, хоть здесь ни души: даже Невилл, обычно прогуливающий походы в магическую деревню, куда-то подевался.
Закинув метлу под кровать, Гарри упал на жесткий школьный матрас, не снимая обуви и очков. Что же ему делать со всем этим дерьмом? Где найти укрытие от душевных и физических мучений? Перенять тактику Грейнджер, шарахаться от нее по углам и робко дрочить в душевой? Великолепная перспектива…
Наверное, лучше и правда поддаться Джинни… И насрать, как это будет выглядеть… Она так обрадуется, что кинется Гарри на шею и трахнет его на месте… И пусть это мерзко и так в духе Малфоя… Но это лучше, чем дрочить до старости… определенно лучше… Чертова Гермиона…
Морфей грубо вытолкнул Гарри из своего царства, поэтому проснулся он своим излюблеенным способом — рывком. Комната была укутана теплым светом, предвещающим скорое наступление вечера. Гарри поднялся, ощущая боль в висках. На часах — около шести вечера, скоро ужин. А значит скоро студенты вернуться из Хогсмида. Перед глазами немедленно всплыл образ размалеванной Лаванды и напряженного Рона. Когда он столкнулся с ними? Позавчера?
Голова, тяжелая со сна, неприятно пульсировала. Надо найти остатки снадобья мадам Помфри, иначе можно свихнуться. Роясь в чемодане, Гарри стал припоминать, что ему снилось. Кажется, он оказался в медпункте, где вместо строгой школьной медсестры его встретила Джинни. Одета она была в свою треклятую гиперкороткую юбочку и белую блузку, наподобие тех, что так любила Гермиона. Она заявила, что Гарри нужно отрезать руку, чтобы он не избивал студентов и не дрочил. От этого сна, восстановленного в памяти, а также мыслей, с которыми он в этот сон провалился, стало гадко на душе.
Лучшее, что можно сейчас сделать, — это спуститься в Большой зал, поужинать, а потом постараться… нет! Определенно сесть за уроки. Порадовавшись лаконичности своих планов на вечер, Гарри влил в рот зелье от головной боли и шагнул к выходу из спальни. В этот момент на лестнице раздались шаги, подзвученные хихиканьем.
Страница 75 из 112
