Четверг, 12-е

0 — Холмс стреляет в Холмса

— Это я привел Мориарти, — говорит Майкрофт, и это его последний аргумент, куда более весомый, чем нелепая актерская игра и попытки убедить Шерлока в том, кого же он должен сейчас застрелить.

Где-то на периферии зрения прямоугольник экрана и заключенная в нем Эвр, ее камера находится ровно напротив лица, и кажется, словно это не монитор, а окно, в которое она — гигантская — с научным интересом вглядывается.

— Рождественский подарок, — Майкрофту трудно признаваться, но он уже все решил. Слова подобраны тщательно, нанизаны на нитку предложения, Майкрофт — истинный политик, у него это получается механически, неосознанно. Идеальный солдат теневого фронта. — Пятиминутное общение с Джимом Мориарти. Пять лет назад.

С каждым новым потрясением, которых сегодня в Шерринфорде предостаточно, Шерлоку все труднее держать при себе эмоции. Руки все еще саднят из-за того, как он разгромил заготовленный для Молли Хупер гроб, но спокойствие и отрешенность, которую Холмс приобрел таким нетривиальным способом, неспособны противиться открывающейся правде.

— О чем они разговаривали?

Голос еще звучит нормально, и Шерлок продолжает держать пистолет направленным в грудь брату, потому что знает: стоит опустить его, как Эвр придумает еще какой-то «эмоциональный контекст» и заметно все усложнит. Играя по ее правилам, Шерлок чувствует, как предает самого себя, и брата с другом впридачу, но выхода пока что не видит.

Майкрофт молчит; Шерлоку все понятно. Даже Джон по этой тишине догадывается, и старшему Холмсу уже вовсе не обязательно объяснять.

— Пятиминутное общение… без наблюдения.

Шерлок закрывает глаза. Его гениальный брат тоже делает ошибки, ими пользуются те, кто не менее умен — Эвр и Джим. Вот это тандем! И Мориарти даже виду не подал… ни единого намека…

Вспыхивает под веками — были, были намеки, просто Шерлок не осознавал, ведь даже не догадывался о том, что где-то существует его сестрица. Джим Мориарти играл с ним, как кот со слепым мышонком, и точно так же Эвр теперь играет.

Да уж, за такие ошибки Майкрофта стоило бы прикончить, голыми руками задушить, но это лишь в теории. Загвоздка в практике: в магазине один патрон, и брат сам выбирает смерть, но Шерлок медлит. Сомневается. Не может. Тот самый Шерлок, который совсем недавно стрелял в человека, тот самый, который легко убил бы и управляющего тюрьмой — Дэвида — тоже. Эвр — хороший психолог, она отлично знает, какое задание кому поручить.

— Прощай, мой маленький брат, — подталкивает его Майкрофт, и детектив перебирает повлажневшими пальцами по рукояти, целится, подтверждая выбор.

Эвр даже не моргает. Она вся поглощена происходящим.

— Джим Мориарти знал, что ты сделаешь этот выбор, — поет она таким голосом, как будто все происходящее в порядке вещей. — Он был так взволнован.

Эвр щелкает пультом — вот и «контекст», — и лампа вспыхивает красным, а на экране снова Джим. Снова его темные глаза, инфернальный абрис лица, по которому невозможно определить возраст. Когда это записано? Пять лет тому? За день до смерти?

— Вот мы где… — знакомый голос пропитан обреченностью и равнодушием, той смесью двух эмоций, которая бывает в книгах, когда читателю нестерпимо жаль, но он понимает, что ничего не может изменить. — В конце пути. Холмс стреляет в Холмса…

Свет меняется, Шерлок моргает раз, другой, пока не убеждается, что слез не будет. Их не должно быть — такого одолжения для Эвр он не сделает.

Они все и так слишком долго шли у нее на поводу.

— Пять минут, — с горечью говорит он, глядя на брата, готового умереть за свои промахи. — Ей понадобилось всего пять минут, чтобы убить в нас людей.

Следующие две секунды и Шерлок, и Майкрофт, и Эвр, и даже Джон уверены, что раздастся выстрел, пока детектив не опускает руку, чтобы перехватить пистолет иначе.

— Только не в мою смену.

Контроль эмоций. Шерлок смотрит сквозь пространство, руки движутся сами по себе, где-то на фоне уже закадровый голос Эвр, спрашивающей, что же он делает. Вот теперь Шерлок узнает сестру, узнает маленькую девочку, которая не понимает: что ты делаешь? Нет, Шерлок, нет!

Пистолет становится невыносимо тяжелым, так что приходится схватить его двумя руками, прежде чем холодное дуло упирается в подбородок. Холмс стреляет в Холмса. Шерлок говорит:

— Десять.

На сером мониторе Эвр повторяет «Нет», на алом — Джим. Не стоп-кадр, а его лицо, его глаза, теперь не выедающие душу, а смотрящие чуть ниже, будто целясь в горло. Шерлок не видит Джима, но замечает алое вкрапление.

— Девять.

Они все собрались тут, чтоб посмотреть. Майкрофт, испуганный Джон, и Эвр, пытающаяся понять, в какой миг все пошло мимо ее плана, и молчаливый Мориарти, дьявол в алом пламени.

Восемь. Эвр, фон для этого отсчета, начинает волноваться.