Подарок

Глава без названия

Вчера они напились почти до бесчувствия. Вальдес впервые видел, как Олаф, раньше крайне воздержанный к вину, довел себя до злого и тяжкого опьянения. Еще утром того же дня он был старшим офицером межзвездного флота, капитаном и лучшим пилотом. Таких, как он, были единицы — сам Его Величество посвятил дриксенского простолюдина в рыцари Межзвездного пространства. Эти избранные видели доступное немногим — флот был своеобразным анклавом Талига, занимался изучением космических путей и, будучи номинально на службе короля, официально мог не подчиняться ни королю, ни Церкви.

А теперь Кальдмеера списали. Не за провинность и даже не по здоровью — просто ему исполнилось пятьдесят. По законам Корпорации покорителей межзвездного пространства — слишком много для пилота и капитана, как бы он ни был хорош.

… Звездная эскадра взмывала в небо, а он оставался ждать… Маэстро Ротгер Вальдес, скрипач, знаменитый композитор и Ледяной Олаф, как прозвали его «звездные» офицеры, удивительно хорошо понимали друг друга, хотя отличались, как две противоположности. Кальдмеер давно уже жил в Талиге, но будучи родом из Дриксен, часто напевал незнакомые северные мотивы, а Ротгер тихонько подыгрывал ему на скрипке. У Олафа был хороший слух и он прекрасно чувствовал музыку. Потом Вальдес превращал эти мелодии в новые партитуры и первым, кто их слышал, был он, Олавио. Кальдмеер рассказывал ему о звездном пространстве, кометах и астероидах, а Ротгер закрывал глаза и играл, перекладывая его слова на музыку. Олаф слушал и говорил, что очень похоже.

… А еще у Ротгера были они. В Хексберг их называли ведьмами или духами. Однажды, в юности, Вальдес забрел на гору, там были девять прекрасных существ с чаячьими крыльями. Они говорили на незнакомом наречии, но юноша убедился, что понимает их. Они кружили его в танце и это было прекрасно. Он приносил им жемчуг в подарок. Иногда Ротгер брал с собой и Олафа — правда, тот смотрел на это, как на забаву. Ведьмы целовали Олавио в высокий бледный лоб, прикасались к светлым волосам, смеялись и говорили, что он красивый, но холодный. Вальдес не соглашался — Олаф вовсе не был холодным, просто он не знал их языка и не мог говорить с ними. Духи умеют воплощать в жизнь любую мечту, но Ротгер никогда ни о чем их не просил. Ему было достаточно того, что есть.

И вот теперь для Олафа время остановилось. Он больше не будет летать.

Утром у него страшно болела голова, и Ротгер старался двигаться потише, не играл на скрипке. Впрочем, скрипка была не при чем. Кальдмеера убивало совсем другое. Он больше не смеялся, не пел и ничего не рассказывал. Да и что рассказывать, если видишь звезды только с земли? Вальдеса пугали неотступные головные боли, терзающие Олафа. Бывший пилот не жаловался, просто прикрывал глаза и по много раз на дню сжимал руками лоб и виски, точно пытаясь выдавить боль. Ротгер готовил ему компрессы с ароматическим маслом, делал массаж — под его руками Олаф ненадолго расслаблялся…

— Вам легче, Олавио?

— Да, благодарю вас, Руди — тихо отзывался Кальдмеер. А через некоторое время снова хватался за голову… Видеть это было так мучительно, что однажды Вальдес решился.

— Ты никогда не просил для себя… Можешь просить для него!

— Мы поможем!

— Мы сделаем!

— Что хочет твой друг?

— Что его обрадует?

— Хочет ли он дворец на морском берегу, где волны шумят день и ночь, и звезды глядятся в окна?

— Или уютную хижину в горах, чтобы смотреться по утрам в водопады?

— Нужны ли ему драгоценные камни, в каждой грани которых живет по маленькому солнцу?

— Или он предпочитает живые тропические цветы, и прячущихся в их чашах крошечных птичек?

— Может быть он мечтает о радуге, такой яркой, что по сравнению с ней все краски мира кажутся серыми?

— Обрадует ли его девушка, с красотой которой не сравнится и полная луна?

— Или прекрасный юноша, нежный и покорный?

— Какой подарок ты хочешь для него? Проси! Мы сделаем все, что скажешь!

— Он живет небом, он летал к звездам много раз и возвращался обратно. Его лишили неба, это несправедливо. Он мог бы летать еще много лет. Он не живет без неба.

— Так чем же мы можем помочь? Мы можем танцевать с ним, если он захочет, но никому из нас не под силу уноситься так далеко…

— Ему нужен… ему нужен корабль, на котором он будет улетать к звездам, огибать луну и возвращаться обратно… Такой, чтобы мог бороздить небесные просторы и никто не мог угнаться за ним. Такой, чтобы можно было спрятать его в облаке или туче. Такой, чтобы догонял ветер и звук и становился невидимым для чужих глаз, когда нужно. Тогда мой друг снова сможет летать к звездам и никто его не догонит. Он будет сам себе хозяин и сможет летать сколько захочет. Вот, что я хочу для него!

— Понимаешь ли ты, что просишь? Твой друг всего лишь человек!