Фандом: Ориджиналы. Вот чего не сиделось придурку? Не поперся бы тогда к Сергею домой, может и не летел сейчас в одиночестве хрен знает куда. А вот сейчас стоит Генка в туалете самолета, летящем неизвестно на какой высоте, пялится на себя в зеркало, с голосами в голове и рефлектирует, как распоследняя истеричка! Обрадовался он, растекся сопливой лужей, поверил, что в его голубом тупичке фура с пряниками перевернулась. Идиот.
Добавить в моё избранное
97 мин, 37 сек 10104
Сквозь влажную футболку явственно просвечивали затвердевшие соски да и мокрые тонкие шорты не скрывали поджавшиеся анатомические подробности.
— Подождешь? Никуда не уйдешь?
— Куда ж я денусь, — буркнул Сергей, закусывая нижнюю губу.
Чтобы не терять драгоценные минуты пока спустится лифт, парень рванул к лестнице. И перешагивая через две ступеньки, добрался до нужного этажа за несколько секунд. Скинуть одежду и промокнуть голову полотенцем много времени не заняло. Но вот что надеть на себя — заставило основательно зависнуть. Легкий озноб по коже направлял мысленные потуги в пользу спортивного костюма. Или по-домашнему? Футболку и запасные шорты, которые отлично демонстрируют загар? Но они неприлично короткие, поэтому и отлеживаются до сих пор в чемодане. «А ведь раньше меня такие вопросы не волновали», — напомнил себе Генка.
Сегодня канун Рождества, все ходят нарядно одетые, поэтому выбор пал на рубашку и джинсы, которые без вазелина не наденешь, не снимешь, но в них парень выглядел презентабельно, и, черт побери, сексуально.
Генка напоследок перед выходом тормознул около большого зеркала. Лицо красное от солнца; кожа на носу и лбу шелушится; шнобель распух; даже какое-то раздражение на щеках повылазило; глаза покраснели; волосы грязными сальными сосульками висят. Слов нет — красавец.
Даже немного расстроился. Как в таком виде показаться? Тут явно не местом на рекламном баннере пахнет. Скорее какой-то антирекламой. Потом плюнул: «Пусть увидит меня во всех ипостасях, в конце концов», — решил Генка и спустился вниз.
Смирнов нашелся в дальнем углу широкого лобби у окна. Мужчина удобно устроился в глубоком кожаном кресле, рядом на столике чашки с кофе и какими-то пирожными, к которым он не притронулся.
— О чем ты хотел поговорить? — Генка плюхнулся рядом и тоже провалился в мягкое сиденье.
— Загар тебе идет, — буркнул он комплимент в чашку, делая вид, что пьет.
— Я старался.
Сергей поставил на место кофе, развернулся вполоборота, облегченно выдохнул, собираясь с мыслями, и спросил:
— Почему ты не пришел ко мне? Не ткнул кулаком в глаз, не устроил скандал?
— Признаться, были такие мысли, но решил проблему по-взрослому, без истерик.
— То есть, вот это — «по-взрослому»? — Сергей обвел рукой, показывая холл отеля. — Вот так ты проблемы решаешь? Сбежать за тридевять земель, и гори оно все синим пламенем. А ты знаешь, что я с участковым поругался, так как он заявление не принимал о твоей пропаже? Голову сломал, не знал, как матери твоей сказать, что тебя несколько дней не видел. Все боялся, что у нее приступ случится. На работе пришлось каминг-аут устроить, потому как места себе не находил. Все больницы, морги обзвонил. Всех знакомых на уши поставил…
Смирнов разволновался, голос дрожал, глаза повлажнели, на щеках проступили красные пятна.
— Подожди. Так ты с мамой моей познакомился? — ошарашенно встрепенулся Генка.
— Естественно. А ты еще сколько лет планировал ей лапшу про однокурсниц вешать?
— Я думал, как бы ей помягче это преподнести…
— Ты иногда слишком много думаешь, а иногда слишком мало, — огрызнулся Смирнов. — Почему сейчас не задержался на пару часов и не пораскинул мозгами? Неужели все это время, что мы провели вместе, ничего для тебя не значит?
— А сам как думаешь? — слова с трудом протискиваются сквозь резко суженное горло.
— Поэтому и спрашиваю: «Почему ко мне не пришел?» Всего один звонок, и все встало бы на свои места.
— И какая твоя версия? Как ты объяснишь наличие полуголой красотки в твоей ванной?
— Тут и объяснять-то нечего. Белка всегда приезжает без предупреждения — вваливается как снег на голову с чемоданами и сумочками. Знает, что если заранее сообщит, я обязательно откажу. Мне чужие проблемы не нужны, тем более, в основном, это ее вина, когда с родными ругается, о чем я ей все время и талдычу, пока у меня живет. Хорошо, что недолго кантуется. За неделю нагуляется, потом обратно к родителям сваливает.
— Так у тебя с ней…
— У меня с ней уже сто лет ничего нет, Гена. Последний раз был, когда на развод с Янкой подал, да и тогда ничего не получилось. А сейчас я ей прямым текстом сказал, что несвободен и чтобы она территорию освободила в минимально короткие сроки. Белка не спорила, успокоилась, как показалось; сказала, что рада за меня и все такое. Я без задней мысли на работу ушел, не ожидая подвоха ни с твоей, ни с ее стороны. Вечером прихожу — в холодильнике продукты какие-то, Белка подозрительно радостно щебечет, пургу какую-то несет, до тебя не дозвониться, не докричаться. Ты представляешь, что я передумал за все это время, пока тебя со всеми собаками по городу искал?
— Догадываюсь.
— Сомневаюсь! Пока Белка не спалилась, еще долго бы голову ломал, что с тобой случилось.
— А что она сказала?
— Подождешь? Никуда не уйдешь?
— Куда ж я денусь, — буркнул Сергей, закусывая нижнюю губу.
Чтобы не терять драгоценные минуты пока спустится лифт, парень рванул к лестнице. И перешагивая через две ступеньки, добрался до нужного этажа за несколько секунд. Скинуть одежду и промокнуть голову полотенцем много времени не заняло. Но вот что надеть на себя — заставило основательно зависнуть. Легкий озноб по коже направлял мысленные потуги в пользу спортивного костюма. Или по-домашнему? Футболку и запасные шорты, которые отлично демонстрируют загар? Но они неприлично короткие, поэтому и отлеживаются до сих пор в чемодане. «А ведь раньше меня такие вопросы не волновали», — напомнил себе Генка.
Сегодня канун Рождества, все ходят нарядно одетые, поэтому выбор пал на рубашку и джинсы, которые без вазелина не наденешь, не снимешь, но в них парень выглядел презентабельно, и, черт побери, сексуально.
Генка напоследок перед выходом тормознул около большого зеркала. Лицо красное от солнца; кожа на носу и лбу шелушится; шнобель распух; даже какое-то раздражение на щеках повылазило; глаза покраснели; волосы грязными сальными сосульками висят. Слов нет — красавец.
Даже немного расстроился. Как в таком виде показаться? Тут явно не местом на рекламном баннере пахнет. Скорее какой-то антирекламой. Потом плюнул: «Пусть увидит меня во всех ипостасях, в конце концов», — решил Генка и спустился вниз.
Смирнов нашелся в дальнем углу широкого лобби у окна. Мужчина удобно устроился в глубоком кожаном кресле, рядом на столике чашки с кофе и какими-то пирожными, к которым он не притронулся.
— О чем ты хотел поговорить? — Генка плюхнулся рядом и тоже провалился в мягкое сиденье.
— Загар тебе идет, — буркнул он комплимент в чашку, делая вид, что пьет.
— Я старался.
Сергей поставил на место кофе, развернулся вполоборота, облегченно выдохнул, собираясь с мыслями, и спросил:
— Почему ты не пришел ко мне? Не ткнул кулаком в глаз, не устроил скандал?
— Признаться, были такие мысли, но решил проблему по-взрослому, без истерик.
— То есть, вот это — «по-взрослому»? — Сергей обвел рукой, показывая холл отеля. — Вот так ты проблемы решаешь? Сбежать за тридевять земель, и гори оно все синим пламенем. А ты знаешь, что я с участковым поругался, так как он заявление не принимал о твоей пропаже? Голову сломал, не знал, как матери твоей сказать, что тебя несколько дней не видел. Все боялся, что у нее приступ случится. На работе пришлось каминг-аут устроить, потому как места себе не находил. Все больницы, морги обзвонил. Всех знакомых на уши поставил…
Смирнов разволновался, голос дрожал, глаза повлажнели, на щеках проступили красные пятна.
— Подожди. Так ты с мамой моей познакомился? — ошарашенно встрепенулся Генка.
— Естественно. А ты еще сколько лет планировал ей лапшу про однокурсниц вешать?
— Я думал, как бы ей помягче это преподнести…
— Ты иногда слишком много думаешь, а иногда слишком мало, — огрызнулся Смирнов. — Почему сейчас не задержался на пару часов и не пораскинул мозгами? Неужели все это время, что мы провели вместе, ничего для тебя не значит?
— А сам как думаешь? — слова с трудом протискиваются сквозь резко суженное горло.
— Поэтому и спрашиваю: «Почему ко мне не пришел?» Всего один звонок, и все встало бы на свои места.
— И какая твоя версия? Как ты объяснишь наличие полуголой красотки в твоей ванной?
— Тут и объяснять-то нечего. Белка всегда приезжает без предупреждения — вваливается как снег на голову с чемоданами и сумочками. Знает, что если заранее сообщит, я обязательно откажу. Мне чужие проблемы не нужны, тем более, в основном, это ее вина, когда с родными ругается, о чем я ей все время и талдычу, пока у меня живет. Хорошо, что недолго кантуется. За неделю нагуляется, потом обратно к родителям сваливает.
— Так у тебя с ней…
— У меня с ней уже сто лет ничего нет, Гена. Последний раз был, когда на развод с Янкой подал, да и тогда ничего не получилось. А сейчас я ей прямым текстом сказал, что несвободен и чтобы она территорию освободила в минимально короткие сроки. Белка не спорила, успокоилась, как показалось; сказала, что рада за меня и все такое. Я без задней мысли на работу ушел, не ожидая подвоха ни с твоей, ни с ее стороны. Вечером прихожу — в холодильнике продукты какие-то, Белка подозрительно радостно щебечет, пургу какую-то несет, до тебя не дозвониться, не докричаться. Ты представляешь, что я передумал за все это время, пока тебя со всеми собаками по городу искал?
— Догадываюсь.
— Сомневаюсь! Пока Белка не спалилась, еще долго бы голову ломал, что с тобой случилось.
— А что она сказала?
Страница 25 из 28
