Фандом: Ориджиналы. Вот чего не сиделось придурку? Не поперся бы тогда к Сергею домой, может и не летел сейчас в одиночестве хрен знает куда. А вот сейчас стоит Генка в туалете самолета, летящем неизвестно на какой высоте, пялится на себя в зеркало, с голосами в голове и рефлектирует, как распоследняя истеричка! Обрадовался он, растекся сопливой лужей, поверил, что в его голубом тупичке фура с пряниками перевернулась. Идиот.
Добавить в моё избранное
97 мин, 37 сек 10088
Вообще-то Генка любил статический отдых — мог долго и плодотворно лежать, переворачиваясь с живота на спину и обратно, периодически обмакиваясь, просаливаясь в голубых волнах. Но тут словно заноза в боку застряла. Не лежится и все.
Иди, прошвырнись. Приехать в чужую страну и не полазить по местным улочкам? Это непростительно.
«Тебя не спросил. И чего ты ко мне опять прицепился?»
Может, ты по мне скучаешь, поэтому я у тебя в голове постоянно и возникаю?
Скучал Генка только один раз, когда странный посетитель пропал и больше не приходил в их кафе. Ни в утренние, ни в вечерние часы он не появлялся. Ни в Генкину, ни в другие смены.
Каждый день он высматривал высокую плотную фигуру, прислушивался к происходящему перед стойкой заказа, оглядывался по сторонам, стараясь уловить знакомые очертания. Ощущения, словно на его на сердце положили бетонную плиту, а легкие урезали в половину. А когда поймал себя на том, что в парфюмерном отделе выискивает такой же одеколон, какой был у незнакомца, понял одну простую истину — ему не хватает этого человека, ему физически надо знать, где его персональный сталкер, что с ним, куда делся, чем занят.
Тут-то парня волна паники и накрыла. Страх, что он может больше никогда не увидеть своего преследователя-охотника-хищника, сжал внутренности в один трепыхающийся комочек и заставил пересмотреть многие вещи, которые Генка не ценил до этого момента.
Может, нужно было самому подойти, познакомиться, заговорить? Мало ли какие скрытые мотивы были у мужчины, чтобы сохранять позицию стороннего наблюдателя, у Генки-то таких нет. Надо было инициативу проявить, а теперь сиди-думай, что с человеком случилось. Может, в больницу попал, или память потерял, или уехал, не попрощавшись? А может, он многодетный отец-одиночка, которому пришлось везти всех своих отпрысков на отдых? Почему-то версия, что его сталкер женат и имеет красавицу-жену, была выгнана из головы настырными пинками.
Генка никогда не замечал за собой тягу к опрометчивым поступкам. Вот и сейчас, пережив, проглотив приступ паники, решил действовать и начать свою охоту.
Поиск в соцсетях ничего не дал. Смирновых Сергеев было как собак нерезаных. И ни один не подходил под описание. Тем более, что некоторые люди, чтобы не светиться, регистрируются под какими-нибудь странными никами или именами.
Опрос на работе тоже ничего не дал. Многие видели его, но никого он не заинтересовал, ни с кем словом не обмолвился.
Словно в воду канул.
Оставалась только одна зацепка — фестиваль «ПроДвижение».
Гена, положа руку на сердце, не являлся таким уж ярым поклонником отечественной рок-индустрии, но других вариантов не было вообще. Пришлось в срочном порядке искать возможности поехать туда. Денег на поездку не было — у мамы просить не посчитал нужным, справится сам. В Интернете нашел волонтерскую службу, зарегистрировался, отправил резюме, фотографии, прошел все тесты, собеседования, в итоге напросился в ларек, продающий еду и напитки. На работе как раз подоспел первый отпуск, матери пришлось наврать про отличную возможность съездить денег заработать. Она побурчала, конечно, но согласилась. Что не сделаешь для любимого сыночка.
План найти определенного человека в многотысячной толпе был прост и сложен одновременно. Генка все просчитал: как только появится небольшой перерыв, нужно идти на информационный пункт и просить по громкоговорителю найти Смирнова Сергея, а там уже действовать по обстоятельствам. Если придут другие Смирновы — просто извиниться, сказать, что ошибся, имя-то распространенное. А вот если придет нужный Смирнов…
«Мне бы только в глаза ему посмотреть, — уговаривал себя Генка. — А там понятно будет».
Но, как обычно, все пошло не по плану. В самый первый день, обслуживая очередной заказ, парень почувствовал знакомый внутренний тремор. Он обеспокоенно обвел глазами территорию перед ларьком и застыл, боясь вздохнуть. Прямо напротив стоял Сергей и привычно таращился на него. Не давая себе время на раздумье, Гена взревел и рванул напрямую сквозь прилавок:
— Сергей! Где же вы пропадали?!
Разговора не получилось совсем. Сергей не очень-то обрадовался, увидев парня из кафешки родного города. Да еще стоящий рядом, как в последствии выяснилось, Митрич подлил масло в огонь. Завел обычную шарманку: «С такой внешностью только в модели и бла-бла-бла».
Генка попытался доказать, убедить, что он — это не только лицо-руки-ноги, но, как оказалось, зря — сложно что-либо объяснить в удаляющуюся спину.
— Тогда да. Все напрасно, — растерянно признался сам себе.
Гена развернулся, ушел обратно за прилавок, сразу же отпросился у начальника на небольшой перерыв. Выйдя в хоззону, рванул куда глаза глядят, но далеко не ушел — больно споткнулся о коробку с напитками. Парень взвыл от боли: «Да сколько ж можно?! Везде одно и то же.
Иди, прошвырнись. Приехать в чужую страну и не полазить по местным улочкам? Это непростительно.
«Тебя не спросил. И чего ты ко мне опять прицепился?»
Может, ты по мне скучаешь, поэтому я у тебя в голове постоянно и возникаю?
Скучал Генка только один раз, когда странный посетитель пропал и больше не приходил в их кафе. Ни в утренние, ни в вечерние часы он не появлялся. Ни в Генкину, ни в другие смены.
Каждый день он высматривал высокую плотную фигуру, прислушивался к происходящему перед стойкой заказа, оглядывался по сторонам, стараясь уловить знакомые очертания. Ощущения, словно на его на сердце положили бетонную плиту, а легкие урезали в половину. А когда поймал себя на том, что в парфюмерном отделе выискивает такой же одеколон, какой был у незнакомца, понял одну простую истину — ему не хватает этого человека, ему физически надо знать, где его персональный сталкер, что с ним, куда делся, чем занят.
Тут-то парня волна паники и накрыла. Страх, что он может больше никогда не увидеть своего преследователя-охотника-хищника, сжал внутренности в один трепыхающийся комочек и заставил пересмотреть многие вещи, которые Генка не ценил до этого момента.
Может, нужно было самому подойти, познакомиться, заговорить? Мало ли какие скрытые мотивы были у мужчины, чтобы сохранять позицию стороннего наблюдателя, у Генки-то таких нет. Надо было инициативу проявить, а теперь сиди-думай, что с человеком случилось. Может, в больницу попал, или память потерял, или уехал, не попрощавшись? А может, он многодетный отец-одиночка, которому пришлось везти всех своих отпрысков на отдых? Почему-то версия, что его сталкер женат и имеет красавицу-жену, была выгнана из головы настырными пинками.
Генка никогда не замечал за собой тягу к опрометчивым поступкам. Вот и сейчас, пережив, проглотив приступ паники, решил действовать и начать свою охоту.
Поиск в соцсетях ничего не дал. Смирновых Сергеев было как собак нерезаных. И ни один не подходил под описание. Тем более, что некоторые люди, чтобы не светиться, регистрируются под какими-нибудь странными никами или именами.
Опрос на работе тоже ничего не дал. Многие видели его, но никого он не заинтересовал, ни с кем словом не обмолвился.
Словно в воду канул.
Оставалась только одна зацепка — фестиваль «ПроДвижение».
Гена, положа руку на сердце, не являлся таким уж ярым поклонником отечественной рок-индустрии, но других вариантов не было вообще. Пришлось в срочном порядке искать возможности поехать туда. Денег на поездку не было — у мамы просить не посчитал нужным, справится сам. В Интернете нашел волонтерскую службу, зарегистрировался, отправил резюме, фотографии, прошел все тесты, собеседования, в итоге напросился в ларек, продающий еду и напитки. На работе как раз подоспел первый отпуск, матери пришлось наврать про отличную возможность съездить денег заработать. Она побурчала, конечно, но согласилась. Что не сделаешь для любимого сыночка.
План найти определенного человека в многотысячной толпе был прост и сложен одновременно. Генка все просчитал: как только появится небольшой перерыв, нужно идти на информационный пункт и просить по громкоговорителю найти Смирнова Сергея, а там уже действовать по обстоятельствам. Если придут другие Смирновы — просто извиниться, сказать, что ошибся, имя-то распространенное. А вот если придет нужный Смирнов…
«Мне бы только в глаза ему посмотреть, — уговаривал себя Генка. — А там понятно будет».
Но, как обычно, все пошло не по плану. В самый первый день, обслуживая очередной заказ, парень почувствовал знакомый внутренний тремор. Он обеспокоенно обвел глазами территорию перед ларьком и застыл, боясь вздохнуть. Прямо напротив стоял Сергей и привычно таращился на него. Не давая себе время на раздумье, Гена взревел и рванул напрямую сквозь прилавок:
— Сергей! Где же вы пропадали?!
Разговора не получилось совсем. Сергей не очень-то обрадовался, увидев парня из кафешки родного города. Да еще стоящий рядом, как в последствии выяснилось, Митрич подлил масло в огонь. Завел обычную шарманку: «С такой внешностью только в модели и бла-бла-бла».
Генка попытался доказать, убедить, что он — это не только лицо-руки-ноги, но, как оказалось, зря — сложно что-либо объяснить в удаляющуюся спину.
— Тогда да. Все напрасно, — растерянно признался сам себе.
Гена развернулся, ушел обратно за прилавок, сразу же отпросился у начальника на небольшой перерыв. Выйдя в хоззону, рванул куда глаза глядят, но далеко не ушел — больно споткнулся о коробку с напитками. Парень взвыл от боли: «Да сколько ж можно?! Везде одно и то же.
Страница 9 из 28
