Долог путь до Эскобара

— Оставлю в стороне боевой дух — он в компетенции политофицеров, — и соображения контршпионажа, для которого есть служба безопасности. Но стратегию блицкрига при взятии укрепленной, ожидающей потенциального удара планеты я считаю крайне неудачной. И со мной согласен Генштаб, отвергнувший этот вариант месяцем ранее. Не доверяете моей тридцатилетней профессиональной репутации, спросите у других компетентных экспертов.

Кивок в сторону Форкосигана подтвердил, кого начштаба флота имеет в виду. Форхалас рассчитывал на появление на поле боя подкрепления? Не самый удачный вариант. Иллиан сомневался, что Форратьер сейчас согласится с мнением коммодора Форкосигана по какому-либо вопросу: даже насчет того, сколько составляет дважды два.

Форратьер тщательно выдержал паузу и смерил Эйрела взглядом сверху вниз, точно не виденную им ранее диковину из кунсткамеры. Увы, его испепеляющий взгляд пропал даром — судя по виду, Форкосигана сейчас больше занимала собственная головная боль, чем чужая неделикатность. Джесу пришлось выразительно переспросить: — Ну-с, и что же скажет эксперт с бесценным комаррским опытом?

Форкосиган шагнул к комм-пульту, окинул взглядом ворох открытых страниц, поморщился, шевельнул рукой, точно желая прижать пальцы к гудящему виску, но остановив движение на полпути. Кроме Иллиана, этот жест почти никто и не заметил. — По поводу чего конкретно?

— Сложно разобраться, Эйрел? — участливо переспросил Форратьер. — Я поясню. Как командующий кампанией я предложил изменить оперативную диспозицию. Вместо затянувшейся осады взять планету ударным броском крейсерского соединения, включая все тяжелые корабли до единого. Да-да, и этот тоже: ни у кого не получится отсидеться в безопасности в тылу во время боя. Орбитальные станции мы сметем массированной атакой за первые же полчаса. А после того, как Эскобар капитулирует, их хваленый флот мы получим в качестве репарации победителям, нетронутым.

С тактикой орбитальных сражений СБшник Иллиан в последний раз имел дело еще в училище, на третьем курсе. Однако даже ему предложенный вариант показался глупостью. Но глаза у Форратьера горели маниакальным блеском, намекавшим, что командующий не желает слышать ни единого возражения против своей идеи. Пьян? Наглотался наркотиков? Ведет какую-то игру? Судорожно сжатая в руке магнитная карточка подсказывала, что от претворения нового плана в реальность вице-адмирала отделяет только должным образом зафиксированная подпись.

— Самоубийство, — констатировал Эйрел и принялся загибать пальцы: — Вероятность получить превосходящий наши силы отпор на подходе к планете достаточно велика, флот в походном положении уязвим, тылы и корабли поддержки остаются незащищенными. По сути, мы рискуем последовательно потерять все крейсера и оставить у себя только десантные корабли, которые эскобарский флот уничтожит в последующие часы. При этом оценка потерь даже по оптимистическим прогнозам неутешительна. Даже если случится чудо и мы победим — мы всего лишь победим дорогой ценой на месяц ранее запланированного срока. Вот к чему приведет это скороспелое решение. Достаточно?

— Иного я и не ждал. — Форратьер фыркнул. — Хороши у меня штабисты. Один держится за трусливую осторожность, другой за санкцией на каждый чих намерен бежать в Генштаб. Никому из вас, гениев, не приходило в голову, что первоначальный план Генштаба был только прикрытием? И что полномочий кронпринца достаточно, чтобы держать часть этого плана в тайне до определенного момента? — Голос Форратьера сорвался на крик: — И что уровень этих полномочий не предполагает каких-то колебаний у подчиненных?!

Иллиан отчетливо видел: мысль о секретном плане наступления, известном лично его высочеству (отнюдь не блиставшему репутацией опытного стратега), зато из соображений контршпионажа скрытом от его штаба, повергла обоих старших офицеров в оторопь. Форкосиган фыркнул, пробормотав себе под нос: «Это что за сказки?». У адмирала Форхаласа субординация взяла верх, и он ограничился обтекаемым:

— В таком случае я желал бы видеть письменный приказ о введение в действие нового оперативного плана, если уж не был осведомлен о его наличии заранее… по недостаточности допуска.

Форратьер широко развел руками, поцокал языком, шагнул в сторону и сделал красноречивый жест в сторону принца:

— Вот наш план. И гарант верности моих слов. Что какая-то подпись рядом с наследником престола, которого сам император поставил во главе военной кампании? — И удовлетворенно заключил: — Вы оспариваете мои слова или слово Его Императорского Высочества, Форхалас?

— На слово, милорды, верят только в карточных долгах, — неуступчиво отрезал адмирал.

Глаза Форратьера радостно засияли, словно офицеры и вправду сидели за карточным столом, и он только что сорвал банк.

— Ого, мятеж! По счастью, документально зафиксированный.