Ледяной

— будто бы удивился он и вымученно улыбнулся, словно совершенному незнакомцу. — Кхм… привет. То есть, пока, — исправился, отводя взгляд, и шагнул в сторону, пытаясь обогнуть его и явно намереваясь унести ноги.

Что-то внутри поднялось дикой злобной волной — что, опять?! — и Джеймс, схватив его за руку, резко дёрнул и развернул. Скорпиус поджал губы и потёр плечо, а затем уставился на него нечитаемым, но явно мрачным и даже почти угрожающим взглядом. И немного виноватым. Или Джеймсу показалось? Не к добру всё это.

— Малфой, что происходит? — мучимый дурным предчувствием, неуверенно произнёс он, растеряв весь запал. Злость моментально испарилась, вытесняемая непонятным страхом, охватившим сознание. Скорпиус был каким-то не таким. Совсем не таким, как обычно, будто нацепил безумное количество масок и сам растворился под ними.

Тусклые глаза смотрели вроде бы сквозь него, и Джеймс не увидел в них ни одной живой искры. Это было очень странно. И… тревожно? Ощущая всё большее беспокойство, он поспешил поскорее прервать затянувшуюся и давящую паузу.

— Скорпиус? — дрогнувшим голосом позвал он, не выдерживая и опуская глаза вниз, чтобы не видеть этого бесстрастного — на этот раз, по-настоящему, не притворно — взгляда.

Так странно ему в присутствии Скорпиуса не было очень давно. Но не должно было быть!

Сердце забилось сильнее в предчувствии катастрофы.

— А что происходит? — ровным тоном, словно машина, а не живой человек, переспросил Малфой, но в глаза при этом не смотрел.

«Он снова тот, прежний, что был пару месяцев назад, а не мой Скорпиус, которого я узнал за всё это время, — обрушилось мучительное осознание. — Он снова Ледяной».

— Ты… — Джеймс сглотнул. — Ты избегаешь меня?

Малфой помедлил секунду с ответом.

— Нет, — ответил тихо.

— Но, как же, — окончательно растерялся Джеймс. — Ты отказываешься встречаться, вечно придумываешь какие-то отговорки. — Он облизал губы и повёл плечами, не зная, что ещё сказать.

— Ты, как всегда, нелогичен, Поттер, — отозвался тот, выдернув руку из захвата и чуть вздёрнув подбородок. — Я не избегаю тебя. Я просто не буду больше с тобой встречаться. И, мне кажется, я дал это тебе понять. Если до тебя всё равно не дошло — это твои личные проблемы, — Малфой говорил так сухо и безэмоционально — даже привычной высокомерности в тоне не было, — что Джеймсу казалось, как каждое произнесённое жестокое слово будто гвоздём вбивалось в сердце, раскурочивая его в кровь. Он по-прежнему пока ничего не понимал — ни что могло произойти, ни что послужило причиной такой метаморфозы Скорпиуса. Его Скорпиуса. Буквально недавно — его, а теперь…

— Скорпи, — справляясь с паникой, как можно ласковее обратился он к Малфою, решив во что бы то ни стало добиться ответов на свои вопросы и докопаться до сути дела. — Скорпиус. Объясни мне, пожалуйста, в чём дело? Тебе кто-то что-то наговорил? Что-то случилось, о чём я не знаю? Пожалуйста, — повторил он, ощущая в собственном голосе глухую, безнадёжную мольбу. Одного взгляда на Малфоя было достаточно, чтобы понять, что она именно безнадёжна, но Джеймс упрямо продолжал настаивать на своём — по привычке.

«Может, это всё Альбус? — мелькнула отчаянная мысль. — Вдруг он узнал о нас и»… — и что? Переубедил Скорпиуса встречаться с ним? Даже в таком состоянии Джеймсу на самый крохотный миг стало смешно, правда, это, скорее, была подступающая истерика. Скорпиус Малфой — не из тех, кого можно «переубедить» хоть в чём-нибудь. Лишь ему, Джеймсу, это иногда удавалось, да и то с превеликим трудом и в очень редких случаях.

Значит, что? Малфой просто решил его бросить? Вот просто так, ни за что? Не может быть: уж ему ли не знать, как Скорпиус любит искать логику в любых словах и поступках, как не приемлет спонтанность и безответственность.

Может, тогда попытаться достучаться до Малфоя, использовав его же оружие?

— Скорпи, я не верю, что ты решил… — «что именно?» — кхм,«больше не встречаться» со мной просто так, ни с того, ни с сего. Должна же быть причина? Мне кажется, я имею право это знать.

— Причина есть, — всё тем же безжизненным, механическим голосом отозвался тот, и на мгновение почудилось, что Малфой тяжело вздохнул. — Но я тебе её озвучивать не обязан, — закончил он. — Это тебя не касается, — он повернулся, намереваясь уйти. Джеймс поспешно вцепился в его руку мёртвой хваткой, будто зная, что если тот сейчас исчезнет, так ничего и не сказав больше, то случится нечто непоправимое.

— Скорпиус, погоди, — срывающимся шёпотом начал он, отчаянно дёргая его на себя и впиваясь в губы. Целовал жадно, будто от этого зависела его жизнь… а Малфой так и не ответил. Просто стоял, не пытаясь вырываться и будто пережидая, когда же ему надоест и он отпустит его. Джеймс медленно отстранился, открывая глаза. — Скорпиус, — выдохнул потерянно. — Ну… может быть…