Дорога петляла по пригоркам и меж холмов. Узкая асфальтовая двухполоска, словно нарочно, собирала все неровности и складки рельефа. Бесконечные поля в обрамлении густых лесов и урочищ проплывали по сторонам. Солнце было в зените, но грело слабо. Облака набегали тенями по небу. Природа готовилась провожать лето…
Добавить в моё избранное
10 мин, 33 сек 4738
Взрывы или выстрелы, я не настолько специалист, чтобы сказать точно. Впрочем, сходить и проверить, что это было, решимости не хватило.
Вагончик устоял зимой, пришлось значительно доработать изначальную конструкцию. В качестве утеплителя шло всё подряд. Но главное, что мы пережили морозы.
Когда впору было готовиться к следующей зимовке, возникла проблема с топливом. Я обчистил почти каждый домик или дачную бытовку в радиусе тридцати километров, сливал бензин из брошенных машин, и это обеспечивало меня надолго. Но и этим запасам пришёл конец.
Теперь мне нужно было решиться, на что-то более серьёзное.
Для начала, машина отказалась заводиться. Сдох аккумулятор. Окончательно. Зарядить его или заменить для меня оказалось непосильной задачей. Да, я представлял, где он под капотом, как выглядит, но как его заряжать и какой искать на замену? Найти такую же модель на ходу и снять аккумулятор — глупо, не легче ли тогда искать просто новый автомобиль. Таким образом, мне предстояло отправиться с канистрой бензина за плечами неведомо куда, чтобы раздобыть не только консервы, но и машину на ходу.
На подготовку и сборы ушло немного времени.
Маршрут мало чем отличался от автомобильных рейдов — оставалось пройти вдоль шоссе, и надеяться на удачу.
Миновал первый день поиска, и нужно было готовиться к ночи. Устроиться на временный ночлег труда не составило. Я нашёл подходящее дерево и, забравшись повыше, привязал себя ремнями и верёвками к ветке, чтобы не свалиться во сне.
Ночной подлесок пах прелой листвой и сыростью, было зябко, и только безветренная погода спасала меня от окоченения. Среди обычных для такого места и времени шумов, я, вдруг, различил очень странный — стрекочущий и, вместе с тем, гулкий звук, словно кто-то бешено колотит молотком по тонкому стальному листу.
Сердце невольно сжалось. Больше всего этот звук походил на пулемётную очередь.
До утра не получилось сомкнуть глаз.
А как только рассвело, я набрался храбрости и пошёл в том направлении, откуда слышал выстрелы.
Идти было не трудно. С виду густой лес, оказался легкопроходимым. Из-за нехватки солнечного света кусты здесь не приживались. Только кривые разлапистые сосны и тонкие березы, которые вытянувшись на несколько метров вверх, смыкались непроницаемой кроной.
Как не пытайся идти тихо, под ногами будут хрустеть сухие ветки и шуршать опавшая хвоя.
Но я делал всё возможное, чтобы скрытно подобраться как можно ближе.
Собственное дыхание и биение сердца казались непростительно громкими. Волнение ослепляло, так что пару раз я чуть не свалился в разбитые дождями овражки и ямы от вырванных с корнем деревьев. Наверное, здесь прошёл ураган, но было это очень давно. Или деревья подгнивали, и земля словно выдавливала их наружу, как нечто порченное и больное.
Внезапно лес закончился. Из-за деревьев желтело поле.
Я прижался к покрытому мхом стволу берёзы и выглянул, чтобы оценить обстановку. От увиденного меня бросило в холод, ноги стали ватными, почти все эмоции пережитые в день, когда я увидел, как моя девушка стала одной из заражённых голодной чумой, вернулись вдруг и во много раз усилились.
Посреди поля бурыми пятнами крови были мечены места где, судя по всему, вчера кого-то убивали. Я подошёл ближе. Но кроме ошмётков плоти и невнятных фрагментов костей ничего не обнаружил.
— Если здесь не стреляли, то точно разделывали кого-то… — привычно озвучил самую назойливую мысль из тех, что роились в голове.
Осмотрев место побоища снова, я сделал еще несколько жутких находок. Во-первых, справа ближе к лесу были свалены в кучу отрубленные головы. Они не принадлежали ни животным и ни людям. Разумеется, это были обжоры. А во-вторых, некоторые пятна больше походили на полосы, которые оставляет тело, если его волочить по земле. Убили их за холмами, затем стащили сюда и… освежевали.
Догадка пугала не меньше, чем вид вывернутых кишок и отрубленных голов.
Не знаю почему, но я решил проследить кровавый след, уходивший от этого места, куда-то на запад за пригорок.
Во мне проснулся охотник. Любопытство перевесило инстинкт самосохранения.
На вершине холма пришлось залечь в траве. Там к полю шла просёлочная дорога, а за ней укрылась деревня или посёлок. Периметр укрепили баррикадами. Над низенькими домиками возвышалась наблюдательная вышка. В отдалении стояли грузовики с крашенными в хаки кузовами. Людей видно не было. Здешние обитатели старались не выдавать своего присутствия лишний раз.
Подобравшись ближе, я устроился у раскидистого куста бузины и решил понаблюдать. Выходить не решался по ряду причин. Непонятное убийство и расчленение обжор, полувоенный лагерь, огнестрельное оружие — всё это давало основание для опасений.
И не зря, после полудня к посёлку подъехало две машины.
Вагончик устоял зимой, пришлось значительно доработать изначальную конструкцию. В качестве утеплителя шло всё подряд. Но главное, что мы пережили морозы.
Когда впору было готовиться к следующей зимовке, возникла проблема с топливом. Я обчистил почти каждый домик или дачную бытовку в радиусе тридцати километров, сливал бензин из брошенных машин, и это обеспечивало меня надолго. Но и этим запасам пришёл конец.
Теперь мне нужно было решиться, на что-то более серьёзное.
Для начала, машина отказалась заводиться. Сдох аккумулятор. Окончательно. Зарядить его или заменить для меня оказалось непосильной задачей. Да, я представлял, где он под капотом, как выглядит, но как его заряжать и какой искать на замену? Найти такую же модель на ходу и снять аккумулятор — глупо, не легче ли тогда искать просто новый автомобиль. Таким образом, мне предстояло отправиться с канистрой бензина за плечами неведомо куда, чтобы раздобыть не только консервы, но и машину на ходу.
На подготовку и сборы ушло немного времени.
Маршрут мало чем отличался от автомобильных рейдов — оставалось пройти вдоль шоссе, и надеяться на удачу.
Миновал первый день поиска, и нужно было готовиться к ночи. Устроиться на временный ночлег труда не составило. Я нашёл подходящее дерево и, забравшись повыше, привязал себя ремнями и верёвками к ветке, чтобы не свалиться во сне.
Ночной подлесок пах прелой листвой и сыростью, было зябко, и только безветренная погода спасала меня от окоченения. Среди обычных для такого места и времени шумов, я, вдруг, различил очень странный — стрекочущий и, вместе с тем, гулкий звук, словно кто-то бешено колотит молотком по тонкому стальному листу.
Сердце невольно сжалось. Больше всего этот звук походил на пулемётную очередь.
До утра не получилось сомкнуть глаз.
А как только рассвело, я набрался храбрости и пошёл в том направлении, откуда слышал выстрелы.
Идти было не трудно. С виду густой лес, оказался легкопроходимым. Из-за нехватки солнечного света кусты здесь не приживались. Только кривые разлапистые сосны и тонкие березы, которые вытянувшись на несколько метров вверх, смыкались непроницаемой кроной.
Как не пытайся идти тихо, под ногами будут хрустеть сухие ветки и шуршать опавшая хвоя.
Но я делал всё возможное, чтобы скрытно подобраться как можно ближе.
Собственное дыхание и биение сердца казались непростительно громкими. Волнение ослепляло, так что пару раз я чуть не свалился в разбитые дождями овражки и ямы от вырванных с корнем деревьев. Наверное, здесь прошёл ураган, но было это очень давно. Или деревья подгнивали, и земля словно выдавливала их наружу, как нечто порченное и больное.
Внезапно лес закончился. Из-за деревьев желтело поле.
Я прижался к покрытому мхом стволу берёзы и выглянул, чтобы оценить обстановку. От увиденного меня бросило в холод, ноги стали ватными, почти все эмоции пережитые в день, когда я увидел, как моя девушка стала одной из заражённых голодной чумой, вернулись вдруг и во много раз усилились.
Посреди поля бурыми пятнами крови были мечены места где, судя по всему, вчера кого-то убивали. Я подошёл ближе. Но кроме ошмётков плоти и невнятных фрагментов костей ничего не обнаружил.
— Если здесь не стреляли, то точно разделывали кого-то… — привычно озвучил самую назойливую мысль из тех, что роились в голове.
Осмотрев место побоища снова, я сделал еще несколько жутких находок. Во-первых, справа ближе к лесу были свалены в кучу отрубленные головы. Они не принадлежали ни животным и ни людям. Разумеется, это были обжоры. А во-вторых, некоторые пятна больше походили на полосы, которые оставляет тело, если его волочить по земле. Убили их за холмами, затем стащили сюда и… освежевали.
Догадка пугала не меньше, чем вид вывернутых кишок и отрубленных голов.
Не знаю почему, но я решил проследить кровавый след, уходивший от этого места, куда-то на запад за пригорок.
Во мне проснулся охотник. Любопытство перевесило инстинкт самосохранения.
На вершине холма пришлось залечь в траве. Там к полю шла просёлочная дорога, а за ней укрылась деревня или посёлок. Периметр укрепили баррикадами. Над низенькими домиками возвышалась наблюдательная вышка. В отдалении стояли грузовики с крашенными в хаки кузовами. Людей видно не было. Здешние обитатели старались не выдавать своего присутствия лишний раз.
Подобравшись ближе, я устроился у раскидистого куста бузины и решил понаблюдать. Выходить не решался по ряду причин. Непонятное убийство и расчленение обжор, полувоенный лагерь, огнестрельное оружие — всё это давало основание для опасений.
И не зря, после полудня к посёлку подъехало две машины.
Страница 2 из 3
