Дело исчезнувшей горничной

Тогда я уже лежал в госпитале и поправлялся после тифа. Часы мне передал его поверенный, равно как и ту скромную сумму, что осталась по завещанию. Увы, к большому сожалению, мы с братом оба лишены той деловой хватки, которой обладал наш отец. Но если у меня были возможности выбирать свой путь, то на брата стали возлагать ещё больше надежд, когда наша семья вернулась в Англию и отец вскоре скончался. Пока была жива матушка, он ещё как-то пытался им соответствовать, хотя уже тогда пытался лечить неудовлетворённость жизнью алкоголем. Но, как он говорил мне, в разумных пределах. Не знаю, имею ли я право винить себя за то, что поступил на курсы военных хирургов, лишь бы уехать из Англии. Но порой виню.

— И совершенно напрасно, — ответил Холмс, выслушав мою столь необычно длинную речь. — Никто и ничто не может избавить человека от пристрастия, кроме него самого. Иначе бы любой пьяница, получивший от судьбы терпеливую и любящую супругу и питая к ней хоть какие-то чувства, тотчас брался бы за ум.

— Получается, что такого рода пристрастия — это следствие крайнего эгоизма? — усмехнулся я.

— Возможно, — кивнул Холмс, закуривая сигарету, — правда, бывает разумный эгоизм, который вступает в противоречие с требованиями семьи, окружающих людей, общества. Прошу прощения, но если бы вашего брата оставили в покое и не требовали того, к чему он не был приспособлен по натуре, возможно, его жизнь сложилась бы иначе. Но у него не хватило силы духа настоять на своём. И вы правы, когда говорите, что вам повезло родиться вторым. Младшим вообще в чём-то легче. Но в чём-то и сложнее. — Тут он улыбнулся каким-то своим мыслям.

— Но вы-то, наверное, единственный ребёнок в семье? — предположил я.

— Вовсе нет. У меня есть старший брат, Майкрофт, и у нас с ним разница в семь лет.

— О! — удивился я. — Он живёт в Лондоне?

— Да. После продажи старого фамильного дома мы с ним оба обосновались в столице. Ни у него, ни у меня, как вы понимаете, не было ни малейшей склонности вести жизнь мирных сельских помещиков. Мой брат занимает небольшой пост в Министерстве иностранных дел, и вообще он большой чудак и оригинал.

— В это охотно верю, — рассмеялся я.

— Глядя на меня? — усмехнулся Холмс. — Но такое совпадение как раз вовсе не обязательно.

— А вы ладите с братом? — осторожно поинтересовался я.

— Вполне. Это вы спрашиваете, потому что он ни разу не появлялся на Бейкер-стрит? Должно случиться нечто из ряда вон выходящее, чтобы он изменил своим привычкам. Так что я сам навещаю его иногда — у него дома или в клубе. Майкрофт, в отличие от меня, человек занятой, и его загруженность делами не зависит от причуд фортуны.

Я подумал тут, а знает ли брат Холмса о его привычке? Наверняка знает.

— Знает, — кивнул он. — И относится точно так же, как и вы.

— Как вы догадались, о чём я подумал? — поразился я.

— Это очень просто, и если вы научитесь наблюдать за выражением лиц людей, за направлением их взглядов, за жестами, то вы тоже сможете делать такие элементарные выводы. Ваша оживлённость по поводу новости о наличии у меня ближайшего родственника на мгновение угасла, вы слегка нахмурились и посмотрели на моё левое предплечье. Вывод напрашивался очевидный.

— Согласен, — кивнул я.

Впрочем, я тоже сделал из нашей беседы некоторые выводы.

На другой день, утром понедельника, мы заканчивали завтрак, когда миссис Хадсон, извинившись, ввела в гостиную рослого усатого констебля, с порога отдавшего Холмсу честь.

— А, Маррей, какими судьбами? — лениво, но дружелюбно поинтересовался тот, хотя в глазах и промелькнул интерес.

— Мистер Холмс, у меня для вас записка от инспектора Макдональда. Мы тут неподалёку от вас, в Риджентс-парке. Убийство, сэр. — И он протянул Холмсу сложенный вчетверо лист из блокнота.

— Хм, первый раз слышу это имя… — мой компаньон развернул листок, прочёл пару строчек и протянул записку мне. — Надо же. Только от новичка такого и дождёшься.

«Многоуважаемый мистер Холмс! — гласило послание. — Я буду вам очень признателен, если вы поможете мне разобраться с одним неприятным происшествием в Риджентс-парке. Раньше я не сталкивался с такими вещами по роду службы, в должности я совсем недавно и боюсь не справиться. В сарае возле пруда, где рабочие хранят садовый инвентарь, обнаружен труп девушки со следами удушения. Девушка прилично одета и не выглядит проституткой. Но я вовсе не уверен, что убийство произошло именно там, хотя, возможно, это только мои домыслы. Констебль Маррей говорил о вас как о прекрасном специалисте, и я буду очень благодарен за любую подсказку. Инспектор Макдональд».

— Что ж, — от апатии Холмса не осталось и следа, и он бодро вскочил на ноги, скрываясь у себя в спальне и возвращаясь в сюртуке. — Собирайтесь, Уотсон. Надо помогать ближним, даже если они и конкуренты.