Фандом: Гарри Поттер. Гарри живет с Северусом уже несколько лет, но до сих пор так и не добился некоторых привилегий…
Добавить в моё избранное
18 мин, 1 сек 17086
— Ну вот, теперь можно и поесть нормально, без опасения заработать простуду.
Гарри почувствовал прилив сил, благодарно чмокнул Северуса в скулу, сунул ноги в пушистые тапочки-зайчики, подаренные ему в честь принятия на работу, и отправился на кухню. Есть хотелось зверски! К тому же усталость и сонливость стали понемногу отступать, и стало понятно, что та мерзко пахнущая бурда, которую он выпил, была Бодрящим зельем.
На кухне под чарами сохранения тепла ждал сытный ужин, и Гарри, с трудом дождавшись, пока Северус нальет себе свой любимый кофе, тут же набросился на еду как голодный волк. Стейк был сочным, слабой прожарки — таким как он любил, — и глаза сами закрывались от удовольствия.
— М-м-м… Вот скажи мне, Северус, — когда первый голод был немного утолен, спросил Гарри, — почему еда в твоем исполнении получается такой невероятно вкусной, что невозможно оторваться, пока все не съешь, а зелья — такими ужасными?
— Потому что зелья не еда, — хмыкнул Снейп в ответ, но было видно, что ему понравилась похвала. — Зелья в большинстве своем — лекарства, и они не должны быть вкусными, дабы не возникало желания принимать их чаще, чем нужно. В них главное — эффект, а эффект, судя по твоему энергичному поведению, вполне достигнут. Нет, я, конечно, рад, что ты мне настолько доверяешь, что даже не интересуешься, чем я тебя пою, но очень надеюсь, что по отношению к другим людям ты все же проявляешь большую внимательность и осторожность.
— Угум… — Гарри уже поглощал черничные пончики, поданные на десерт. Несколько минут он в полной тишине работал челюстями, запивая нежное тесто своим любимым виноградным соком, но наконец почувствовал, что в него больше не влезет ни кусочка, и, откинувшись на спинку стула, погладил себя по животу: — Спасибо! Ты Бог кулинарии!
— Скорее уж ее жрец. Ну а теперь рассказывай, бравый аврор, где тебя угораздило так промокнуть и кто тебя так вымотал, что ты еле стоял на ногах?
— Давай, я на диване объясню?
— Непременно на диване? — Северус хмыкнул, прищурился, но возражать не стал, усевшись поудобнее. Гарри тут же перебрался к нему под бок, немного повозился, затем все же решил лечь и устроил голову на его коленях. В слегка отросшую, местами влажную после душа шевелюру тут же нырнули пальцы, мягко перебирая и гладя волосы, которые при такой длине уже не напоминали воронье гнездо, а густыми волнистыми прядями спускались до плеч.
— Ну так что?
— А? — Гарри прослушал вопрос, млея от незамысловатой ласки и пытаясь не мурлыкать как кот. За время, прожитое вместе, Северус прекрасно его изучил и в такие вот тихие, уютные вечера к обоюдному удовольствию использовал эти знания. Впрочем, доводить Гарри до белого каления он тоже не разучился, что и демонстрировал в моменты приступов язвительности или злости.
— Где тебя угораздило вымокнуть? — напомнил Снейп.
— Что? Ой, прости, задумался. Считай, сегодня был первый вызов на полевое задание.
— Судя по твоему внешнему виду и общему состоянию…
— Бр-р-р, не напоминай. Это было что-то! Какой-то маг сообщил, что у него на участке внезапно начался ураган, образовался смерч и его дом унесло…
— В Канзас?
— Куда? Нет, он вообще исчез с лица земли, и где находится — непонятно.
— Хм… вообще-то это была шутка. Ты же до одиннадцати лет у магглов жил, про страну Оз вроде бы знать должен.
— А-а-а, вон ты о чем, — фыркнул Гарри. — Извини, я на своей волне, и в свете произошедшего сегодня с юмором у меня туговато. Хотя… нужно предложить Хопкинсу поискать в Канзасе, — не удержался он от смешка, — глядишь, и дело раскроем.
— Значит, ты попал под дождь?
— Это был не просто дождь, а настоящий ливень. Я не знаю, что этот… недотепа намудрил, но он, судя по всему, активировал или какой-то старинный артефакт, или какое-то древнее заклятие. Порчу на него никто не наводил, потому что чужой магии и постороннего вмешательства на месте обнаружить не удалось. Но вихрь! Северус, — Гарри аж привстал, — я никогда в жизни таких не видел! Огромная черная воронка с черенком футов десять в диаметре, расширяющаяся к небу. Какой размер у ее верхушки, я даже предположить не берусь, но он сливался с черными же грозовыми облаками, кучкующимися над участком. И вот представь: посреди поля, где раньше стоял дом этого горе-мага, бушует свирепая буря с ветром, ливнем, молниями, на несколько миль вокруг ни деревца, ни кустика, только мы — двое новичков-авроров и наш куратор, он же начальник группы быстрого реагирования. И главное — магия эту хреновину…
— Не ругайся!
— Это Хопкинс так ее обозвал, — невинно похлопал глазами Гарри. — Так вот магия эту… воронку не берет. Вообще! А она крутится как заведенная и к одному месту словно приклеена. Какие только чары не пробовали, а она гудит, зараза такая, и не поддается.
Гарри почувствовал прилив сил, благодарно чмокнул Северуса в скулу, сунул ноги в пушистые тапочки-зайчики, подаренные ему в честь принятия на работу, и отправился на кухню. Есть хотелось зверски! К тому же усталость и сонливость стали понемногу отступать, и стало понятно, что та мерзко пахнущая бурда, которую он выпил, была Бодрящим зельем.
На кухне под чарами сохранения тепла ждал сытный ужин, и Гарри, с трудом дождавшись, пока Северус нальет себе свой любимый кофе, тут же набросился на еду как голодный волк. Стейк был сочным, слабой прожарки — таким как он любил, — и глаза сами закрывались от удовольствия.
— М-м-м… Вот скажи мне, Северус, — когда первый голод был немного утолен, спросил Гарри, — почему еда в твоем исполнении получается такой невероятно вкусной, что невозможно оторваться, пока все не съешь, а зелья — такими ужасными?
— Потому что зелья не еда, — хмыкнул Снейп в ответ, но было видно, что ему понравилась похвала. — Зелья в большинстве своем — лекарства, и они не должны быть вкусными, дабы не возникало желания принимать их чаще, чем нужно. В них главное — эффект, а эффект, судя по твоему энергичному поведению, вполне достигнут. Нет, я, конечно, рад, что ты мне настолько доверяешь, что даже не интересуешься, чем я тебя пою, но очень надеюсь, что по отношению к другим людям ты все же проявляешь большую внимательность и осторожность.
— Угум… — Гарри уже поглощал черничные пончики, поданные на десерт. Несколько минут он в полной тишине работал челюстями, запивая нежное тесто своим любимым виноградным соком, но наконец почувствовал, что в него больше не влезет ни кусочка, и, откинувшись на спинку стула, погладил себя по животу: — Спасибо! Ты Бог кулинарии!
— Скорее уж ее жрец. Ну а теперь рассказывай, бравый аврор, где тебя угораздило так промокнуть и кто тебя так вымотал, что ты еле стоял на ногах?
— Давай, я на диване объясню?
— Непременно на диване? — Северус хмыкнул, прищурился, но возражать не стал, усевшись поудобнее. Гарри тут же перебрался к нему под бок, немного повозился, затем все же решил лечь и устроил голову на его коленях. В слегка отросшую, местами влажную после душа шевелюру тут же нырнули пальцы, мягко перебирая и гладя волосы, которые при такой длине уже не напоминали воронье гнездо, а густыми волнистыми прядями спускались до плеч.
— Ну так что?
— А? — Гарри прослушал вопрос, млея от незамысловатой ласки и пытаясь не мурлыкать как кот. За время, прожитое вместе, Северус прекрасно его изучил и в такие вот тихие, уютные вечера к обоюдному удовольствию использовал эти знания. Впрочем, доводить Гарри до белого каления он тоже не разучился, что и демонстрировал в моменты приступов язвительности или злости.
— Где тебя угораздило вымокнуть? — напомнил Снейп.
— Что? Ой, прости, задумался. Считай, сегодня был первый вызов на полевое задание.
— Судя по твоему внешнему виду и общему состоянию…
— Бр-р-р, не напоминай. Это было что-то! Какой-то маг сообщил, что у него на участке внезапно начался ураган, образовался смерч и его дом унесло…
— В Канзас?
— Куда? Нет, он вообще исчез с лица земли, и где находится — непонятно.
— Хм… вообще-то это была шутка. Ты же до одиннадцати лет у магглов жил, про страну Оз вроде бы знать должен.
— А-а-а, вон ты о чем, — фыркнул Гарри. — Извини, я на своей волне, и в свете произошедшего сегодня с юмором у меня туговато. Хотя… нужно предложить Хопкинсу поискать в Канзасе, — не удержался он от смешка, — глядишь, и дело раскроем.
— Значит, ты попал под дождь?
— Это был не просто дождь, а настоящий ливень. Я не знаю, что этот… недотепа намудрил, но он, судя по всему, активировал или какой-то старинный артефакт, или какое-то древнее заклятие. Порчу на него никто не наводил, потому что чужой магии и постороннего вмешательства на месте обнаружить не удалось. Но вихрь! Северус, — Гарри аж привстал, — я никогда в жизни таких не видел! Огромная черная воронка с черенком футов десять в диаметре, расширяющаяся к небу. Какой размер у ее верхушки, я даже предположить не берусь, но он сливался с черными же грозовыми облаками, кучкующимися над участком. И вот представь: посреди поля, где раньше стоял дом этого горе-мага, бушует свирепая буря с ветром, ливнем, молниями, на несколько миль вокруг ни деревца, ни кустика, только мы — двое новичков-авроров и наш куратор, он же начальник группы быстрого реагирования. И главное — магия эту хреновину…
— Не ругайся!
— Это Хопкинс так ее обозвал, — невинно похлопал глазами Гарри. — Так вот магия эту… воронку не берет. Вообще! А она крутится как заведенная и к одному месту словно приклеена. Какие только чары не пробовали, а она гудит, зараза такая, и не поддается.
Страница 2 из 5
