Рандеву с жизнью

От вида всего этого меня охватывал страх того, что я останусь одна. Вдруг за моей спиной послышался мужской голос:

— Ты Каролина?

Обернувшись, я увидела доктора. Он добро мне улыбнулся.

— Да, — ответила я.

— Почему ты не входишь?

— Немного боюсь…

— Не волнуйся, твоя бабушка не кусается, — с этими словами доктор распахнул передо мною дверь.

Зайдя в палату, я начала осматриваться: стены были полностью белыми, а пол серым, бабушка лежала на больничной койке, которая чуть-чуть напоминала каталку, перед кроватью был маленький серый коврик. Также, рядом с ней была маленькая белая тумбочка, на которой лежали всякие таблетки и любимая шкатулка бабушки. Другой мебели, кроме вышеперечисленной, не было, потому что остальная палата была заполнена разной аппаратурой. Взяв стул, который стоял у выхода из палаты, я села напротив бабушки и начала говорить:

— Привет, бабуля, как у тебя дела?

Она открыла глаза и с доброй улыбкой посмотрела на меня.

— Дорогая Каролина, с добрым утром… Я тебя так давно не видела.

— Да…

— Ну, наверное, я оставлю вас наедине, милые дамы, — доктор развернулся и ушёл, оставив нас совсем одних.

Всё больше и больше мне начало казаться, что что-нибудь сейчас случится.

— Наконец-то этот молодой человек ушёл, и я могу тебе кое-что рассказать, — произнесла бабушка.

— Что рассказать? — бабушка приняла сидячее положение и взяла в руки шкатулку.

— Это произошло много лет назад. Тогда твоя мама вот-вот должна была родить, а в наш маленький городок приехал цирк. Мне было интересно, и я пошла туда. Представление было ужасным, но самое худшее было то, что они поймали маленького мальчика с дефектами на лице и заставляли его выполнять разные трюки. Не выдержав, я, после представления, выкупила его. Хотя они и запросили довольно большую цену, я всё-таки нашла деньги, и мне отдали того мальчика. Когда я поближе его увидела, то мне стало немного жутковато, ведь он был худой и на его лице не было совершенно ничего. «Спасибо вам за помощь, мадам», — вот это он мне сказал в первую нашу встречу. Позже он дал мне кулон и сказал: «Если кому-нибудь понадобится моя помощь, то пусть он просто покажет мне этот кулон и я о нём позабочусь». Он дал мне удивительную вещицу, которая поможет и тебе.

— Но как это возможно?

— Каролина, тебе нужно больше верить в чудеса, — бабушка открыла шкатулку и достала оттуда кулон.

Он был выполнен в виде капли, а внутри красовалась красно-кровавая роза. Как только кулон оказался в моих руках, все приборы как будто сошли с ума. Тут же в палату забежали врачи и увезли бабушку в операционную. Единственное, что я помню из происходящего далее — это слова врачей «Мы не смогли её спасти, нам очень жаль». Дальше всё было как в тумане и я очнулась только дома, не помня, как я дошла до дома. Почувствовав на шее что-то холодное, я увидела, что это был кулон…

Акт третий И голос в голове укажет путь к…

Прошла всего неделя после похорон, но, для меня, она казалась вечностью. Мир вокруг окончательно стал серым, и все краски как будто смылись очередным весенним дождём. Бабушка оставила завещание на моё имя, а опекуном сделала свою вторую дочь-мою тётю. Она весёлая и много путешествует, но, в основном, живёт в Нью-Йорке. И сегодня вечером тётя должна приехать, чтобы забрать меня навсегда из этого места…

Встав с кровати, я направилась в ванную, чтобы принять душ и смыть с себя остатки сна. После этого я оделась в чёрную футболку, джинсы такого же цвета и кеды. Из всего, что было на мне, красочным оказался лишь кулон бабушки, который должен был как-то меня спасти, но, видимо, чудес не бывает, так же, как и счастья. Выйдя из дома, казавшегося мне теперь неприветливым и незнакомым, я пошла по улице в сторону городского кладбища, чтобы навестить мою бабушку в последний раз.

По пути я зашла в цветочный магазин, чтобы купить розы, так нравившиеся бабушке.

Когда же я дошла до кладбища и посмотрела вокруг, то увидела лишь надгробные плиты и уже почти увядшие цветы.

За неделю я выучила всё кладбище наизусть, и даже некий гробовщик, который живёт тут, начал меня опасаться.

Сев на лавочку возле могилы бабушки, я положила цветы на надгробие и тихим голосом прошептала:

— Привет, ба. Сегодня последний день, когда я нахожусь в этом городе. Мне хотелось в последний раз тебя увидеть… — но в ответ лишь разрывающая душу тишина. Несмотря на это, я продолжила говорить: «Знаешь, я очень скучаю по тебе. Почему ты не стала лечиться, когда эта болезнь только начала развиваться?» — мой голос всё больше начинал дрожать, ведь я понимала, что никто мне не ответит, не скажет:«Не плачь, а верь в чудеса, моя Каролина».

Как же давно не слышала я своего собственного имени. Настолько, что начала его понемногу забывать…