Рандеву с жизнью

Вдруг я почувствовала что-то тёплое на своей щеке и с грустью осознала, что это слёзы. Склонив голову и закрыв лицо руками, я не стала сдерживаться и перешла на более высокий и истерический тон:

— Почему?! Почему ты меня оставила? Почему ты оставила меня одну? В одиночестве… Ты же обещала, что всегда будешь рядом!

— Не стоит проливать так много слёз, — услышала я вдруг мужской голос и какие-то помехи, будто от старого телевизора.

Обернувшись, я не увидела ничего, кроме того же мёртвого пейзажа.

— Да уж. Наверное, мне пора, — быстро положив розы на могилу, я ушла с кладбища и начала бродить по городу, дабы не возвращаться в дом, где меня никто не ждёт.

Петляя по бесконечным улицам города, я осознавала всю свою ничтожность. Раньше я даже не задумывалась о таких депрессивных вещах, но сейчас мой мир и его восприятие поменялись в корне.

И что это было на кладбище? Может, это тот, про которого гово… да нет! Чушь какая-то! Вдруг, в кармане джинсов, у меня зазвонил телефон, и я подняла трубку. Это была тётя:

— Привет, Кори, я у тебя дома. Ты где?

— Эм, а как вы попали в мой дом?

— Ой, неважно. Дуй домой. Я все твои трусы уже собрала.

— Что?!

Быстро отключившись, я побежала домой отгонять от моего нижнего белья всякую нечисть.

Придя домой, я увидела женщину тридцати лет, довольно симпатичную: со светлой кожей и маленькой родинкой под нижней губой, делавшей её более пикантной, чёрными волосами, подстриженными под каре, и серыми глазами.

— Вот и ты!

— А как вы всё-таки зашли в дом?

— Пролезла в окно! — она широко и по-доброму улыбнулась.

— Это же статья!

— О-хо-хо, не волнуйся, меня никто не видел. А теперь бери свой багаж. Мы едем в Нью-Йорк!

Акт четвертый лесной дороге длинной в вечность

Через несколько минут я собрала все свои вещи, и вот я уже стою на пороге того дома, в котором раньше было так весело и тепло, а сейчас в моем мире не осталось больше никаких красок. Смысл жизни тоже потерян, но я обещала бабушке хранить этот чертов кулон, хоть я и не верю в этого тонкого человека, но последнее слово бабушки — закон.

— Ну, ты как, идешь? — спросила у меня тётя, вырвав меня из моих воспоминаний.

— А, да. Извините, — она взяла у меня багаж и отнесла его в машину. Я же тоже подошла к машине и открыла заднюю дверь, сев в машину. Тётя села за руль, и вот секунда — и мы уже едем, казалось бы, навстречу моему светлому будущему, но для меня это не имело никакого значения. Вставив наушники в уши, я включила на полную громкость свою любимую группу, отгородившись таким образом от надоевшей грусти. Через полчаса я уже полностью была в музыке, а наш путь начал пролегать через лесную дорогу. Смотря в окно, я видела лишь деревья и кусты, но вдруг я заметила человека в черном костюме. Я видела его лишь секунду, но по моему телу пробежала тысяча мурашек.

— Эм… тетя, а ты видела человека в костюме? Большого такого.

— Нет, тебе, наверное, привиделось, потому, что ты долго не спала.

— Наверное, вы правы…

— И, кстати, обращайся ко мне на «ты».

— Ладно, — я продолжала смотреть в окно, и все чаще я начала видеть этого человека. Через несколько минут я заметила, что у него нет лица — только белая голова без носа, глаз и рта. Сбросив это все на свою усталость, я закрыла глаза и попыталась уснуть. Как же мне хотелось верить, что это всего лишь глюки от недосыпания. Машина вдруг остановилась, я открыла глаза и увидела, что я и весь салон машины в крови.

— Тётя! — я начала кричать и звать тётю, но она не отвечала. Я поняла, что она мертва… Взяв свой телефон, я попыталась позвонить в скорую, но сети не было, так же и на телефоне тёти. Выйдя из машины, я поняла, что тётя въехала в огромное дерево, и у машины вылетело стекло, мне стало непонятно, почему я не пострадала.

— Может быть, если я найду какой-то дом, я смогу попросить у них помощи? — сказала я сама себе и пошла куда-то в глубь леса. С каждым моим шагом казалось, что лес темнел, и даже звуки птиц пропадали. Через несколько минут я потерялась, лес стал очень темным, и не было слышно даже звуков травы и листьев на деревьях.

— Ну, здравствуй… — услышала я монотонный и грубый голос. На лбу выступил холодный пот. Я обернулась и увидела того мужчину… без лица и в черном костюме, белой рубашке и в красном галстуке.

— Потерпи еще чуть-чуть и я приду за тобой, — через секунду из его спины выросли какие-то щупальца и направились ко мне. Я закрыла глаза и закричала.

— Эй, Каролина, проснись, — я открыла глаза и увидела тётю, живую и невредимую, — ты чего кричишь, тебе приснился плохой сон?

— Тётя, вы живы!

— Конечно жива. Ты заснула на полпути и всё, — она тепло улыбнулась. Я встала и вышла из машины. Передо мной был подъезд в небоскреб.