Фандом: Ориджиналы. Работа одного — убивать или спасать жизни, в зависимости от желаний заказчика. Работа другого — убивать или спасать жизни… В зависимости от того, насколько еще теплится эта жизнь в спасаемых. И обоим слишком сложно делать эту работу в одиночестве.
Добавить в моё избранное
507 мин, 40 сек 15503
Дети подошли тихонько, расселись по лавке напротив, молча и не мешая доесть. И только когда Айтир взялся за стакан с травяным настоем, Кортис, на правах старшего, осторожно спросил:
— Учитель, а что это было? Вы нам такого не рассказывали…
— А в книгах мы не нашли! — не удержавшись, влезла Мелисса.
— Шаманская магия это была, — ответил Айтир, устраиваясь поудобней и собираясь возместить недостаток лекций, случившийся за эти три дня.
— Магия эта самая древняя из известных, можно сказать, первая в мире. Именно из шаманских ритуалов развилась та магия, которую мы знаем. Наделенные даром тогда еще не знали и не умели ничего, только чуяли, сутью своей понимали, что нужно делать. Поэтому их умения направлялись в основном не на банальные огненные шары и водяные хлысты, а на что-то очень масштабное, вроде того, что мы натворили. Что-то сделать с миром: отвести грозу, или наоборот, призвать дождь; остановить лесной пожар; заставить реку выйти из берегов, удобрив илом поля; помочь вырасти съедобным плодам. Последние отголоски той силы — это природники, очень редкий сейчас дар, — Айтир кивнул на Рауля. — У тебя он идет третьим, так что отнесись к шаманской магии особенно внимательно, можешь попасть, как я. Услышать зов мира — и все. Бубен в руках, провалился в Смерть и творишь что-то невнятное.
— А вы научите? — быстро уточнил Кортис.
— Чему успею, в общих чертах. А вот запишу все подробно, — Айтир потер висок. — В это лучше без подготовки не соваться, есть специальные зелья, медитации, чтобы не так сильно ударило. Подготовься я, голова бы до сих пор не гудела.
— У меня тоже в ушах звенит, — вздохнула Мелисса. — Как тем ритмом: ту-у-ум, ту-у-ум…
— А у меня в глазах до сих пор муть, — буркнул Рауль.
— Та-а-ак… — протянул Айтир, отставляя стакан. — Кортис? Клим?
Те замотали головами.
— Со мной все хорошо, учитель.
— Со мной тоже, мне наоборот наутро хорошо было! Как снег выпал — прямо ух, полегчало!
Айтир кивнул: Климу кроме Смерти достались Вода и Ветер, вместе образующие замечательную такую предрасположенность к холоду. Так что бывшему бродяжке зима действительно была в радость, а вот с остальными… Он жестом велел Раулю подняться и встать напротив окна, на свету. Мальчишка щурился еще сильнее обычного, это не радовало. Айтир встал, заглянул ему в глаза, поводил рукой перед лицом.
— Так. Рауль, чтобы не думал за книги браться, зрение потеряешь. Мелисса, проследи. Сама тоже не читай и постарайся резко не вскакивать и не бегать. Вы двое — разыщите Брюхо, он мне нужен.
— Зачем? — невольно удивился Клим, уже вскочивший на ноги. Как-то не вязался командир наемников и проблемы со здоровьем.
— У него есть связь с магами, вот и воспользуюсь. Ждать не стоит: ни один жизнетворец не всемогущ, если все зайдет слишком далеко, слепоту уже не вылечит. А видеть мир только магически… — Айтир покачал головой.
Ну да, слепой маг не беспомощен, как обычный человек, но все равно, полноценной такую жизнь не назвать. Ориентироваться в пространстве и даже себя обслужить сможет, колдовать — и подавно, но многие вещи будут для него потеряны безвозвратно. Например, способность читать и писать.
— Так что, считайте, повезло, что сейчас слабые места обозначились, а не после, когда без помощи где-нибудь оказались бы, — закончил Айтир. — И что я тут, снотворное сварю нормальное, ничего и не почувствуете.
А вот сейчас будет возмущение. Много возмущения, вон и Мелисса губки надула, и Рауль в тонкую полоску сжал. Сейчас рот-то и откроет. Айтир ждал: на это у него заранее был заготовлен ответ. Пренеприятный, но необходимый.
Ильмаре видел, в какую тонкую линию сложились губы Рауля. Шутка ли, он достаточно долго скрывал плохое зрение, а теперь еще и открылось все в самый неподходящий момент. Но мальчишка все стоял и стоял, молча буравя взглядом некроманта.
Вот ведь бестолочь.
Резко накатило раздражение — будь неладен этот скверный мальчишеский гонор выше сапог и деланно-важное лицо. Ослеп бы, так за милую душу в ноги некроманту кинулся. Выйдя чуть вперед, Ильмаре бросил неодобрительный взгляд в сторону Его Гордого Величества и выдал:
— Он видел плохо еще до обряда. Вблизи щурится, особенно, если отойти на пару шагов. Близорукость это что ли, или как там. В общем, получать будем оба. Он, — Ильмаре неучтиво ткнул указательным пальцем в сторону мальчугана. — За то, что молчал. Я, — на этот раз большой палец уперся в грудь самого эльфа. — За то, что вовремя тебе не передал. Думал, сам признается.
Теперь губы сжались уже у Айтира. Два… Он даже не нашел подходящего определения. Ладно Рауль, от него он ждал подобного, но Ильмаре… Будет, значит, урок им обоим.
— Чудесно. Рауль, тебе я после кое-что покажу. Вы все. Можете полюбоваться, на кой некромантам снотворное при лечении, — Айтир просто отвлекал этими словами.
— Учитель, а что это было? Вы нам такого не рассказывали…
— А в книгах мы не нашли! — не удержавшись, влезла Мелисса.
— Шаманская магия это была, — ответил Айтир, устраиваясь поудобней и собираясь возместить недостаток лекций, случившийся за эти три дня.
— Магия эта самая древняя из известных, можно сказать, первая в мире. Именно из шаманских ритуалов развилась та магия, которую мы знаем. Наделенные даром тогда еще не знали и не умели ничего, только чуяли, сутью своей понимали, что нужно делать. Поэтому их умения направлялись в основном не на банальные огненные шары и водяные хлысты, а на что-то очень масштабное, вроде того, что мы натворили. Что-то сделать с миром: отвести грозу, или наоборот, призвать дождь; остановить лесной пожар; заставить реку выйти из берегов, удобрив илом поля; помочь вырасти съедобным плодам. Последние отголоски той силы — это природники, очень редкий сейчас дар, — Айтир кивнул на Рауля. — У тебя он идет третьим, так что отнесись к шаманской магии особенно внимательно, можешь попасть, как я. Услышать зов мира — и все. Бубен в руках, провалился в Смерть и творишь что-то невнятное.
— А вы научите? — быстро уточнил Кортис.
— Чему успею, в общих чертах. А вот запишу все подробно, — Айтир потер висок. — В это лучше без подготовки не соваться, есть специальные зелья, медитации, чтобы не так сильно ударило. Подготовься я, голова бы до сих пор не гудела.
— У меня тоже в ушах звенит, — вздохнула Мелисса. — Как тем ритмом: ту-у-ум, ту-у-ум…
— А у меня в глазах до сих пор муть, — буркнул Рауль.
— Та-а-ак… — протянул Айтир, отставляя стакан. — Кортис? Клим?
Те замотали головами.
— Со мной все хорошо, учитель.
— Со мной тоже, мне наоборот наутро хорошо было! Как снег выпал — прямо ух, полегчало!
Айтир кивнул: Климу кроме Смерти достались Вода и Ветер, вместе образующие замечательную такую предрасположенность к холоду. Так что бывшему бродяжке зима действительно была в радость, а вот с остальными… Он жестом велел Раулю подняться и встать напротив окна, на свету. Мальчишка щурился еще сильнее обычного, это не радовало. Айтир встал, заглянул ему в глаза, поводил рукой перед лицом.
— Так. Рауль, чтобы не думал за книги браться, зрение потеряешь. Мелисса, проследи. Сама тоже не читай и постарайся резко не вскакивать и не бегать. Вы двое — разыщите Брюхо, он мне нужен.
— Зачем? — невольно удивился Клим, уже вскочивший на ноги. Как-то не вязался командир наемников и проблемы со здоровьем.
— У него есть связь с магами, вот и воспользуюсь. Ждать не стоит: ни один жизнетворец не всемогущ, если все зайдет слишком далеко, слепоту уже не вылечит. А видеть мир только магически… — Айтир покачал головой.
Ну да, слепой маг не беспомощен, как обычный человек, но все равно, полноценной такую жизнь не назвать. Ориентироваться в пространстве и даже себя обслужить сможет, колдовать — и подавно, но многие вещи будут для него потеряны безвозвратно. Например, способность читать и писать.
— Так что, считайте, повезло, что сейчас слабые места обозначились, а не после, когда без помощи где-нибудь оказались бы, — закончил Айтир. — И что я тут, снотворное сварю нормальное, ничего и не почувствуете.
А вот сейчас будет возмущение. Много возмущения, вон и Мелисса губки надула, и Рауль в тонкую полоску сжал. Сейчас рот-то и откроет. Айтир ждал: на это у него заранее был заготовлен ответ. Пренеприятный, но необходимый.
Ильмаре видел, в какую тонкую линию сложились губы Рауля. Шутка ли, он достаточно долго скрывал плохое зрение, а теперь еще и открылось все в самый неподходящий момент. Но мальчишка все стоял и стоял, молча буравя взглядом некроманта.
Вот ведь бестолочь.
Резко накатило раздражение — будь неладен этот скверный мальчишеский гонор выше сапог и деланно-важное лицо. Ослеп бы, так за милую душу в ноги некроманту кинулся. Выйдя чуть вперед, Ильмаре бросил неодобрительный взгляд в сторону Его Гордого Величества и выдал:
— Он видел плохо еще до обряда. Вблизи щурится, особенно, если отойти на пару шагов. Близорукость это что ли, или как там. В общем, получать будем оба. Он, — Ильмаре неучтиво ткнул указательным пальцем в сторону мальчугана. — За то, что молчал. Я, — на этот раз большой палец уперся в грудь самого эльфа. — За то, что вовремя тебе не передал. Думал, сам признается.
Теперь губы сжались уже у Айтира. Два… Он даже не нашел подходящего определения. Ладно Рауль, от него он ждал подобного, но Ильмаре… Будет, значит, урок им обоим.
— Чудесно. Рауль, тебе я после кое-что покажу. Вы все. Можете полюбоваться, на кой некромантам снотворное при лечении, — Айтир просто отвлекал этими словами.
Страница 130 из 139
