Остролист и перо феникса, одиннадцать дюймов

Северус до боли прикусил запястье, чтобы не сорваться. Впору было всерьез опасаться, что в пылу страсти он прокусит тонкую кожу до крови.

Поттер, тем временем, забрался лапами под шелковую тряпку, теперь уже не мял, а почти благоговейно поглаживал лишенные всяческого оволосения ягодицы. От шрама, слава Мерлину, оторвался, и теперь тяжело и влажно дышал на ухо, едва не урча.

— Какой же ты гладенький. Будто создан, чтобы меня с ума свести, — проговаривал он. — Святого совратишь, а я же всего лишь человек…

Его пальцы нырнули в расселину между ягодиц, быстро и воровато погладили там, и тут же пропали. Поттер вдруг шумно выдохнул и застыл каменным изваянием самому себе.

— Ты что же? — если бы Северус не был так возбужден, он бы посмеялся над напряженной работой мысли, которая отражалась на лице Национального Героя. — Ты смазан?!

Изумление в голосе было настолько сильным, что Снейп хмыкнул и добил:

— И растянут.

Похоже, это оказалось последним гвоздем в гроб самоконтроля Поттера и у него сорвало крышу окончательно (не то чтобы она у него до этого находилась на месте, но тут вовсе повело), и Герой схватил Снейпа за плечи. Не успел Северус опомниться, как оказался перекинутым с торчащей кверху задницей через мягкий подлокотник кресла, которое успел трансфигурировать Поттер почти из ничего.

— Поттер, ты! — но гневная тирада закончилась сразу же, когда Снейп ощутил, что в него вставили сразу два пальца. Он ничего не мог с собой и своей жаждой поделать, подался назад, насаживаясь на пальцы, и пробормотал: — Еще!

Пальцы замерли и не двигались. Что там Поттер медлит? Квадратичные уравнения в уме решает? Так пусть не тратит время зря — ему все равно нечем это делать!

— Ну же! — попытался подогнать его Снейп. Он не был сторонником полумер, ну и не считал достойным бросать дело на полпути — если уж полез в чужой анус пальцами, то будь добр подвигай ими там качественно. Но вместо этого получил чувствительный шлепок по ягодице. Снейп выгнулся, сводя лопатки и скидывая с бледных острых плеч шелк халата. В итоге многострадальная тряпка сбилась в блестящий комок где-то на пояснице. Северус просунул руку под собой, сгреб в горсть свои яйца и чуть потянул, чтобы увеличить удовольствие.

— Блять, Сев, прекрати! Дай мне немного успокоиться, иначе я такими темпами просто тебя трахну! — почти проскулил за его спиной Поттер. Он тяжело дышал и тяжело опирался на свободную от погружения в глубины тела Снейпа руку. Волосы его упали на лицо, на лбу выступили капельки пота. Северус чувствовал, как несколько капель упало на его обнаженную спину; чувствовал, как его загривок обдает жарким дыханием.

— Поттер, специально для идиотов — я против точно не буду. Я смазан и растянут, уже стою в непотребной позе, чтобы можно было из себя строить скромника, яйца ломит у нас обоих. Так что — вперед! — выдал Северус и снова сжал в горсти свои яйца, а потом повел задницей на пальцах опешившего Поттера. Терпеть уже сил никаких не было. Вместо того чтобы поддаться на провокацию, Поттер сбежал. Недалеко правда — только вытащил пальцы.

Вначале Северус подумал, что его спич возымел действие, и вот-вот вжикнет молния срамных джинсов, а потом его заполнит твердым и большим членом Поттера.

Если бы кто-нибудь еще неделю назад сказал Снейпу, что ситуация примет такой оборот, он бы точно выпил яду, чтобы этого избежать, но сейчас он жаждал быть заполненным так сильно, что еще пара минут промедления, и Северус поднимется с кресла, возьмет палочку и привяжет Поттера к чему-нибудь. А потом будет долго и обстоятельно его насиловать, прыгая на нем в свое удовольствие. Разумеется, у Судьбы в отношении Северуса было странное чувство юмора — ни член его заполнять не торопился, ни пальцы возвращаться не спешили. Поттер тормозил, причем конкретно. Может, стоит рассмотреть вопрос с изнасилованием? Ведь сам же Поттер виноват со своими «помацать задницу», поцелуями и жарким дыханием — спровоцировал.

— Ты не понимаешь, — хрипло отозвался Поттер, и в голосе его было столько страдания, будто Северус не себя предлагает, а котят топить оправляет. — Я слишком большой. Я же тебя порву.

Тут Снейп не удержался и закатил глаза. Только героических тараканов в самый жаркий момент ему не хватало.

— Поттер, я тебя ненавижу! — в сердцах проговорил Снейп, ощущая себя так, будто его обломали в очередной раз. Не привыкать, конечно, не впервые, но все равно обидно. Он лягнул Героя ногой, заставив его немного отодвинуться, а потом перевернулся в кресле. Сел уже по-человечески, ощущая, как вся его натура этому противится и требует продолжения банкета. Поттер при этом застыл рядом, красный от стыда, смотрел виновато, а у самого джинсы так топорщились, что смотреть на это сил никаких не было.

— Я и зелье пил, чтобы не сорваться. Ты же такой… меня так от тебя ведет!