Sleepwalking

Руки мальчика так же были забинтованы до самого локтя, а в одной из них торчала иголка от капельницы, подсоединенная к небольшой трубочке.

И тут Маргарет громко зарыдала, и Джефф мгновенно среагировал на резкий звук, вздрогнув и дёрнувшись. Его губы слегка приоткрылись, будто он хотел что-то сказать, но тут же передумал. Питер, помня слова врача, решил увести свою жену, чтобы не напугать мальчика. А Лью, хоть слёзы уже и катились по его лицу, нашел в себе силы кивнуть отцу, как бы говоря, что останется в палате.

На губах у Лью уже было солёно, а глаза были закрыты прозрачной пеленой, но он постарался успокоить себя, мысленно повторяя, что так он может испугать мальчика, который сейчас даже не видит, что происходит вокруг него, и шугается каждого непонятного шороха.

— Джефф, здравствуй, — тихонько произнёс парень, присаживаясь на стул возле больничной койки, — Это я, Лью.

Мальчик ничего не ответил, лишь слегка кивнул: должно быть, ему было больно раскрывать губы и говорить. Но ничего, скоро это пройдёт…

— Знаешь, доктор сказал, что через неделю-полторы твои повязки снимут и ты сможешь вернуться домой, — Лью постарался улыбнуться, хоть и понимал, что брат его не видит; скорее, улыбка эта нужна была ему, чтобы подбодрить себя самого, потому что голос его не переставал дрожать, а из груди так и рвались рыдания.

Лью аккуратно погладил Джеффа по руке, стараясь не доставить тому боли, и тут же почувствовал какое-то движение. Подняв глаза на забинтованную голову брата, парень увидел на его разодранных губах тёплую улыбку, из-за которой нижняя из них вновь лопнула в двух местах и начала слегка кровоточить. Но Джефф не обращал внимания, лишь беззвучно проговорил одними губами: «Я тебя люблю», точно так же, как совсем недавно сделал Лью, смотря на него сквозь окно полицейской машины.

Девушка в элегантном чёрном платье проворно кралась по переулкам, мастерски избегая чужих взглядов. Солнце было наполовину скрыто за горизонтом, в тени домов её было практически незаметно, да и прохожих в этой части города всегда было немного, поэтому она совершенно не боялась быть замеченной.

Она уже знала, что Джефф нашел Лью, и поэтому ей не терпелось скорее добраться до его дома, чтобы встретиться с этим гадом, который сломал ей жизнь. Ей было настолько сладко от предвкушения предстоящей расправы, что она улыбалась, хоть за маской этого и не было видно, и даже ощущала что-то наподобие хорошего настроения. Это определённо будет лучший день в её жизни.

Проскользнув оставшиеся переулки, Джейн добралась до подъезда Лью тогда, когда на город уже опустились сумерки, хоть всё ещё прекрасно было видно. В его окнах не горел свет, и девушка заулыбалась шире, подметив эту деталь: ещё один знак того, что он уже здесь. Возможно, Лью уже мертв, а значит не будет стоять у неё на пути к Джеффу. Значит, не зря она приложила столько усилий.

Отыскать людей с подходящими именами было просто: достаточно было лишь заглянуть в телефонный справочник; но вот убить их всех за одну ночь представлялось более сложным, хотя бы потому, что нужно было сложить все трупы в одном месте. Иначе некоторых из них могли не найти сразу, и тогда ничего не вышло бы. Но у неё всё получилось. И Лью просто идиот, раз не понимал с самого начала, что лучше примкнуть к Джейн: так он, возможно, остался бы жив. Неисправимый болван.

Скользнув в подъездные двери, девушка стала неслышно подниматься вверх по ступеням, легко и изящно, будто балерина. На первых этажах свет не горел, а на этаже Вудса она заметила под ногами кучу осколков разбитых ламп, в том числе и той, которая освещала этот этаж. Скоро здесь станет идеально темно.

Джейн аккуратно вытащила из-за пояса нож и взяла его в правую руку, сжимая и разжимая, пробуя, как он лежит в ладони, и получая от этого моральное удовольствие. Мысль о том, что она воспользуется им через считанные минуты, заводила её, буквально приводила в эйфорию, накрывала с головой.

Дверь приоткрыта.

Неслышно толкнув её тоненькой ручкой, облачённой в длинную чёрную перчатку, Джейн выставила перед собой нож и вошла внутрь. Было уже достаточно темно, по углам разлеглись тени, но всё равно она бы заметила, если бы здесь спрятался человек. В прихожей было пусто. Аккуратно обходя препятствия в виде разложенной у порога обуви, девушка огляделась вокруг, прикидывая, в какую именно комнату она должна зайти. В сгущающихся сумерках трудно было что-либо разглядеть, но подойдя поближе, она заметила на одной из дверей надпись «Sleepwalker», вырезанную ножом, и решила, что именно сюда должна войти.

Дверь распахнулась от лёгкого толчка руки. Внутри было сумрачно, как и во всем доме, но ничего странного на первый взгляд не наблюдалось. Обычная небольшая комнатка, кровать, комод, стол… Всё стандартно. Мебели было мало, поэтому комната просматривалась довольно неплохо, и даже теней здесь было меньше.