Фандом: Гарри Поттер. Как умирают Темные Лорды — и как рождаются драконы.
Добавить в моё избранное
20 мин, 5 сек 11598
Ты его еще в рейды своди, для полного счастья!
— Да какое «слабо»? — снова вздохнул Родольфус. — У нас положение безвыходное, Тони. Сколько, по-твоему, мальчишка против Лорда продержится? Скажи — ты правда хочешь прожить так, как сейчас, ещё лет пятьдесят? Если не все сто?
— И ты же его не как ты учить будешь, — вкрадчиво проговорил Рабастан. — И в рейды никакие не надо… согласись, ну, пожалуйста!
— Мальчишка против Лорда продержится до первой Авады, — неохотно кивнул Долохов. — Ну, хорошо, заявляюсь я к нему в обличье Шизоглаза, и что? Скажу, что раз Дамблдор тебя толком драться не выучил, так теперь я этим займусь? И он мне поверит? Тогда Поттер еще дурнее Крэбба с Гойлом. Даже они бы не поверили.
— А у него выбора не будет, — заулыбался Рабастан. — Мы же его в подвале запрём. Он посидит-поскучает… а тут ты. Он обрадуется…
— И легенду мы сочиним, — пообещал Родольфус. — Скажем, что пришлось его срочно из школы эвакуировать, ибо выяснилось, что профессор Снейп всё-таки на другой стороне и должен доставить его прямо к Лорду. Он его так ненавидит, что тут же поверит.
— А если он из этого подвала удерёт? — безнадежно вздохнул Долохов. — Я бы на его месте точно удрал — из принципа. И нарвется на кого-нибудь — Лорда, змеищу его, да хоть на Беллу!
— Не удерёт, — пообещал Родольфус. — Я ему лично угол отгорожу. Оттуда не то что Поттер — вообще ничто органическое не выберется. А тебя на занятия и с занятия страховать буду — чтоб если что, оглушить мальчишку.
— Да и с чего ему убегать? — удивился Рабастан. — Он же будет думать, что ты — Моуди…
— У-у! — послышался жалобный вой. Гарри присмотрелся. За решетчатой дверью камеры сидела кошмарная зверюга (Хагрид бы умилился!) и печально смотрела на него.
— Тебя тоже тут заперли? — сочувственно спросил Гарри.
— У-у! — зверюга помотала косматой башкой.
Понять, как он попал сюда, Гарри не смог. Как, впрочем, не смог и определить, где вообще он находится. Это явно был какой-то подвал — старинный. Но ничего больше сказать об этом месте Гарри не мог. Выбраться отсюда тоже не вышло — зато появление Моуди Гарри поначалу порадовало… но лишь поначалу.
— Ваш Поттер вообще ненормальный! — после первого же занятия заявил Долохов. — Прихожу я к нему — а он сидит с этой страховидлой, которую Рабастан нарисовал, чуть не в обнимку — благо, решетка не позволяет — и о квиддиче ей рассказывает. А та башкой кивает, будто и впрямь понимает что.
— Он поймал мою тварь? — восхитился Рабастан. — Только Люциусу не рассказывай! — попросил он. — Он её уничтожит — а мне, — он вздохнул, — будет неприятно. Хотя она и странная получилась, конечно — а всё-таки… и вообще — может, она нам ещё пригодится!
— Как занятие-то? — спросил Родольфус. — Поверил он?
— Поверил, — махнул рукой Долохов. — И чего Снейп говорил, что Поттер необучаемый? По сравнению с Эйвери — так просто гений.
— Ты только Снейпу этого не говори, — попросил Родольфус. — Ему сейчас и так трудно. Ну что же — будем считать, что, в целом, всё прошло просто отлично.
— А с тварью этой что делать? — поинтересовался Долохов.
— Я хочу на неё посмотреть, — тихо проговорил Рабастан. — Под дезиллюминационными чарами.
— Ну пойдём, — кивнул Родольфус. — Только поаккуратнее…
… — А профессор Моуди мне вчера показывал, как от атакующих заклятий уходить, — рассказывал Гарри внимательно слушающей его зверюге. — И как палочку боевым хватом держать. А в Хогвартсе нам этого не говорили. И вообще — из всех наших преподавателей ЗОТИ нормальные были только два — профессор Люпин и профессор Моуди. Ну, то есть не Моуди, а Барти Крауч-младший. Но изображал-то он Моуди!
— У-у, — согласилась зверюга.
— А давай я тебе имя придумаю! — загорелся Гарри. — Только вот какое? Пушок? — он засмеялся, вспомнив цербера. — Нет, не подходит. Бродишь ты везде… нет, Бродягой я тебя называть не хочу, — он тихо вздохнул. Зверюга сочувственно заскулила. — Может, Призрак? Опять не подходит…
— Давай её заберём, — зачем-то, невзирая на заглушающие чары, прошептал Рабастан. — Смотри, какая она необычная…
— Куда заберём? — бесшумно рассмеялся Родольфус.
— Домой, — сказал Рабастан. — У нас тоже подвалы есть…
— Если б её можно было где-нибудь запереть — я бы и не возражал даже, — ответил Родольфус. — Но она же все портреты попортит — как у Малфоя. Намучались же зачаровывать их.
— Так мы наши заранее зачаруем, — предложил Рабастан. — Давай заберём? А с Люциуса за это возьмём… что-нибудь.
— Да как ты её заберёшь-то? — с досадой спросил Родольфус. — Второй месяц поймать все вместе не можем. Или, — он сощурился и нехорошо воззрился на брата, — или ты знаешь, как ей управлять?
— Не говори Люциусу! — взмолился тот. — Он её уничтожит — а мне жалко!
— Ты…
— Да какое «слабо»? — снова вздохнул Родольфус. — У нас положение безвыходное, Тони. Сколько, по-твоему, мальчишка против Лорда продержится? Скажи — ты правда хочешь прожить так, как сейчас, ещё лет пятьдесят? Если не все сто?
— И ты же его не как ты учить будешь, — вкрадчиво проговорил Рабастан. — И в рейды никакие не надо… согласись, ну, пожалуйста!
— Мальчишка против Лорда продержится до первой Авады, — неохотно кивнул Долохов. — Ну, хорошо, заявляюсь я к нему в обличье Шизоглаза, и что? Скажу, что раз Дамблдор тебя толком драться не выучил, так теперь я этим займусь? И он мне поверит? Тогда Поттер еще дурнее Крэбба с Гойлом. Даже они бы не поверили.
— А у него выбора не будет, — заулыбался Рабастан. — Мы же его в подвале запрём. Он посидит-поскучает… а тут ты. Он обрадуется…
— И легенду мы сочиним, — пообещал Родольфус. — Скажем, что пришлось его срочно из школы эвакуировать, ибо выяснилось, что профессор Снейп всё-таки на другой стороне и должен доставить его прямо к Лорду. Он его так ненавидит, что тут же поверит.
— А если он из этого подвала удерёт? — безнадежно вздохнул Долохов. — Я бы на его месте точно удрал — из принципа. И нарвется на кого-нибудь — Лорда, змеищу его, да хоть на Беллу!
— Не удерёт, — пообещал Родольфус. — Я ему лично угол отгорожу. Оттуда не то что Поттер — вообще ничто органическое не выберется. А тебя на занятия и с занятия страховать буду — чтоб если что, оглушить мальчишку.
— Да и с чего ему убегать? — удивился Рабастан. — Он же будет думать, что ты — Моуди…
— У-у! — послышался жалобный вой. Гарри присмотрелся. За решетчатой дверью камеры сидела кошмарная зверюга (Хагрид бы умилился!) и печально смотрела на него.
— Тебя тоже тут заперли? — сочувственно спросил Гарри.
— У-у! — зверюга помотала косматой башкой.
Понять, как он попал сюда, Гарри не смог. Как, впрочем, не смог и определить, где вообще он находится. Это явно был какой-то подвал — старинный. Но ничего больше сказать об этом месте Гарри не мог. Выбраться отсюда тоже не вышло — зато появление Моуди Гарри поначалу порадовало… но лишь поначалу.
— Ваш Поттер вообще ненормальный! — после первого же занятия заявил Долохов. — Прихожу я к нему — а он сидит с этой страховидлой, которую Рабастан нарисовал, чуть не в обнимку — благо, решетка не позволяет — и о квиддиче ей рассказывает. А та башкой кивает, будто и впрямь понимает что.
— Он поймал мою тварь? — восхитился Рабастан. — Только Люциусу не рассказывай! — попросил он. — Он её уничтожит — а мне, — он вздохнул, — будет неприятно. Хотя она и странная получилась, конечно — а всё-таки… и вообще — может, она нам ещё пригодится!
— Как занятие-то? — спросил Родольфус. — Поверил он?
— Поверил, — махнул рукой Долохов. — И чего Снейп говорил, что Поттер необучаемый? По сравнению с Эйвери — так просто гений.
— Ты только Снейпу этого не говори, — попросил Родольфус. — Ему сейчас и так трудно. Ну что же — будем считать, что, в целом, всё прошло просто отлично.
— А с тварью этой что делать? — поинтересовался Долохов.
— Я хочу на неё посмотреть, — тихо проговорил Рабастан. — Под дезиллюминационными чарами.
— Ну пойдём, — кивнул Родольфус. — Только поаккуратнее…
… — А профессор Моуди мне вчера показывал, как от атакующих заклятий уходить, — рассказывал Гарри внимательно слушающей его зверюге. — И как палочку боевым хватом держать. А в Хогвартсе нам этого не говорили. И вообще — из всех наших преподавателей ЗОТИ нормальные были только два — профессор Люпин и профессор Моуди. Ну, то есть не Моуди, а Барти Крауч-младший. Но изображал-то он Моуди!
— У-у, — согласилась зверюга.
— А давай я тебе имя придумаю! — загорелся Гарри. — Только вот какое? Пушок? — он засмеялся, вспомнив цербера. — Нет, не подходит. Бродишь ты везде… нет, Бродягой я тебя называть не хочу, — он тихо вздохнул. Зверюга сочувственно заскулила. — Может, Призрак? Опять не подходит…
— Давай её заберём, — зачем-то, невзирая на заглушающие чары, прошептал Рабастан. — Смотри, какая она необычная…
— Куда заберём? — бесшумно рассмеялся Родольфус.
— Домой, — сказал Рабастан. — У нас тоже подвалы есть…
— Если б её можно было где-нибудь запереть — я бы и не возражал даже, — ответил Родольфус. — Но она же все портреты попортит — как у Малфоя. Намучались же зачаровывать их.
— Так мы наши заранее зачаруем, — предложил Рабастан. — Давай заберём? А с Люциуса за это возьмём… что-нибудь.
— Да как ты её заберёшь-то? — с досадой спросил Родольфус. — Второй месяц поймать все вместе не можем. Или, — он сощурился и нехорошо воззрился на брата, — или ты знаешь, как ей управлять?
— Не говори Люциусу! — взмолился тот. — Он её уничтожит — а мне жалко!
— Ты…
Страница 3 из 6
