Фандом: Гарри Поттер. Ход событий может изменить даже совершенный пустяк: раздавленная бабочка, отсутствующий гвоздь, приблудный нюхлер…
Добавить в моё избранное
11 мин, 53 сек 15353
— Тётушка всё боялась, что её сокровище похитят — и заказала для неё шлейку с магическим маячком. Может, и ему тоже сделать похожую? И кстати, надо же его как-то назвать…
— Когда он начнет перекапывать наш фундамент или вскрывать полы в поисках драгоценностей, у нас не будет проблемы с тем, чтобы определить его местонахождение, — засмеялся Люциус, снова гладя зверька по пушистому мягкому животу, от чего тот в блаженстве слегка подёргивал задней лапкой. — Нет… Тут надо что-то другое. Вот что с тобой делать, а? — спросил он у нюхлера.
Тот посмотрел на него проникновенным взором — и, не отрывая взгляда от его глаз, ловко стянул запонку с рукава, засунув её в свою сумку.
И Люциус с Нарциссой могли бы под веритасерумом показать, что при этом мордочка нюхлера приобрела отчётливо смущённое выражение.
— Вот видишь? — назидательно сказал Люциус, бесцеремонно запуская руку в сумку слабо запротестовавшего нюхлера и вытаскивая оттуда запонку. — Представь, что он натворит в твоем шкафу и комоде, — он протянул жене запонку. — Нет, надо его куда-то…
— В сундук с чарами расширения? — предложила Нарцисса.
— Ты гений! — воскликнул, просияв, Люциус. — Цисси, ты просто… Да, нужно заказать специальный, со всякими норами и подвалами… — он замер с мечтательным взглядом, бесшумно шевеля губами — и Нарцисса только вздохнула, понимая, что сундук явно будет осваивать не только чёрный нюхлер, назвать которого, после некоторых раздумий, супруги решили Найджелусом — в честь троюродного дедушки Нарциссы по материнской линии, скупого до такой степени, что, даже заболев, он отказался оплачивать лечение в Мунго. И умер, не желая тратиться на идиотские, бесполезные и бессовестно дорогие зелья.
Сундук заказали у самого лучшего мастера, а чертежи его внутреннего ландшафта — у самого Ньюта Скамандера, а на это время чёрного нюхлера Люциус поселил в той самой сокровищнице, разумно рассудив, что вероятность побега оттуда наименее вероятна. И оказался прав: чёрный нюхлер выбирался оттуда лишь когда эльфы приходили его покормить, или когда ему хотелось прогуляться. Впрочем, с прогулок он прибегал моментально, стоило только начать пересыпать с руки на руку золотые монеты. Иногда к нему в сейфе присоединялся и серый, однако такие визиты неизменно заканчивались шумной дракой, разнимать которую каждый раз приходилось Нарциссе. Конечно, она считала, что для Люциуса это гораздо лучше, чем просто пить вечерами виски, и всё же ждала изготовления сундука со всё возрастающим нетерпением.
Однако буквально накануне получения долгожданного сундука произошло событие, которого Малфои втайне опасались всё это время: чёрный нюхлер, выбравшийся из безопасной сокровищницы размяться, попался на глаза Нагини. У которой вкусненький, холеный, отъевшийся на малфоевских угощениях нюхлер вызвал самый горячий гастрономический интерес.
Левое крыло поместья, где и произошла судьбоносная встреча, пострадало сильнее всего.
Но Люциусу было наплевать и на левое крыло, и на словно вспаханный вкривь и вкось сад, и даже на пострадавший розарий жены — которая, увидев, что кто-то посмел тронуть её цветы, и решила остановить это безумие точным и мощным Петрификусом, наложенным на обоих его участников — его больше всего волновала судьба нюхлера.
Ни одно из заклятий миссис Малфой в цель не попало: оба участника этого безобразия оказались на удивление ловкими и непредсказуемыми мишенями.
Во время этой погони нюхлер, добравшись до границы защитных чар, каким-то непостижимым образом нашёл в ней брешь — а разъяренная Нагини, преследующая нахально удирающий обед, просто разнесла защиту поместья в клочья. Тёмный Лорд, почувствовав удаление своего фамилиара, пытался призвать строптивую рептилию, но безуспешно. Вот когда он пожалел, что решил поместить хоркрукс в живое существо! Неживые предметы таких безобразий себе не позволяли. Вот чаша Хельги бы ни за кем гоняться не стала, и диадема Ровены никогда бы не удрала из Выручай-комнаты… И проклинающий прожорливую змею Лорд отправился на её поиски.
Отсутствие Лорда обитатели Малфой-мэнора заметили сразу, однако же поначалу не придали этому никакого значения — мало ли, куда и зачем он мог отлучиться. Но время шло, а Повелитель так и не возвращался…
Постепенно Пожиратели свыклись с жизнью без Лорда, причём все, кроме преданно ждущей его Беллатрикс, испытали при этом громадное облегчение. Впрочем, кое-что из задуманного Пожиратели всё-таки воплотили в жизнь: Корбан Яксли, избавившись от диктата Лорда с его порой иррациональными распоряжениями и с бессмысленной ловлей Поттера, тихо и незаметно взял под контроль Министерство, первым делом прикрыв комиссию по чистоте крови. А чуть позже была проведена такая же тихая амнистия — для жертв прежнего режима, пострадавших от перегибов Скримджера, чрезвычайного положения Крауча-старшего и прочих перегибов предыдущих министров.
— Когда он начнет перекапывать наш фундамент или вскрывать полы в поисках драгоценностей, у нас не будет проблемы с тем, чтобы определить его местонахождение, — засмеялся Люциус, снова гладя зверька по пушистому мягкому животу, от чего тот в блаженстве слегка подёргивал задней лапкой. — Нет… Тут надо что-то другое. Вот что с тобой делать, а? — спросил он у нюхлера.
Тот посмотрел на него проникновенным взором — и, не отрывая взгляда от его глаз, ловко стянул запонку с рукава, засунув её в свою сумку.
И Люциус с Нарциссой могли бы под веритасерумом показать, что при этом мордочка нюхлера приобрела отчётливо смущённое выражение.
— Вот видишь? — назидательно сказал Люциус, бесцеремонно запуская руку в сумку слабо запротестовавшего нюхлера и вытаскивая оттуда запонку. — Представь, что он натворит в твоем шкафу и комоде, — он протянул жене запонку. — Нет, надо его куда-то…
— В сундук с чарами расширения? — предложила Нарцисса.
— Ты гений! — воскликнул, просияв, Люциус. — Цисси, ты просто… Да, нужно заказать специальный, со всякими норами и подвалами… — он замер с мечтательным взглядом, бесшумно шевеля губами — и Нарцисса только вздохнула, понимая, что сундук явно будет осваивать не только чёрный нюхлер, назвать которого, после некоторых раздумий, супруги решили Найджелусом — в честь троюродного дедушки Нарциссы по материнской линии, скупого до такой степени, что, даже заболев, он отказался оплачивать лечение в Мунго. И умер, не желая тратиться на идиотские, бесполезные и бессовестно дорогие зелья.
Сундук заказали у самого лучшего мастера, а чертежи его внутреннего ландшафта — у самого Ньюта Скамандера, а на это время чёрного нюхлера Люциус поселил в той самой сокровищнице, разумно рассудив, что вероятность побега оттуда наименее вероятна. И оказался прав: чёрный нюхлер выбирался оттуда лишь когда эльфы приходили его покормить, или когда ему хотелось прогуляться. Впрочем, с прогулок он прибегал моментально, стоило только начать пересыпать с руки на руку золотые монеты. Иногда к нему в сейфе присоединялся и серый, однако такие визиты неизменно заканчивались шумной дракой, разнимать которую каждый раз приходилось Нарциссе. Конечно, она считала, что для Люциуса это гораздо лучше, чем просто пить вечерами виски, и всё же ждала изготовления сундука со всё возрастающим нетерпением.
Однако буквально накануне получения долгожданного сундука произошло событие, которого Малфои втайне опасались всё это время: чёрный нюхлер, выбравшийся из безопасной сокровищницы размяться, попался на глаза Нагини. У которой вкусненький, холеный, отъевшийся на малфоевских угощениях нюхлер вызвал самый горячий гастрономический интерес.
Левое крыло поместья, где и произошла судьбоносная встреча, пострадало сильнее всего.
Но Люциусу было наплевать и на левое крыло, и на словно вспаханный вкривь и вкось сад, и даже на пострадавший розарий жены — которая, увидев, что кто-то посмел тронуть её цветы, и решила остановить это безумие точным и мощным Петрификусом, наложенным на обоих его участников — его больше всего волновала судьба нюхлера.
Ни одно из заклятий миссис Малфой в цель не попало: оба участника этого безобразия оказались на удивление ловкими и непредсказуемыми мишенями.
Во время этой погони нюхлер, добравшись до границы защитных чар, каким-то непостижимым образом нашёл в ней брешь — а разъяренная Нагини, преследующая нахально удирающий обед, просто разнесла защиту поместья в клочья. Тёмный Лорд, почувствовав удаление своего фамилиара, пытался призвать строптивую рептилию, но безуспешно. Вот когда он пожалел, что решил поместить хоркрукс в живое существо! Неживые предметы таких безобразий себе не позволяли. Вот чаша Хельги бы ни за кем гоняться не стала, и диадема Ровены никогда бы не удрала из Выручай-комнаты… И проклинающий прожорливую змею Лорд отправился на её поиски.
Отсутствие Лорда обитатели Малфой-мэнора заметили сразу, однако же поначалу не придали этому никакого значения — мало ли, куда и зачем он мог отлучиться. Но время шло, а Повелитель так и не возвращался…
Постепенно Пожиратели свыклись с жизнью без Лорда, причём все, кроме преданно ждущей его Беллатрикс, испытали при этом громадное облегчение. Впрочем, кое-что из задуманного Пожиратели всё-таки воплотили в жизнь: Корбан Яксли, избавившись от диктата Лорда с его порой иррациональными распоряжениями и с бессмысленной ловлей Поттера, тихо и незаметно взял под контроль Министерство, первым делом прикрыв комиссию по чистоте крови. А чуть позже была проведена такая же тихая амнистия — для жертв прежнего режима, пострадавших от перегибов Скримджера, чрезвычайного положения Крауча-старшего и прочих перегибов предыдущих министров.
Страница 3 из 4
