Фандом: Гарри Поттер. Зарисовка из жизни Главного Аврора и Министра. На флешмоб ко дню рождения Гермионы Грейнджер.
Добавить в моё избранное
16 мин, 0 сек 9548
Палочки на пол и выходим по одному. Если пломбиром стать не хотите.
— Чистокровные не сдаются!
— Так и запишем в протоколе вскрытия.
Треск усилился, после чего начали доноситься испуганные вопли.
— Мы сдаемся! Сдаемся, сэр офицер! Министр, уйми своего главного!
Вечер.
Темнеющее вечернее небо, кажется, все ниже опускается над плоской крышей.
Где сидят двое, едва-едва касаясь друг друга.
— Что за дурдом! Сначала я четверть Министерства подожгла, потом ты заморозил. Теперь придется отстраивать кучу помещений. Но нет худа без добра, можно будет попробовать переместить Министерство куда-то в другое место, более подходящее.
— Угу. Особенно, если учесть, что тебе никогда не нравился этот подземный комплекс.
— А эта наследница Вольдеморта со своими стариками-разбойниками?! И ведь крепкие какие! Не скажешь, что им перевалило за семьдесят, причем последний десяток лет они просидели в Азкабане. Конечно, ты меня предупреждал, что будут неприятности, но я не ожидала, что они будут такими… Стереотипными. Словно из книг и кино. Дочь Вольдеморта! Ха! Если бы не было так реально, было бы смешно…
Знаешь, мне даже иногда кажется, что я сама — выдумка из книги, чей автор уже исчерпал хода и начинает повторяться. И такие сны иногда странные снятся… То я старая дева-учитель в Хогвартсе и лютую, словно десяток Снейпов. То я замужем за Хорьком. Б-р-р! Как вспомню, так вздрогну. То словно я опять учусь в Хогвартсе и, представляешь, должна за тобой шпионить, то есть, бегать докладывать Дамблдору с повадками Вольдеморта. И, кажется, ты там еще женился на Драко. Или Снейпе. И детей рожал. Не помню. Ты себе такой бред можешь вообразить?!
— Вообразить? Запросто. Может, наш мир — это книга, которую кто-то читает? Или игра, в которую кто-то играет? Может, мы тени в театре теней? Говорят, существуют параллельные Вселенные, где реализуются самые безумные варианты развития событий. Может, это ты подглядываешь через пространство и время? И, хоть это очень эгоистично, поскольку людей неисчислимое количество, и далеко не всем везет даже на капельку удачи, но наш мир не совсем уж скверен. Пока ты рядом.
Повисла тишина. Гермиона, вылив в чашку вторую половину склянки успокаивающего зелья, которого она уже выпила не один пузырек за этот день (лекарства слабо на нее действовали), отхлебнула, пытаясь погасить избыточные эмоции.
— … И все же, надо было еще давным-давно не слушать тебя, а хватать в охапку и бежать, наплевав на все и всех. Наплевав, что я посчитал себя не ровня тебе. В Австралию, например. Не дожидаясь твоего ухода. Но ты была настолько пугающа… Словно маленькое, но жгучее солнце, которое в руках не удержать. И которое выбирать может уже само.
Кто бы нас тут хватился? Памяти у людей, что у хомячков. Год-два — и тех, кто погиб, уже забыли. А когда и нас не станет, всё вывернут наизнанку.
И будут юные или не юные, а очень даже старые девы, страдать по несчастным Пожирателям. Чьего великого лидера, несшего всем добро, злые детишки — Темный Мессия Поттер и его неисчислимая армия школьников-головорезов, зверски убили, остановив пришествие Золотого века магического мира. И описывать это в своих историях как истину в последней инстанции. Да так, что поверят сами и заставят поверить тех, кто прочитает.
А другие будут играть в плохих Пожирателей, хороших Авроров и нашу Армию Самоубийц. Или наоборот. В хороших Пожирателей и плохих Авроров.
Нет, люди наивны. И понимают разницу между историей и Историей только тогда, когда чье-то шальное заклинание разносит сарай на заднем дворе и вечер перестает быть томным. Не раньше.
— Не ожидала от тебя такой фантазии и такого цинизма одновременно.
— Опыт, всего лишь опыт. И осколок льда в башке, позволяющий все оценивать беспристрастно, без мешающих эмоций, — Гарри ехидно улыбнулся.
— Ты знаешь, это еще не худший вариант. Ведь можно и тебя как знамя поднять. И творить мерзости, достойные Пожирателей, под лозунгом — «Гарри Поттер — эффективный аврор». Или меня. Вот гадость, а? Так что придуманные истории — это, возможно, меньшее зло из всех возможных. Хоть и кто его знает, насколько меньшее…
Гермиона, задумавшись, хмыкнула.
— А оставаться или сбежать — это был мой, и только мой выбор, и мне за него отвечать. Как и за то, что вернулась слишком поздно. Или что нашла только такой дурацкий способ не числиться «волшебным существом наивысшей степени опасности». Хотя тогда он мне казался удачным.
— Просто вечер воспоминаний какой-то.
— Скорее, уж ночь. Сколько там натикало?
Снизу раздался вопль:
— Лю-ю-ди-и! Ну займитесь чем-то поинтереснее, не раздражайте своими высоколобыми монологами, а? Все настроение упало.
Гермиона, с кислым выражением лица, пробормотала:
— Вроде бы на ремонте не экономила, откуда такая скверная звукоизоляция?
— Чистокровные не сдаются!
— Так и запишем в протоколе вскрытия.
Треск усилился, после чего начали доноситься испуганные вопли.
— Мы сдаемся! Сдаемся, сэр офицер! Министр, уйми своего главного!
Вечер.
Темнеющее вечернее небо, кажется, все ниже опускается над плоской крышей.
Где сидят двое, едва-едва касаясь друг друга.
— Что за дурдом! Сначала я четверть Министерства подожгла, потом ты заморозил. Теперь придется отстраивать кучу помещений. Но нет худа без добра, можно будет попробовать переместить Министерство куда-то в другое место, более подходящее.
— Угу. Особенно, если учесть, что тебе никогда не нравился этот подземный комплекс.
— А эта наследница Вольдеморта со своими стариками-разбойниками?! И ведь крепкие какие! Не скажешь, что им перевалило за семьдесят, причем последний десяток лет они просидели в Азкабане. Конечно, ты меня предупреждал, что будут неприятности, но я не ожидала, что они будут такими… Стереотипными. Словно из книг и кино. Дочь Вольдеморта! Ха! Если бы не было так реально, было бы смешно…
Знаешь, мне даже иногда кажется, что я сама — выдумка из книги, чей автор уже исчерпал хода и начинает повторяться. И такие сны иногда странные снятся… То я старая дева-учитель в Хогвартсе и лютую, словно десяток Снейпов. То я замужем за Хорьком. Б-р-р! Как вспомню, так вздрогну. То словно я опять учусь в Хогвартсе и, представляешь, должна за тобой шпионить, то есть, бегать докладывать Дамблдору с повадками Вольдеморта. И, кажется, ты там еще женился на Драко. Или Снейпе. И детей рожал. Не помню. Ты себе такой бред можешь вообразить?!
— Вообразить? Запросто. Может, наш мир — это книга, которую кто-то читает? Или игра, в которую кто-то играет? Может, мы тени в театре теней? Говорят, существуют параллельные Вселенные, где реализуются самые безумные варианты развития событий. Может, это ты подглядываешь через пространство и время? И, хоть это очень эгоистично, поскольку людей неисчислимое количество, и далеко не всем везет даже на капельку удачи, но наш мир не совсем уж скверен. Пока ты рядом.
Повисла тишина. Гермиона, вылив в чашку вторую половину склянки успокаивающего зелья, которого она уже выпила не один пузырек за этот день (лекарства слабо на нее действовали), отхлебнула, пытаясь погасить избыточные эмоции.
— … И все же, надо было еще давным-давно не слушать тебя, а хватать в охапку и бежать, наплевав на все и всех. Наплевав, что я посчитал себя не ровня тебе. В Австралию, например. Не дожидаясь твоего ухода. Но ты была настолько пугающа… Словно маленькое, но жгучее солнце, которое в руках не удержать. И которое выбирать может уже само.
Кто бы нас тут хватился? Памяти у людей, что у хомячков. Год-два — и тех, кто погиб, уже забыли. А когда и нас не станет, всё вывернут наизнанку.
И будут юные или не юные, а очень даже старые девы, страдать по несчастным Пожирателям. Чьего великого лидера, несшего всем добро, злые детишки — Темный Мессия Поттер и его неисчислимая армия школьников-головорезов, зверски убили, остановив пришествие Золотого века магического мира. И описывать это в своих историях как истину в последней инстанции. Да так, что поверят сами и заставят поверить тех, кто прочитает.
А другие будут играть в плохих Пожирателей, хороших Авроров и нашу Армию Самоубийц. Или наоборот. В хороших Пожирателей и плохих Авроров.
Нет, люди наивны. И понимают разницу между историей и Историей только тогда, когда чье-то шальное заклинание разносит сарай на заднем дворе и вечер перестает быть томным. Не раньше.
— Не ожидала от тебя такой фантазии и такого цинизма одновременно.
— Опыт, всего лишь опыт. И осколок льда в башке, позволяющий все оценивать беспристрастно, без мешающих эмоций, — Гарри ехидно улыбнулся.
— Ты знаешь, это еще не худший вариант. Ведь можно и тебя как знамя поднять. И творить мерзости, достойные Пожирателей, под лозунгом — «Гарри Поттер — эффективный аврор». Или меня. Вот гадость, а? Так что придуманные истории — это, возможно, меньшее зло из всех возможных. Хоть и кто его знает, насколько меньшее…
Гермиона, задумавшись, хмыкнула.
— А оставаться или сбежать — это был мой, и только мой выбор, и мне за него отвечать. Как и за то, что вернулась слишком поздно. Или что нашла только такой дурацкий способ не числиться «волшебным существом наивысшей степени опасности». Хотя тогда он мне казался удачным.
— Просто вечер воспоминаний какой-то.
— Скорее, уж ночь. Сколько там натикало?
Снизу раздался вопль:
— Лю-ю-ди-и! Ну займитесь чем-то поинтереснее, не раздражайте своими высоколобыми монологами, а? Все настроение упало.
Гермиона, с кислым выражением лица, пробормотала:
— Вроде бы на ремонте не экономила, откуда такая скверная звукоизоляция?
Страница 4 из 5
