Фандом: Тайный город. В один прекрасный день ос Чуя становится звездой Тайного Города.
Добавить в моё избранное
32 мин, 47 сек 14783
Тогда, впервые за многие века, навы и люды забыли распри и, объединившись, дали отпор молодой и не в меру наглой расе, объяснили им правила игры и заставили принять Статус секретности. Так территория, куда бежали, спасаясь от карающей длани Нави, последние асуры, стала пристанищем для трёх некогда величайших рас на Земле.
Шли годы. В Тайном Городе жизнь текла своим чередом. Недолгие промежутки мира сменялись войнами двух Домов против одного или всех друг против друга. Численность всех рас резко уменьшалась, а молодое человечество осваивало новые территории, заселяя даже, казалось, и вовсе не пригодные для жизни материки. Город замер в ожидании перемен, и все понимали, что они вряд ли будут к лучшему.
Вот тогда на территорию, где прятались последние представители бывших хозяев Земли, пришли люди. Челы, как неприязненно мы их называли. Тогда все три Великих Дома совершили чудовищнейшую ошибку, они решили уничтожить тех челов, которые посягнули на их новый дом. Объединившись, они выставили против молодой расы лучших представителей всех семей, просто чудовищное количество бестий и дали решительный отпор захватчикам. В этой бойне погиб весь цвет Тёмного Двора, Зелёного Дома и Ордена — челов было во много раз больше. Но и это не было самым страшным. Обилие магии от трёх разных источников дало побочный эффект, и среди людей начали появляться челы, обладающие огромной магической силой и умеющие подавлять магию нелюдей. Так возникла Инквизиция.
Вот что бывает, когда ошибаются иерархи. Мы надеялись отвоевать у челов Город, а запустили губительнейшую для представителей всех Великих Домов войну на уничтожение. Несмотря на то, что в этой войне гибло и не поддающееся исчислению количество челов: и от нас, и от своих же Инквизиторов, потери среди «нелюдей» были куда страшнее. Так шли века.
Спасение пришло, откуда никто его не ждал. Инквизиторы, настоящие, потомки получивших силу в войне за Тайный Город, потребовали встречи со всеми главами Домов. Иерархам ничего не оставалось, кроме как принять их, иначе это грозило новой волной истребления. Тогда и было заключено перемирие, в тот же год неподалёку от Тайного Города за одну ночь появилась Забытая пустынь, как гарант соблюдения договора. И по сей день монахи пустыни строго следят, чтобы нелюди не cлишком явно вторгались в жизнь человечества.
С тех пор так и повелось: мы не трогаем челов, они не трогают нас, а монахи следят за всеми.
— Ну что, уважаемый Чуя, смог ли я развлечь вас рассказом?
— Благодарю вас, комиссар, за то, что уделили мне время, — тон оса был серьёзным и даже торжественным. — Эта история не для летописей, вы правы. Если вы не возражаете, я хотел бы поведать её только своим друзьям.
Дождавшись утвердительного кивка, Чуя продолжил:
— А чем развлечь зрителей в «Ящеррице» я уже придумал.
И заговорщицки подмигнув, ос покинул кабинет Сантьяги. В тот вечер зрители в «Ящеррице», в прямом смысле, слова лежали на столах, а некоторые и под столом, когда уже успевший стать звездой ос читал балладу о величайшем воине на поприще перин пуховых и нарядов ярких. И только Птиций нервно перебирал многочисленные кольца на пухленьких пальцах и молил Спящего, чтобы ос ничего не напутал в своей балладе и ни в коем случае не назвал имён…
В очередной раз, едва не наткнувшись на вставшего столбом посреди канализации оса, Кортес не выдержал и вполголоса сказал своей команде:
— Надо его спасать. В таком состоянии Чуе может быть опасно даже в родной канализации. Предлагаю показать его брату Курвусу и брату Ляпсусу.
— А кто платит? — молодой наёмник нахватался у старшего товарища далеко не самых лучших черт, в том числе и патологическую, какую-то шасскую жадность.
— Артём, он же наш друг! — возмутилась более гуманная Яна. — Я уверена, комиссар оплатит лечение своего подданного, тем более, что сам же довёл бедного оса до такого состояния…
Не откладывая в долгий ящик, наёмники связались с Сантьягой и, согласовав с ним вопросы размещения и оплаты, отправились с ничего не понимающим Чуей в Московскую обитель семьи Эрли. Как обычно, их приняли довольно прохладно, ровно до той поры, пока Кортес не произнёс три волшебных слова: «Тёмный Двор платит». После этого отношение эрлийцев к ним резко изменилось.
Шли годы. В Тайном Городе жизнь текла своим чередом. Недолгие промежутки мира сменялись войнами двух Домов против одного или всех друг против друга. Численность всех рас резко уменьшалась, а молодое человечество осваивало новые территории, заселяя даже, казалось, и вовсе не пригодные для жизни материки. Город замер в ожидании перемен, и все понимали, что они вряд ли будут к лучшему.
Вот тогда на территорию, где прятались последние представители бывших хозяев Земли, пришли люди. Челы, как неприязненно мы их называли. Тогда все три Великих Дома совершили чудовищнейшую ошибку, они решили уничтожить тех челов, которые посягнули на их новый дом. Объединившись, они выставили против молодой расы лучших представителей всех семей, просто чудовищное количество бестий и дали решительный отпор захватчикам. В этой бойне погиб весь цвет Тёмного Двора, Зелёного Дома и Ордена — челов было во много раз больше. Но и это не было самым страшным. Обилие магии от трёх разных источников дало побочный эффект, и среди людей начали появляться челы, обладающие огромной магической силой и умеющие подавлять магию нелюдей. Так возникла Инквизиция.
Вот что бывает, когда ошибаются иерархи. Мы надеялись отвоевать у челов Город, а запустили губительнейшую для представителей всех Великих Домов войну на уничтожение. Несмотря на то, что в этой войне гибло и не поддающееся исчислению количество челов: и от нас, и от своих же Инквизиторов, потери среди «нелюдей» были куда страшнее. Так шли века.
Спасение пришло, откуда никто его не ждал. Инквизиторы, настоящие, потомки получивших силу в войне за Тайный Город, потребовали встречи со всеми главами Домов. Иерархам ничего не оставалось, кроме как принять их, иначе это грозило новой волной истребления. Тогда и было заключено перемирие, в тот же год неподалёку от Тайного Города за одну ночь появилась Забытая пустынь, как гарант соблюдения договора. И по сей день монахи пустыни строго следят, чтобы нелюди не cлишком явно вторгались в жизнь человечества.
С тех пор так и повелось: мы не трогаем челов, они не трогают нас, а монахи следят за всеми.
— Ну что, уважаемый Чуя, смог ли я развлечь вас рассказом?
— Благодарю вас, комиссар, за то, что уделили мне время, — тон оса был серьёзным и даже торжественным. — Эта история не для летописей, вы правы. Если вы не возражаете, я хотел бы поведать её только своим друзьям.
Дождавшись утвердительного кивка, Чуя продолжил:
— А чем развлечь зрителей в «Ящеррице» я уже придумал.
И заговорщицки подмигнув, ос покинул кабинет Сантьяги. В тот вечер зрители в «Ящеррице», в прямом смысле, слова лежали на столах, а некоторые и под столом, когда уже успевший стать звездой ос читал балладу о величайшем воине на поприще перин пуховых и нарядов ярких. И только Птиций нервно перебирал многочисленные кольца на пухленьких пальцах и молил Спящего, чтобы ос ничего не напутал в своей балладе и ни в коем случае не назвал имён…
Эрлийцы и ос
Поход в Цитадель что-то неуловимо изменил в Чуе. Это замечали все. И осы в Подземелье, которые стали относиться к своему герою с уважением и некоторым пиететом. И его друзья-наёмники, которые вдруг обнаружили в простоватом и прямодушном осе внутренний стержень и глубину мысли. Сам же Чуя никак не показывал, что его отношение к окружающим изменилось, не задирал нос, был дружелюбен и отзывчив. Но иногда он уходил в себя, внезапно задумавшись, резко застывал на месте, стал более рассеянным и отстранённым, чем обычно.В очередной раз, едва не наткнувшись на вставшего столбом посреди канализации оса, Кортес не выдержал и вполголоса сказал своей команде:
— Надо его спасать. В таком состоянии Чуе может быть опасно даже в родной канализации. Предлагаю показать его брату Курвусу и брату Ляпсусу.
— А кто платит? — молодой наёмник нахватался у старшего товарища далеко не самых лучших черт, в том числе и патологическую, какую-то шасскую жадность.
— Артём, он же наш друг! — возмутилась более гуманная Яна. — Я уверена, комиссар оплатит лечение своего подданного, тем более, что сам же довёл бедного оса до такого состояния…
Не откладывая в долгий ящик, наёмники связались с Сантьягой и, согласовав с ним вопросы размещения и оплаты, отправились с ничего не понимающим Чуей в Московскую обитель семьи Эрли. Как обычно, их приняли довольно прохладно, ровно до той поры, пока Кортес не произнёс три волшебных слова: «Тёмный Двор платит». После этого отношение эрлийцев к ним резко изменилось.
Страница 6 из 10
