Фандом: Гарри Поттер. Снейп забирает раненого Гарри от Дурслей и доставляет в Хогвартс. Благодаря Снейповой въедливости Гарри возвращается к прежней жизни, но доволен ли Мастер зелий, что оказался таким… человечным?
Добавить в моё избранное
220 мин, 13 сек 14989
Северус обдумал услышанное и спросил, прервав тяжелое молчание:
— Есть хоть какие-то шансы на восстановление?
Старый волшебник покачал головой. Мастер зелий вздохнул:
— Волдеморт не должен об этом узнать. По крайней мере, пока. Но мне придется сообщить ему, прежде чем сын Малфоя в сентябре вернется в школу.
Дамблдор угрюмо кивнул и посмотрел на него:
— Мы очень ограничены во времени, Северус.
Снейпу это определенно не понравилось, как не нравилось все, связанное с Поттером. Удрученный, он заставил себя подняться с кресла, почти слыша, как протестующе скрипнули его суставы.
— Идемте, посмотрим как он там, Альбус.
Каждый раз, когда Снейп думал, как он ненавидит Дамблдора, в конце концов все заканчивалось мыслью, что на самом деле он ненавидит свою неспособность оказать поддержку единственному человеку, который осмелился поверить и довериться ему после всего, что Северус натворил. В конце концов, только благодаря Дамблдору Мастер зелий был жив.
Они прошли из подземелий в лазарет. Директор шел медленно и Северус подозревал, что он делает это специально, не желая еще больше утомлять своего шпиона после ночных событий. И не стал спорить, потому что это действительно было ему необходимо.
— Надеюсь, Дурсли не доставили тебе неприятностей, — заметил директор странным тоном, заставившим Северуса посмотреть на него. Под белоснежной бородой на губах старика играла слабая улыбка, и Снейп подумал, что, возможно, у директора были веские причины послать самого недружелюбного профессора, чтобы забрать Поттера у его мучителей. Он поглядел вперед и ухмыльнулся:
— Вовсе нет. Они оказались… довольно занятными.
— Надеюсь, ты не слишком усердствовал?
— Они живы, Альбус… Они не заслужили смерть … И страдать будут долго.
С этим заявлением Северус вошел в лазарет, где была занята только одна кровать. Он подошел к ней и молча посмотрел на спящего мальчика. Повязка на голове закрывала глаза Гарри, правая рука была забинтована до локтя. Рядом с кроватью на тумбочке стояли зелья, увидев которые, Мастер зелий в гневе стиснул зубы. Ему не нужны были объяснения Поппи, чтобы понять, от чего страдал ее единственный пациент, он и так мгновенно мог узнать назначение каждой микстуры: у Поттера были внутреннее кровотечение, сильное сотрясение мозга и проблемы с сердцем, начавшиеся из-за болевого шока.
— Он уже просыпался? — тихо спросил он Дамблдора.
— Еще нет. Он еще ничего не знает, Северус.
От открывшегося зрелища тот раздраженно фыркнул:
— Он слишком слаб для своей задачи.
— Северус, он не солдат. Он пятнадцатилетний недокормленный мальчик.
Снейп не позволил этим словам смягчить его.
— Не обманывайте себя, Альбус. Для волшебного мира он всего лишь солдат и когда придет время, он должен будет исполнить свою роль, иначе все, что делается, будет сделано впустую.
— О чем ты?
О чем? Снейп нахмурился и задумчиво посмотрел на простертое перед ним тело. Мальчик, спящий в стерильной постели, выглядел израненным и жалким. Слабым. Очень слабым, но в то же время Северус ясно видел, что от этого ребенка исходит не только слабость, но и решимость. Упрямство. Терпение. Преданность.
Отличные ингредиенты для силы. И Северус должен признать, что если до пятнадцати лет мальчишке удавалось выжить с такими опекунами и не превратиться в обезумевшее, нечеловечески озлобленное подобие себя самого, он уже продемонстрировал невероятной глубины силу, каким бы слабым ни казался сейчас.
Да, он чувствовал в мальчишке потенциал.
— О каком потенциале ты говоришь, Северус?
Он понял, что последнюю мысль произнес вслух. И ответил откровенно, как делал всегда, если видел хоть малейшую возможность взять верх над Волдемортом:
— Я думаю, слепоту мальчика можно обратить в силу. Это может стать не изьяном, а оружием.
— Но кто сможет научить его, как превратить помеху в преимущество?
Мастер зелий слишком поздно заметил, что в глаза директора вернулся привычный блеск.
— Я смогу, — ответил он и немедленно пожалел о сказанном, зная, что тем самым принимает ответственность за каждую секунду подготовки Поттера.
Дамблдор по-отечески гордо обнял его, отчего он размяк настолько, что даже не попытался отказаться от новоприобретенной ответственности. Северус так редко видел в чьих-либо глазах гордость за себя, что такого воздаяния было достаточно, чтоб укрепить его решение учить Гарри Поттера, главное несчастье его жизни и воплощение всего гриффиндорского.
— Я знал, что могу рассчитывать на тебя, мой мальчик, — одобрительно похлопал его по спине Дамблдор и быстро удалился. Мастер зелий почувствовал себя слегка ошеломленным. Старик обвел его вокруг пальца, заставив поступить так, как он и задумал с самого начала.
— Есть хоть какие-то шансы на восстановление?
Старый волшебник покачал головой. Мастер зелий вздохнул:
— Волдеморт не должен об этом узнать. По крайней мере, пока. Но мне придется сообщить ему, прежде чем сын Малфоя в сентябре вернется в школу.
Дамблдор угрюмо кивнул и посмотрел на него:
— Мы очень ограничены во времени, Северус.
Снейпу это определенно не понравилось, как не нравилось все, связанное с Поттером. Удрученный, он заставил себя подняться с кресла, почти слыша, как протестующе скрипнули его суставы.
— Идемте, посмотрим как он там, Альбус.
Каждый раз, когда Снейп думал, как он ненавидит Дамблдора, в конце концов все заканчивалось мыслью, что на самом деле он ненавидит свою неспособность оказать поддержку единственному человеку, который осмелился поверить и довериться ему после всего, что Северус натворил. В конце концов, только благодаря Дамблдору Мастер зелий был жив.
Они прошли из подземелий в лазарет. Директор шел медленно и Северус подозревал, что он делает это специально, не желая еще больше утомлять своего шпиона после ночных событий. И не стал спорить, потому что это действительно было ему необходимо.
— Надеюсь, Дурсли не доставили тебе неприятностей, — заметил директор странным тоном, заставившим Северуса посмотреть на него. Под белоснежной бородой на губах старика играла слабая улыбка, и Снейп подумал, что, возможно, у директора были веские причины послать самого недружелюбного профессора, чтобы забрать Поттера у его мучителей. Он поглядел вперед и ухмыльнулся:
— Вовсе нет. Они оказались… довольно занятными.
— Надеюсь, ты не слишком усердствовал?
— Они живы, Альбус… Они не заслужили смерть … И страдать будут долго.
С этим заявлением Северус вошел в лазарет, где была занята только одна кровать. Он подошел к ней и молча посмотрел на спящего мальчика. Повязка на голове закрывала глаза Гарри, правая рука была забинтована до локтя. Рядом с кроватью на тумбочке стояли зелья, увидев которые, Мастер зелий в гневе стиснул зубы. Ему не нужны были объяснения Поппи, чтобы понять, от чего страдал ее единственный пациент, он и так мгновенно мог узнать назначение каждой микстуры: у Поттера были внутреннее кровотечение, сильное сотрясение мозга и проблемы с сердцем, начавшиеся из-за болевого шока.
— Он уже просыпался? — тихо спросил он Дамблдора.
— Еще нет. Он еще ничего не знает, Северус.
От открывшегося зрелища тот раздраженно фыркнул:
— Он слишком слаб для своей задачи.
— Северус, он не солдат. Он пятнадцатилетний недокормленный мальчик.
Снейп не позволил этим словам смягчить его.
— Не обманывайте себя, Альбус. Для волшебного мира он всего лишь солдат и когда придет время, он должен будет исполнить свою роль, иначе все, что делается, будет сделано впустую.
— О чем ты?
О чем? Снейп нахмурился и задумчиво посмотрел на простертое перед ним тело. Мальчик, спящий в стерильной постели, выглядел израненным и жалким. Слабым. Очень слабым, но в то же время Северус ясно видел, что от этого ребенка исходит не только слабость, но и решимость. Упрямство. Терпение. Преданность.
Отличные ингредиенты для силы. И Северус должен признать, что если до пятнадцати лет мальчишке удавалось выжить с такими опекунами и не превратиться в обезумевшее, нечеловечески озлобленное подобие себя самого, он уже продемонстрировал невероятной глубины силу, каким бы слабым ни казался сейчас.
Да, он чувствовал в мальчишке потенциал.
— О каком потенциале ты говоришь, Северус?
Он понял, что последнюю мысль произнес вслух. И ответил откровенно, как делал всегда, если видел хоть малейшую возможность взять верх над Волдемортом:
— Я думаю, слепоту мальчика можно обратить в силу. Это может стать не изьяном, а оружием.
— Но кто сможет научить его, как превратить помеху в преимущество?
Мастер зелий слишком поздно заметил, что в глаза директора вернулся привычный блеск.
— Я смогу, — ответил он и немедленно пожалел о сказанном, зная, что тем самым принимает ответственность за каждую секунду подготовки Поттера.
Дамблдор по-отечески гордо обнял его, отчего он размяк настолько, что даже не попытался отказаться от новоприобретенной ответственности. Северус так редко видел в чьих-либо глазах гордость за себя, что такого воздаяния было достаточно, чтоб укрепить его решение учить Гарри Поттера, главное несчастье его жизни и воплощение всего гриффиндорского.
— Я знал, что могу рассчитывать на тебя, мой мальчик, — одобрительно похлопал его по спине Дамблдор и быстро удалился. Мастер зелий почувствовал себя слегка ошеломленным. Старик обвел его вокруг пальца, заставив поступить так, как он и задумал с самого начала.
Страница 4 из 64
